Чтение онлайн

Его телефон звонит несколько раз, пока он, наконец, не берет трубку.

— Привет? — Его голос звучит неуверенно. Думаю, я разбудил его. Ройс не работает, поэтому он может позволить себе спать чуть ли не до полудня.

— Ройс, это Пирс.

— Пирс? — Я слышу громкий шум, будто он шарит в поисках часов. — Еще даже шести нет. Почему, черт возьми, ты звонишь мне в такую рань?

— Что ты сегодня делаешь?

— Ты позвонил, чтобы узнать мои планы? Нужно ли мне напомнить, который сейчас час?

— Мне нужна твоя помощь. Я объясню позже, но сейчас мне нужно знать, можешь ли ты пойти со мной в город.

Он громко стонет, а потом я слышу, как он зевает.

— Зачем?

— Я объясню тебе, когда доберусь до твоей квартиры. Ты можешь или нет?

Ройс вздыхает.

— Да. Мне все равно нужно в два встретиться с моим инструктором по публичным выступлениям.

Ройс уже обучается своему будущему, как политик. Это его «работа», если ее можно так назвать. Часть его обучения включает в себя тренинг, как правильно выступать перед электоратом. Он также учится тому, как выступать на дебатах и отвечать на вопросы прессы.

— Отлично. Хороший повод.

— Извини, для чего? — спрашивает он, громко зевнув в телефон.

— Почему мне нужно в город. Я буду присутствовать на твоей речевой практике. Ты хотел узнать мое мнение, и именно поэтому я с тобой еду.

— Что, черт подери, ты несешь? Это сон? Я что, еще не проснулся?

— Послушай меня. Если мой отец спросит, скажи ему, что ты попросил меня поехать на Манхэттен с тобой, дабы оценить твое выступление. После мы собираемся поужинать и пропустить по стаканчику.

— Почему я…

— Ройс! Просто сделай это для меня. Ты сказал, что поможешь.

— Все из-за той девушки, не так ли? — Ройс снова зевает.

— Мы поговорим об этом позже. Так ты согласен или нет?

— Да не вопрос. Ты действительно думаешь, что твой отец позвонит, чтобы проверить твою историю?

— Я знаю, он так и сделает.

Синклер смеется.

— Он относится к тебе, как к пятилетнему ребенку. Интересно, позволит ли он когда-нибудь тебе вырасти?

— Вставай и одевайся. Я буду у тебя в восемь. — Вешаю трубку, прежде чем начнется новый шквал вопросов. Я не могу свободно разговаривать в офисе, тем более, мой отец может появиться в любую секунду.

— Пирс.

Поднимаю голову, а вот и он, стоит в дверях моего кабинета. Сейчас будет орать на меня из-за Рэйчел. Я удивлен, что прошлой ночью отец не звонил в воспитательных целях.

— Доброе утро, отец. Я оставил отчеты на твоем столе.

— Да. Я их видел. На этот раз ты действительно проделал отличную работу.

Я киваю, принимая его слова за комплимент. Для большинства людей такая похвала — мелочи, но не для него. И это странно. Почему он хвалит меня, вместо того, чтобы кричать и бесноваться?

Отец подходит ко мне.

— Разве не в этой одежде ты был вчера на ужине?

И вот оно. Он собирается обвинить меня в том, что я провел ночь с Рэйчел, а затем прикажет, чтобы я больше никогда ее не видел.

Оглядываю свою белую рубашку и серый полосатый галстук.

— У меня не было времени вернуться домой и переодеться. Отчеты заняли всю ночь.

— Хорошо. Я рад, что ты, наконец, приложил некоторые усилия для выполнения своих обязанностей вместо развлечений.

Я игнорирую его оскорбление и сосредотачиваюсь на том факте, что он все еще не спрашивал меня о Рэйчел. Это заставляет меня нервничать. Почему он ничего не сказал о ней?

— Вчера вечером я разговаривал с Джеком, — сообщает отец.

С Джеком? Зачем он звонил Джеку? Он же его ненавидит.

Отец продолжает.

— Джек сказал, что женщина, с которой ты был, — всего лишь развлечение. Некая встряска. Новизна, потому что тебе наскучили коллеги.

Я ничего не говорю. Я понятия не имею, что еще Джек сказал ему, поэтому лучше, если я буду молчать.

— Так это для тебя игра? — Отец злится. — Притвориться, что ты на самом деле с ней встречаешься, просто для того, чтобы расстроить свою мать и меня?

— Я не ожидал, что ты увидишь ее. Это застало меня врасплох, и я не знал, как объяснить.

Он наблюдает за моей реакцией, ища какие-то подсказки, что я лгу.

— Что ж, я больше не намерен такого терпеть. Ты должен был отправить эту женщину домой.

Я беру одну папку из кучи на моем столе.

— Мне нужно кое-что закончить, поэтому, если ты не против, я ...

— Я понимаю, что ты хочешь разнообразия, Пирс. Ты молод, и мир полон красивых женщин. Даже человек моего возраста иногда такое испытывает. Но тебе нужно прикрывать тылы. Держи свое разнообразие в тайне.

Как человек, занимающийся сексом со своими секретарями в офисе, может давать мне советы? Но я играю по его правилам.

— Да, отец. Я постараюсь быть более осторожным.

Он оглядывается, чтобы убедиться, не подслушивает ли нас кто-нибудь.

— На встрече в конце года будет голосование.

Организация. В конце года мы всегда проводим недельную встречу, на которой обсуждается прошедшее за год и новые законы, требующие голосования.

— И что на повестке?

— Мы предложили правило, согласно которому, участники группы могут встречаться с женщинами, предварительно утвержденными высшим руководством. Я не говорю о сексе без обязательств, подобных тому, что у тебя с той девчонкой, хотя это тоже плохо. То, что я имел в виду, — это настоящие отношения. В предлагаемом правиле будут разрешены только женщины, прошедшие строгий отбор и одобренные обществом.

Мой пульс ускоряется, но я даже не моргаю, мое лицо не выражает никаких эмоций.

— Вряд ли это необходимо, — говорю я. — Ни один из участников никогда не проявлял интереса к женщине, которая не соответствовала критериям.

— На самом деле сын Рэндольфа, Эзра, встречался летом с официанткой, а его отец был не в курсе. Узнал только через несколько месяцев.

— И что?

— Эзре уже подобрали жену, когда его отец узнал об интрижке с официанткой. Конечно, это ничего не меняло, он все равно был наказан.

— Почему? Нет никакого запрета против того, что он сделал.

Дерьмо. Зачем я это сказал? Я знаю, почему он был наказан. Проклятье! Пытаюсь сгладить свои слова.

— Я имею в виду, что, возможно, Эзра не знал такого правила, поскольку оно не является официальным.

Отец раздраженно кривит губы.

— Все знают это проклятое правило, а Эзра просто решил ему не следовать. Вот почему мы должны сделать все официально. Теперь он и все остальные будут вынуждены подчиняться. На самом деле, я предложил сразу выдвинуть этот запрет на голосовании на следующем заседании, а не ждать до конца года. Все согласны, так что нет необходимости в обсуждении.