Нужные вещи
Шрифт:
Вспышка молнии. Бэбз застыла на мгновение, затем заторопилась к окну, ближайшему к входной двери, и, встав на цыпочки, заглянула: не села ли Бетой за стол?
В это время на землю стали падать первые нерешительные, но крупные капли дождя.
Зловоние, наполнявшее помещение баптистской церкви, было очень похоже на то, что исходило от Дона Хемфилла, но многократно сильнее.
— Вот черт! — буркнул Дон. Он совсем забыл где находится, но даже если бы вспомнил, едва ли стал сдерживать язык.
— Они и здесь такую же штуку поставили! Все на выход! Скорее! Живее!
— Двигайтесь, — распоряжалась Нэн своим командирским баритоном, всегда звучавшим во время обеденных часов в ее закусочной. — Пошевеливайтесь, ребята!
Все видели, где спрятано устройство: из-за невысокого решетчатого барьера, ограждавшего хоры, струился желтоватый дымок, а также сквозь шестиугольные прорези в нижних панелях. Боковая дверь располагалась сразу под балконом хоров, но никому даже не пришло в голову направиться туда. Такая вонь может отравить насмерть, но прежде глаза вылезут из орбит, волосы все выпадут, а отверстие в заднице зарастет от ужаса и возмущения.
Менее чем в пять минут Христовы Воины баптистской церкви Касл Рок превратились в разгромленную армию. Они беспорядочной толпой — визжащей, орущей, вопящей — рвались к выходу через вестибюль. Одна из скамей опрокинулась и с грохотом повалилась на пол. Под ней оказалась зажатой нога Деборы Джонстоун, а Норман Харпер налетел на нее, пока она пыталась освободить ногу. Дебора упала, и послышался хруст сломанной лодыжки. Она закричала от боли, так и не сумев вытащить ногу, но ее крик потонул в общем хоре воплей.
Преподобный Роуз стоял на кафедре ближе всего к источнику смрада, витавшего облаком у него над головой. Ему внезапно пришла в голову мысль, что, так видно, смердят католики, горящие в аду. Он спрыгнул с кафедры прямо на грудь распростертой на полу Деборы Джонстоун, ее болезненный крик превратился в предсмертный вой и постепенно затих, когда она потеряла сознание. Преподобный Роуз, не предполагая, что послужило причиной глубокого обморока одной из самых верных своих прихожанок, устремился к заднему выходу из церкви.
Те, кто первыми достигли парадного входа, сразу поняли, что путь к свободе закрыт — двери заперты наглухо. Но повернувшись, чтобы броситься в обратную сторону и искать другого выхода, они были придавлены к дверям теми, кто напирал сзади и не ведал о случившемся.
Церковь гудела от воплей, рыданий и проклятий. За дверями на улице землю начал поливать дождь, а внутри, в церкви, люди начали поливать пол рвотой.
Бетси Виг заняла свое председательское место за столом между американским флагом и знаменем Инфанта Праги. Она постучала костяшками пальцев по столу, призывая к порядку, и дамы — их было около сорока — стали рассаживаться. За окнами громыхали раскаты грома. Некоторые из женщин испуганно вскрикивали и нервно хихикали.
— Прошу у собрания Дочерей Святой Изабеллы внимания, — сказала Бетси и взяла в руки программу. — Как всегда, мы начнем с…
Она запнулась, увидев на столе небольшой белый конверт. На нем прописными буквами было написано:
ПРОЧТИ НЕМЕДЛЕННО, ПАПСКАЯ ПОДСТИЛКА «Это они, — подумала Бетси. — Баптисты. Отвратительные, мерзкие, слабоумные людишки».
— Бетси, — спросила Наоми Джессап. — Что-то случилось?
— Не знаю, — пробормотала Бетси. — Кажется, случилось.
Она вскрыла конверт. Оттуда выпал листок бумаги. На нем, тоже печатными буквами, было написано:
ТАК СМЕРДЯТ КАТОЛИЧЕСКИЕ ШЛЮХИ Из дальнего левого угла зала послышалось шипение, похожее на звуки, издаваемые засоренным газопроводом. Несколько женщин с беспокойными восклицаниями повернулись в ту сторону. Очередной раскат грома прогремел над крышей, и женщины теперь закричали все разом.
Желтовато-белый дым заструился из одного из вентиляционных отверстий в стене. И в тот же момент по залу стало распространяться удушающее зловоние.
Бетси вскочила из-за стола, опрокинув стул. Она открыла было рот, чтобы сказать сама не знала что именно, как снаружи донесся женский голос:
— Это вам за Казино Найт, суки рваные. Кайтесь! Кайтесь!
Бетси успела заметить чье-то лицо за стеклянной дверью, но его тут же скрыл сгустившийся дым и к тому же было теперь не до выяснений — вонь стояла невыносимая, Собрание рассыпалось. Женщины носились по залу, словно обезумевшее стадо овец. Когда Антония Биссет упала, ударившись о железный край председательского стола, и сломала себе шею, этого никто не заметил. А за стенами бушевала гроза.
Мужчины-католики, собравшиеся в Зале рыцарей Колумба, сгрудились вокруг Альберта Жендрона. Используя рассказ о записке, найденной на двери кабинета в качестве отправного момента («Это что, вот если бы вы видели…»), он уже потчевал их историями о героических победах католиков в Люистоне в тридцатых годах.
— Так вот, когда он увидел, как это сборище безмозглых, называющих себя Святыми Роллерами, стало вымазывать ступни Девы Марии коровьим дерьмом, он вскочил в машину и поехал…
Альберт внезапно замолк и прислушался.
— Что это? — спросил он.
— Гром, — подсказал Джейк Пулацки. — Гроза будет отменная.
— Нет, не то, — возразил Альберт. — Как будто где-то кричат.
Раскаты грома временно поутихли, и в наступившей относительной тишине они услышали: женщины. Женщины кричат!
Все повернулись к отцу Брайаму, который поднялся со своего места.
— Пошли, мужчины, — сказал он. — Надо проверить…
В этот момент послышалось знакомое многим шипение, и вонь поползла к тому месту, где стояла группа мужчин. Раздался звон разбитого стекла, в окно влетел камень и покатился по полу, отполированному за долгие годы до блеска множеством ног любителей потанцевать. Мужчины с криком бросились врассыпную. Камень докатился до противоположной стены, ударился о нее и замер.
— Эта адская жаровня вам в дар от баптистов! — крикнул кто-то за окном. — Не бывать в Касл Рок казино. Поверьте сами и передайте другим, ублюдки.
Входная дверь Зала рыцарей Колумба была прочно забаррикадирована ломом снаружи. Мужчины попытались выбить ее.
— Нет! — закричал отец Брайам, пробираясь к небольшой боковой двери. Она оказалась незапертой. — Сюда! Сюда!
Поначалу его криков никто не слышал, все были слишком увлечены борьбой с парадной дверью. Тогда Альберт Жендрон схватил своими огромными ручищами две ближайшие головы и стукнул их друг о друга.