Чтение онлайн

Уже вечер, и мы все собрались в гостиной нашего большого дома.

Сейчас здесь царит покой, подобие нормальности, если вообще можно назвать что-то в нашей жизни нормальным. Это спокойствие, которое наступает после нескольких месяцев пребывания на грани, передышка от постоянной бдительности нашего мира.

Мы здесь все четверо: Александр, Николай, Эмма и я.

Эмма берет рюмку с водкой из рук Николая.

— Это уже третья. Хватит.

Он пожимает плечами.

— Я только начал, детка.

Она допивает водку и ставит стакан на стол перед собой, рядом с нашими с Александром пустыми стаканами.

— Я не могу угнаться за вами, ребята, — говорит она, мило улыбаясь.

Слова Эммы вызывают у меня усмешку.

— Ты пытаешься угнаться за Николаем в выпивке? Удачи тебе.

Николай бросает на нее игривый, насмешливый взгляд.

— Эй, я хорошо на нее влияю.

Александр, который спокойно наблюдал за происходящим из своего кресла, добавляет с ухмылкой:

— Да, хорошее влияние на то, как опустошить бутылку за рекордное время.

Эмма смеется, звук легкий и беззаботный.

— Мне следовало бы знать, чем вызывать русского на соревнование по выпивке.

Я наклоняюсь ближе к ней, понижая голос до дразнящего шепота.

— Есть и другие конкурсы, в которых ты бы преуспела.

Она поднимает бровь, в ее глазах появляется намек на озорство.

— О? Например?

Я бросаю взгляд на Александра и Николая, которые наблюдают за нами с забавным интересом.

— Например, посмотреть, кто первым сведет с ума остальных, — предлагаю я, двойной смысл понятен.

Николай ухмыляется, откидываясь на спинку кресла.

— Вот на эту игру я бы хотел посмотреть.

— Я не уверена, что это честная игра, — говорит она, качая головой с притворной серьезностью.

Ответ Эммы вызывает у нас смех.

— Почему бы и нет? — Спрашиваю я, подыгрывая дразнилке.

Она переводит взгляд с моих глаз на губы, и в ее глазах появляется игривый блеск.

— Потому что это три против одного.

Николай наклоняется, в его тоне звучит насмешливое сочувствие.

— О, бедная Эмма. Оставшаяся в меньшинстве и ошеломленная. — Говорит он с ухмылкой.

Александр присоединяется, его голос ровный и дразнящий.

— Мы всегда могли бы действовать по очереди, чтобы тебе было легче справляться с нами.

Эмма смеется, звук легкий и полный веселья.

— Справляться? Думаю, это вы должны волноваться. Я могу вас удивить.

В ее словах звучит игривый вызов, и каждый из нас стремится ответить на него. Это игра остроумия и флирта, танец слов и взглядов, который только усиливает предвкушение того, что ждет нас этой ночью.

Я наклоняюсь ближе к Эмме и шепчу ей на ухо.

— Мы принимаем твой вызов, но помни, ты сама напросилась.

Она кусает губы, в ее глазах появляется игривое выражение.

— Я вас не боюсь, — говорит она.

В ответ я нежно целую ее в шею, позволяя языку медленно и чувственно обводить ее гладкую кожу, когда отстраняюсь.

— А стоило бы.

Николай хихикает, глубокий звук раздается в тихой комнате.

— Похоже, Дмитрий уже берет верх в нашей маленькой игре.

Александр наблюдает за обменом мнениями, на его губах играет забавная улыбка.

— Ночь еще только начинается, — говорит он, и в его глазах появляется искра игривого соперничества.

Эмма откидывается назад, и на ее лице появляется уверенная улыбка.

— Тебе понадобится нечто большее, чтобы напугать меня, — поддразнивает она.

Телефон Эммы прерывает этот момент, его мелодия пронзает заряженную атмосферу. Она смотрит на него и извиняюще поднимает палец.

— Извините, ребята, мне нужно ответить. Это Зои, моя лучшая подруга.

Когда Эмма исчезает на кухне, я слышу обрывки ее разговора с Зои. Ее голос, хотя и приглушенный распахивающимися дверями, несет в себе нотки уверенности.

— Да, да, все замечательно, Зои, — говорит она.

Я пытаюсь сосредоточиться на сказанном, мне любопытно, как ведет себя Зои. По тем кусочкам, которые я улавливаю, Зои кажется рассеянной, почти взволнованной. Ее слова расплывчаты, ничего конкретного, но в них чувствуется… что-то. Я не могу точно определить, что именно, но ее тон говорит о том, что она не просто ведет непринужденную беседу.

Мое внимание привлекает звук распахивающейся кухонной двери. Эмма снова входит в гостиную, выражение ее лица извиняющееся.

— Извините ребята, — говорит она, в ее голосе слышится смесь раздражения и беспокойства, характерная для неожиданных или слегка тревожных звонков.

Без дальнейших объяснений она направляется в свою спальню. Ее шаги быстры, что говорит о том, что после звонка ей нужно несколько минут побыть одной.

Я следую за Эммой в ее комнату, чувствуя, что что-то не так. Обхватив ее сзади, я нежно целую ее в шею.

— Все в порядке? — Спрашиваю я, сохраняя низкий и обеспокоенный голос.

Она прислоняется ко мне и испускает небольшой вздох.

— Зои сказала, что у Кейт все хорошо. Переехала в Чикаго, открыла свой собственный салон.

В ее голосе звучит грусть.

— Ты должна быть рада этому. Почему такое грустное лицо? — Спрашиваю я, пытаясь понять.

Повернувшись ко мне лицом, Эмма смотрит на меня со смесью грусти и растерянности.

— Я скучаю по ней, знаешь ли, но я не уверена, что смогу снова ей доверять.

Я смотрю на нее, пытаясь утешить.

— Эй, в Братве мы видели вещи и похуже. Ты пройдешь через это. И ты можешь навещать ее в любое время, ты же знаешь.

Ее глаза немного светлеют.

— Правда?

— Да, конечно, — твердо говорю я. — Она твоя сестра. Ты не застряла здесь, Эмма. Ты вольна видеться с ней, может быть, наладить отношения.

Эмма хихикает, в ее глазах появляется намек на юмор.

— Ты бы не позволил мне увидеться с ней без дюжины охранников.

Я не могу не ухмыльнуться.

— Что я могу сказать? Ты важна для меня, Эмма. Для всех нас.

Я убираю прядь волос с ее лица. Наклонившись, я нежно целую ее. Эмма улыбается в ответ на поцелуй, ее настроение заметно улучшается. Когда мы расходимся, она игриво подталкивает меня.