Чтение онлайн

И ушёл. А у меня дыра в броне, разруха после мужчины. И не знаю, где найти силы всё это залатать. Восстановить и укрепить позиции, потому что третьего раза я не допущу.

Нельзя же ошибаться всю жизнь.

— У тебя совсем нет выходных? Можно было бы съездить к морю.

— Туда ехать всю ночь.

— И что? Даже на один день. Ночью в дороге, а днём погулять и подышать морским воздухом. Тебе нужно развеяться. Тем более, пока не очень холодно.

В голове уже несколько вариантов, как избавиться от этой работы и сбежать подальше. Обещаю Дане подумать и сообщить, когда смогу поехать. Он о тренировках напоминает, которые пропускать начала. Самообороне учил, но у меня пока плохо получалось. Постоянно в синяках хожу, хотя парень старется лишний раз не прикасаться вообще.

Тянусь к нему, чтобы оставить короткий поцелуй на щеке и попрощаться. Но дверца за спиной распахивается. Крепкая хватка обвивает плечо, и меня буквально вырывают наружу. Клык выглядит взбешённым, суживает глаза и смотрит на Даню, будто сейчас пустит тому пулю в лоб.

— Пора домой, малышка.

Я останавливаю Данчика, который выскакивает на улицу вслед за мной. Машу, чтобы он уезжал. Я буду в порядке, мне Клык, чем бы он не был взбешен, не причинит вреда. А вот другу может достаться. Так что лучше разбираться мне одной.

— По условиям спора, ты не должна отходить далеко.

Клык тянет меня в дом, не оборачиваясь. Бросаю взгляд на Миху, чтобы понять, что случилось. Но тот отводит глаза, пытаясь подавить улыбку. Значит, не всё так плохо, раз водитель насмехается над поведением Клыка.

— Полкилометра, — напоминаю мужчине, оказываясь в тепле. Потираю запястье. Точно следы будут. — Браслет не пищал, значит я вписывалась. А вечно следить за тобой в мои обязанности не входит.

— А за Алеком? Или с хахалем поболтать интересней, чем за сыном смотреть?

Я запинаюсь, проглатывая все возражение. Бросаю взгляд на сына, который спокойно играет в новую игрушку, притащив остальных роботов из коллекции. Он спокойно обходился без моего внимания. Уверена, даже не заметил, что я ушла.

А Клык заметил. Взбесился тоже из-за этого? Ну нет, он не может меня ревновать. Но мужчину могло задеть, что я бросила его и ушла с разу к другому. Конечно, променяла такого шикарного мужчину на Данчика, который не блистал красотой. Выраженная асимметрия лица, тонкие губы. Он не был красивым, поэтому мне было с ним легко. Не нужно было опасаться, что сейчас он выкинет что-то, проявив природную наглость.

А вот с Клыком опасаться нужно было. Он пугал своей непредсказуемостью, красотой, взрывоопасностью. Сейчас он один, а через секунду превращается совсем в другого мужчину.

— Не лезь в мои отношения с сыном, — обрубая, отходя на кухню. Включаю чайник и достаю варенье. — Без твоих советов я справлялась как-то пять лет. И дальше обойдусь. Алек, будешь малиновый чай?

Сын кивает, не отрываясь от своей игры. Мне нужно себя чем-то занять. Так проще не обращать внимания на Клыка, который и не думает уходить. Облокотился о барную стойку, слишком близко ко мне, и следил за каждым движением.

— Ты проиграл спор, — произношу вдруг легко, размешивая варенье. Ложка громко стучит о керамические стенки, отдавая в висках. — Я уже гораздо больше недели тут.

— Пуля тоже не выиграл. Месяца ещё не прошло.

— Да, не выиграл, — киваю, медленно подводя к нужной мне теме. Ставлю чай перед сыном, и отхожу в другую комнату. Клык взбеситься, а я не хочу, чтобы Алек это видел. — И Пуля не выиграет.

— Я думал, это было твоей целью. Продержаться тут месяц и насолить мне.

— Всё поменялось. Я ухожу, Клык. Увольняюсь, съезжаю, сбегаю. Подбери любое определение, которое тебе больше нравится. Я сообщу ребятам, что ты меня выжил и уеду на днях. Могу сегодня.

— Я уже говорил, — Клык надвигается на меня, заставляя отступать. Его голос холоден, полон злости и недовольства. Если бы голосом можно было резать, я бы уже истекла кровью. — Ты никуда не уйдёшь до тех пор, пока я не разберусь со своими делами. Ты — свидетель, который мне не нужен. Решу проблемы, тогда катись на все стороны.

— Нет! — неожиданно твёрдо. Пальцы дрожат, и я сжимаю кулаки, чтобы мужчина не заметил. — Я свидетель. А ещё я работаю на Пулю и Веру, а не на тебя. Я скажу им, что хочу уйти. И уйду.

Всё происходит молниеносно. Рывок, и я оказываюсь зажатой между Клыком и стеной. Он вдавливает меня, давит своей силой и горой мышцей. Перехватывает руки, которыми пытаюсь ударить. Сжимает мои запястья над головой, не давая выбраться.

Клык часто дышит, пронзает своими омутами. Будто мыслями пытается дрдавить меня, заставить сдаться. Но если у него до этого не получилось прогнуть меня, то и сейчас не дамся.

— Останусь, и ты потеряешь свой дом. Или на что вы там спорили?

— Уйдёшь и я потеряю намного больше, чем дом.

Конечно. Я знаю слишком много, чтобы просто меня отпустить. Шпион, который насобирал информацию, которая может погубить мужчину. Несколько звонков Харукана, одна видеозапись и Клыку предъявят обвинения в убийстве Баширова.

— Я никому ничего не расскажу, если уйду. Но если не отпустишь, то я расскажу твоим друзьям всё. О приезде Лютого, Баширове, твоих проблемах. Всё, что я узнала, узнают и они.

— А не боишься, что за такое самоуправство могут пострадать твои близкие?

— Я перережу тебе глотку до того, как ты успеешь прикоснуться к моему сыну.

Говорю, но не верю в свои слова. С кем-то другим могла, матери на многое пойдут ради детей. Жизнь с нелюбимым, работа на пределе сил, убийство. Но каким бы преступником не был Клык, он бы не причинил вред ребёнку. Я твёрдо уверена в этом. Он не сделает этого, нет, только не он.

Я же не могла полюбить настолько жестокого человека?

— Дай мне уйти, Клык. Пожалуйста.

— Ни за что, — шипит мне в лицо, сильнее прижимая к стене. Сдавливает запястья, вырывая новую волну боли. — Я тебя никуда не отпущу.

— Они узнали, что я крот.

Бросаю резко, стоит остаться наедине с Игорем. Раздраженно взмахиваю волосами и усаживаюсь в удобное кресло напротив начальника. Тот разом подбирается, глубокие морщинки собираются вокруг глаз. Он недовольно поджимает губы, но не перебивает. Даёт мне рассказать всё самой.

— Кто-то из прошлых объектов слил меня, Игорь, — выдаю отрепетированную речь. — Вся шайка Кирилла знает, кто я такая. Понимаешь?

Получается через чур истерично. Морщусь на пару с Игорем, но беру себя в руки. Я готовилась, оттачивала каждое слово и реакцию. Если с другими «жертвами» я часто действовала наобум, позволяя ситуации вести меня, то не в этот раз.