Няня для военного
Шрифт:
– Что-то хотели? – сглатываю, нервно перебирая пальцы у себя за спиной. Генеральский посмотрел на меня сверху вниз, сканируя. От этого сразу же стало не по себе. В одно мгновение джинсовые шорты и белый топ стали слишком тесными. Сейчас бы замотаться в одеяло, чтобы не чувствовать себя так неловко под изучающим взглядом генерала.
– Прямо шагом марш, – произносит спокойно, и я опускаю голову вниз. Блин, такое чувство, будто я что-то натворила. Иду вперёд, ощущая рядом присутствие того, к кому я неровно дышу. – Расслабься. Не на плаху веду.
Да лучше бы на неё.
– А может это, – делаю попытку, чтобы сейчас уйти отсюда. – На завтра перенесём? Мне кажется, я переела. Живот что-то болит, да и голова раскалывается.
– А не надо было с моим охранником в литрбол играть, – от этих слов краснею, отводя взгляд в сторону. Вот как он узнал?! Соревновались ведь тайно, за деревом. На желание. Которое теперь мне, кстати, должен Юрий… – Может, тогда лучше бы себя чувствовала. Волнуешься?
Его слова застали врасплох, и я, не думая, выпаливаю:
– Волнуюсь.
– Чего именно? – а вот это хороший вопрос. Потому что я пока не решила. То ли разговора, то ли его последствий, а может и всё сразу…
– Всего.
Чувствую на своей руке мужскую ладонь и останавливаюсь, оборачиваясь. Миг, в котором дыхание перехватывает, и я утыкаюсь спиной в стену. Внутри всё скручивается от испуга, и близости мужчины, который, нависнув надо мной, посмотрел прямо в мои глаза.
– Вы чего? – слетает с губ, когда чувствую стальную грудь Александра, прикасающуюся к моим двойняшкам. Господи, спаси и сохрани, пожалуйста, потому что кажется, мне скоро нужна будет скорая помощь. – А если дети увидят?
Он призадумывается на несколько секунд, а потом произносит:
– Не увидят, – как самоуверенно-то! – Я тебе нравлюсь, Юль?
Теряю голос, слыша такой прямой вопрос. К этому я точно была не готова. Но это же прямолинейный генерал, который вообще не может выбрать выражение помягче.
И что ответить?
Вместо каких-либо слов молчу, хлопая ресницами и смотря на великолепную мордашку босса. Две недели назад я клеилась к Генеральскому, а теперь тряслась под его взглядом, стоило только подойти ему так близко.
– Молчание знак согласия? – шевелит губами, бегая взглядом по моему взволнованному лицу.
И всё что могу – кивнуть в ответ. Не знаю, на какой из вопросов. На оба.
– С тобой сложно, – почему-то только сейчас понимает Саша. Чёрт, имя моего начальника так непривычно крутится в голове, что мне становится неловко. – Ладно. Задам другой вопрос. Готова ли ты девочка на то, что подписалась?
Снова сглатываю от волнения, не особо понимая к чему он это говорит. Хоть и смутно осознаю. Я сама хотела этого, но теперь, когда спонтанно между нами с Александром промелькнула молния, не могла этого принять.
Всё так неожиданно… Но так радостно!
В груди до сих пор трепещет что-то тёплое, яркое, дарящее хороший заряд настроения.
– Готова, – пересиливая себя, говорю то, что думаю. Мужчина усмехается, а затем наклоняется чуть вперёд, обжигая своим дыханием. Главное не упасть на пол, потому что ноги от волнения трясутся и подкашиваются.
– И тебя ничего не волнует? Например, мои неугомонные дети, возраст, вечная работа, – казалось, он меня проверят. Ждёт, когда я скажу: «Ой, точно, дети. Спасибо, я девушка молодая, активная, пожалуй, нет». А вот тебе фига, генерал. Не на ту напал.
С детьми контакт найдём. Возраст – ничего, мне всегда нравились мужчины постарше. А вот работа… Найду время, когда отвлечь Вас, генерал Генеральский. О, как звучит!
– Нет, – заявляю уверенно. – У меня встречный вопрос. Справишься со мной?
Не знаю, откуда взялась такая смелость, но резко стало хорошо. Если Саша такое говорит, значит, тоже что-то чувствует?
На мой вопрос мужчина фыркает. Что, задела, да?
А потом делает то, чего я не ожидаю – целует. Касается своими мягкими губами моих, углубляя поцелуй. Он выходит сладким, нежным и трепетным. Нет той борьбы, которая была несколько часов назад.
Генеральский отстраняется и почему-то улыбается.
– Целуешься как девчонка, – это что был камень в мой огород? Не маленький камушек, а целый булыжник! – Надо подучиться.
Хочу ответить, но задыхаюсь от возмущения, открывая рот как рыба. Да вы что?! Да я целовалась-то от силы раз шесть-семь, три раза из которых с генералом. Невозмутимая наглость говорить мне это в лицо!
– Научусь! – восклицаю недовольно, чувствуя на своих волосах пальцы мужчины. – Вот прямо сейчас пойду и начну. Мне Юрий желание должен. В литрбол проиграл.
– Спать иди, – грубее, чем следовало, ответил Александр, выпуская меня из своей клетки. – Отбой был полтора часа назад.
Вы только посмотрите на него. Сначала недоволен, потом ещё и злится. Этих мужиков не поймёшь.
– Ну, и пойду, – говорю воинственно, быстро делая шаг в сторону и отдаляясь от босса. Увеличив дистанцию, почувствовала себя уверенней, чем несколько секунд назад. – Спокойной ночи, товарищ генерал.
Не дожидаясь ответа, разворачиваюсь и что мочи бегу себе в комнату. Генеральский что-то говорит, но я уже не слышу, погружаясь в себя и сгорая от смущения.
***
– Знаете что, генерал, – говорю, потирая носком землю. Утренняя зарядка была в самом разгаре, и пока дети бегали круги, осилить которые я была не в состоянии, решила переговорить с боссом. – Помните первый наш рабочий день?
– Ближе к делу.
– Вы заставили меня бегать, говоря, что если не буду спортивной, то дети могут убежать.
– Неужели, Юлия, вы решили показать мне, как научились быстро шевелить своими стройными ножками?
Ага, как же. Но за комплимент спасибо.
– Хочу, – победно улыбаюсь.
– Демонстрируйте, – следует краткий ответ.
Киваю, отворачиваясь от генерала. Вижу, как в нашу сторону несётся Ритка, только и успевая, что размеренно дышать.
Стоит ей только пронестись на метр вперёд меня, как я елейным голосом произношу, привлекая внимание Александра:
– Маргарита, солнце, смотри пальчики об камни не ушиби.
Эти слова действуют на девочку как красная тряпка на быка. Только вот очень послушного и неагрессивного.