Чтение онлайн

Из опыта прежних лет известно, что доставка адресатам посылок вызывает негативные процессы среди еврейского населения СССР, усиливает националистические и эмиграционные настроения.

Учитывая это, а также то, что в настоящее время еврейские религиозные общины полностью обеспечены мацой, выпекаемой непосредственно на местах, Комитет госбезопасности считает необходимым посылки с мацой, поступающие из-за границы, конфисковывать.

В связи с этим полагаем целесообразным поручить Министерствам внешней торговли и связи СССР дать соответствующие указания таможенным и почтовым службам.

С Министерством внешней торговли СССР (т. Кузьмин М. Р.), Министерством связи СССР (т. Шамшин В. А.) согласовано. Проект постановления ЦК КПСС прилагается. Просим рассмотреть.

Председатель Комитета госбезопасности

Андропов Ю. В.

Из докладной записки Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) секретарям ЦК ВКП(б) А. А. Андрееву, Г. М. Маленкову, А. С. Щербакову

«О подборе и выдвижении кадров в искусстве»

от 17 августа 1942 г. (в изложении)

Отсутствие правильной и твердой партийной линии в деле развития советского искусства в Комитете по делам искусств при СНК СССР и имеющийся самотек в работе учреждений искусства привели к извращениям политики партии в деле подбора, выдвижения и воспитания руководящего состава учреждений искусства, а также вокалистов, музыкантов, режиссеров, критиков и поставили наши театры и музыкальные учреждения в крайне тяжелое положение. В течение ряда лет во всех отраслях искусства извращалась национальная политика партии.

В управлениях Комитета по делам искусств и во главе учреждений русского искусства оказались нерусские люди (преимущественно евреи). В частности, в Комитете по делам искусств руководящие должности занимают: Фалковский, Владимирский, Плоткин, Шлифштейн, Гольцман и другие.

В Большом театре Союза СССР, являющемся центром великой русской музыкальной культуры и оперного искусства СССР, руководящий состав целиком нерусский. Имеется в виду, что на руководящей административной и творческой работе в театре находятся Леонтьев (главный режиссер), Самосуд (главный дирижер), дирижеры Файер, Штей-нберг, Мелик-Пашаев (армянин), Габович, Мессерер, Купер-Кауфман, Жук, Садовников.

Такая же картина и в Московской государственной консерватории, где директор — Гольденвейзер, а его заместитель — Столяров (еврей). Все основные кафедры консерватории возглавляют евреи (Цейтлин, Ямпольский, Дорлиак, Гедике, Пекелис, Файберг). В Ленинградской государственной консерватории: заместитель директора — Островский, руководители кафедр — Штейнберг, Эйдлин, Гинзбург.

Не случайно, что в консерваториях учащимся не прививается любовь к русской музыке, русской народной песне и большинство наших известных музыкантов и вокалистов (Ойстрах, Э. Гилельс, Флиэр, Л. Гилельс, Гинзбург, Фихтенгольц, Пантофель-Нечецкая) имеют в своем репертуаре главным образом произведения западноевропейских композиторов. С санкции Комитета по делам искусств во время войны ликвидированы оркестры русских народных инструментов в Москве и Ленинграде.

В музыкальной критике тоже засилье евреев. Наиболее активно в печати выступают Рабинович, Гринберг, Коган, Шлифштейн, Житомирский, Цукерман и другие. Они замалчивают концерты русского пианиста Софроницкого и дают пространные статьи о Э. Гилельсе, Ойстрахе и других. Во главе отделов литературы и искусства центральных газет также много евреев.

Учитывая изложенное, Управление пропаганды и агитации считает необходимым рекомендовать Комитету по делам искусств следующее:

— разработать мероприятия по подготовке и выдвижению русских кадров;

— провести уже сейчас частичное обновление руководящих кадров в ряде учреждений искусства.

Начальник Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б)

Г. Александров

Зав. отделом культурно-просветительных учреждений

Т. Зуева

Этот документ написан в дни тяжелейших боев в Сталинграде, где погибло немало воинов, в том числе и евреев.

После войны Александрова освободили от занимаемой должности за аморальное поведение.

Переполнил чашу терпения высокого партийного начальства шабаш, устроенный в одной подмосковной деревне Александровым и секретарем Московского обкома комсомола. Обнаженные балерины танцевали на столах, а с улицы деревенские девчата и юноши подглядывали в плохо зашторенные окна, как главный идейный начальник страны проводит свой досуг. Они написали куда следует.

Здравствуйте, Иосиф Давидович, славный человек, ставший таким родным и дорогим моему сердцу!

Получил от Вас замечательный подарок — книгу «Нюрнберг предостерегает». Прочитал ее незамедлительно, с глубоким душевным волнением. Сколько она породила у меня мыслей и чувств, как растревожила память...

Пропустить через себя такую немыслимо тяжкую информацию и в таком количестве — какие нужно было мобилизовать душевные силы, какая это нагрузка на нервную систему. Ибо равнодушный человек — так написать, так организовать материал, так увлечь читателя неспособен.

Обращает на себя внимание сама архитектоника книги, наличие в ней драматургии. Она просматривается в самой подборке и организации уникальных документов.

Как жалко, что мы с Вами не встретились раньше, когда я работал на киностудии «Укртелефильм» кинорежиссером документального кино. Какой большой фильм можно было бы сделать о Вашей сложной и интересной жизни! Какую солдатскую академию успели Вы пройти к 20-ти годам жизни!

...Стать в такие годы личным охранником Главного обвинителя от СССР Р. А. Руденко — это большая честь и очень большая ответственность.

Конечно, за судьбой такой книги надо непременно следить, переиздавать, возможно, дополнять и совершенствовать. Ваша книга — достойная лепта в создании ВЕЛИКОЙ КНИГИ ПАМЯТИ!

С уважением, Владимир Георгиенко г. Дюссельдорф, Германия

Книга-предостережение

Само название книги весьма символично и точно отражает цель и содержание книги.

Видится вполне обоснованной логика построения книги: откровенный и правдивый рассказ о себе, прежде всего солдате-разведчике, дошедшем с боями до рейхстага, о своей семье и фронтовых товарищах и о неожиданном повороте в личной судьбе, которая после войны преподнесла ему, как выразился автор, «щедрый подарок», определив его в охрану советских юристов на судебном процессе над главными фашистскими преступниками.