Нюрнбергский процесс, сборник документов (Приложения)
Шрифт:
За отказ выехать на работу в Германию фашисты подвергали советских людей избиениям и расстрелам.
В результате насильственного угона населения в немецкое рабство при освобождении Новгорода от фашистских оккупантов в нем осталось только 30 жителей, а в Новгородском районе из 80 тысяч граждан после освобождения района от немецко-фашистских захватчиков зарегистрировано только 900 человек.
Разрушение государственных предприятий и колхозов Новгородского района
Новгородский район имел развитое сельское хозяйство, лесную, торфяную промышленность. За время оккупации гитлеровцы сожгли и разрушили 96 сел и деревень. Из 8 849 жилых домов оккупанты уничтожили 5 630 и частично разрушили 1 705; из 76 школ сожгли 75, в том числе: 3 средних, 13 неполных средних и 59 начальных школ, в которых обучалось свыше 15 тысяч человек; сожгли 3 больницы, 10 фельдшерско-акушерских пунктов, 7 сельских зооветпунктов, контрольно-семенную и ветеринарную лаборатории, инкубаторную и метеорологическую станции, 165 магазинов и ларьков; разрушили десятки культурно-просветительных учреждений — клубов, изб-читален, сельских библиотек и т.д.; были также разрушены немцами все кирпичные и лесопильные заводы и торфяные предприятия.
Гитлеровцы причинили колхозам, предприятиям, учреждениям и населению Новгородского района огромный ущерб. Они угнали из района свыше 2 000 лошадей, 10 000 коров, 18 000 голов мелкого рогатого скота; вывезли сельскохозяйственные продукты, имущество и весь сельскохозяйственный инвентарь, вплоть до деревянных лопат и граблей; полностью уничтожили все жилые и хозяйственные постройки в Шолоховском, Никольском, Хутынском, Дубровском, Любецком и Котовицком сельских советах.
* * *
На основании документальных материалов расследования, произведенного Специальной Комиссией, свидетельских показаний и заявлений потерпевших, Чрезвычайная Государственная Комиссия установила, что преднамеренное разрушение древнего русского города Новгорода, с его памятниками выдающегося мирового искусства, массовое истребление мирных советских людей и военнопленных, а также угон советских граждан на каторгу в Германию произведены офицерами и солдатами немецкой армии по приказам гитлеровского правительства и под руководством: командующего 18 германской армией генерал-полковника Линдемана Георга, командира 250 испанской «голубой дивизии» генерал-майора Муньос Гранде, командира 1 немецкой авиаполевой дивизии генерал-майора Вильке, командира 1 немецкой авиаполевой дивизии генерал-майора Петраушке, занявшего этот пост в декабре месяце 1943 года, коменданта города Новгорода — капитана Руф.
Все они должны понести суровую кару за свои злодейские, кровавые преступления.
Газета «Красная звезда», от 5 мая 1944 года.
ПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЕ ДОКЛАДЫ
Из сообщения Югославской Государственной Комиссии по установлению преступлений фашистских захватчиков и их пособников
[Документ СССР-36]
...ПРЕСТУПЛЕНИЯ В ЛАГЕРЯХ
Интернирование, издевательства и убийства гражданских лиц
Концентрационные лагеря являлись одним из самых действенных средств нацистской системы уничтожения югославского населения.
Политика уничтожения во всей полноте проявилась в лагерях в Югославии. Все без исключения лагеря в Югославии являлись камерами пыток и лагерями смерти. В эти лагеря помещались в первую очередь те элементы, которые еще перед войной и в начале войны объявили себя противниками нацистского порабощения. Но в лагеря массами заключались также другие слои населения без различия возраста, пола и занятий. Наконец, в лагеря направлялись лица, которые преследовались по расовым, религиозным или чисто политическим мотивам.
Таким образом, через лагеря проходили сотни тысяч мужчин, женщин, детей и стариков; крестьян, профессоров, врачей, студентов, духовенства; коммунистов, англофилов, масонов; евреев, цыган и т.д.
Немцы проводили в этих лагерях казни различными способами: путем массовых расстрелов, через повешение, путем применения удушливого и прочих ядовитых газов, избиения до смерти и т.д. Применялись различные способы и средства пыток...
На основании собранных до сих пор сведений и доказательств Югославская Государственная Комиссия имела возможность установить уже сейчас часть этих преступлений.
Здесь мы коротко приведем только несколько самых характерных фактов.
Лагерь Баньица около Белграда
Германские оккупационные власти в Белграде основали лагерь еще в июне 1941 года.
Из захваченных документов этого лагеря видно, что в нем было зарегистрировано 23 637 заключенных. Однако из показаний свидетелей, в особенности служащих квислингских властей, работавших в лагере, можно установить, что через лагерь прошло значительно большее число жертв.
Многие из них просидели в лагере совсем короткий срок, одну-две ночи, а затем были расстреляны или отравлены газом. Такие лица вообще не регистрировались.
Свидетель Мончило Дамьянович в конце 1943 года принимал участие в сожжении трупов — жертв лагеря Баньица. Эти жертвы были расстреляны на близлежащем полигоне Яинцы. Свидетель должен был работать закованным в кандалы, и его ожидала та же участь, что и других, но ему удалось бежать.
На допросе 7 февраля 1945 г. он заявил Югославской Государственной Комиссии, что за время своей работы он насчитал 68 тыс. трупов. Свидетель показал:
«...По прибытии в Яинцы мы были закованы в кандалы. Один из немцев сделал нам нечто вроде краткого доклада, в котором сказал, что мы выполняем работу, полезную для германской империи, и что мы получим за эту работу вознаграждение. При попытке к бегству нам грозит расстрел. Был вечер, и нас заперли в комнату, в которой находилось 90 человек, из них около 55 евреев и 35 цыган. От них мы узнали, что будем заниматься раскапыванием и сжиганием трупов...
На следующий день... под надзором и по указанию немцев мы начали работать. Работа состояла в том, что мы вскрывали массовые могилы и извлекали оттуда трупы. Мы складывали трупы штабелями... так, как складывают дрова для костров, т.е. сначала один ряд, на него поперек другой и т.д. До вечера нам удалось сделать груду в 7—8 м длины, 2—3 м высоты и около 4 м ширины. Каждые два трупа складывались головами друг к другу. В штабеле оказалось приблизительно 700 трупов. На таком малом пространстве можно было уложить так много трупов потому, что они были совершенно высохшими. Высота самого костра достигала 0,5 м.
Мы принесли дров и полили их машинным маслом. Когда все было окончено, костер подожгли. Мы поливали костер маслом до тех пор пока он не разгорелся как следует... Немцам казалось, что работа идет слишком медленно, и на другой день они приказали нам соорудить два костра. То же самое мы делали и на третий день моей работы в Яинцах. На четвертый день немцы привезли небольшую вагонетку.
...После этого делался сначала небольшой костер, затем на вагонетке подвозились и сбрасывались трупы... Таким образом, работа пошла быстрее, и мы ежедневно сжигали 1 200 трупов. Так мы работали до моего побега. Я бежал через 36 дней...
Если после сожжения оставались кости, их мололи и рассеивали... Пепел рассыпался в Яинцах. Во время вскрытия могил нам приказывали вырывать у трупов золотые зубы, кольца и часы. Эти вещи складывались в миски для еды и вечером после работы сдавались немцам... Если кто-нибудь из нас, работавших в Яинцах, уставал и не мог продолжать работать, его убивали и бросали в костер.
Я был свидетелем того, как однажды высокий черноволосый еврей, о котором шла молва, что он музыкант, обессилел и был не в состоянии закапывать могилы. Это возмутило присутствовавшего при сжигании д-ра Юнга (врач СС в лагере Баньица и старший инспектор лагеря). Он приказал сбросить в костер этого молодого человека. Юноша сопротивлялся. Тогда Юнг приказал ему снять пиджак и лечь на землю. Когда приказание было выполнено, он заставил фельдфебеля Штегеманна застрелить юношу. Фельдфебель выстрелил в затылок. Юношу бросили в костер...
Нам приказывали считать сожженные трупы. Поэтому я знаю, что в Яинцах было сожжено 68 тысяч трупов. Несожженными остались 1 400 трупов, причем в одном рву — 1 200, в двух других — по 100».
Мы передаем Трибуналу заверенную выдержку вышеупомянутого протокола допроса в качестве документа Ю-58.
Это описание, а также число жертв лагеря Баньица, умерщвленных в Яинцах, свидетельствуют о том, что лагерь Баньица являлся настоящим лагерем уничтожения. Процедура уничтожения в этом лагере была такая же, как и во всех других лагерях уничтожения, которые немцы создали в сфере своего господства.
Управление лагерем находилось в руках гестапо и СД. Начальниками были в первую очередь члены СС. Первым комендантом лагеря был гестаповец Фридрих из Берлина. Его преемником — фон Бекер. Вокруг них находилось большое количество сообщников по преступлениям, прежде всего немцев, прибывших из Германии, а также проживавших за ее пределами. Необходимо назвать одного из самых отъявленных — майора СС д-ра Юнга, врача лагеря, который не только присутствовал при бесчеловечных убийствах, но и лично приказывал и производил такие убийства. О нем уже говорилось в приведенном выше показании свидетеля Дамьяновича.