Нюрнбергский процесс, сборник документов (Приложения)
Шрифт:
Через два дня после того, как было написано это письмо, Антонеску назначил «губернатора» оккупированных областей Советского Союза, назвав эти области «Транснистрией»
Я представляю Трибуналу под номером СССР-295 показания этого «губернатора» Горгия Алексиану, взятого в плен Красной Армией, и прошу принять эти показания в качестве доказательства.
Алексиану, передавая подробности своего назначения, показывает:
«Антонеску рассказывал, что в связи с успешным продвижением германских войск Гитлер обратился к нему с личным письмом, в котором предложил присоединить к Румынии занятые немцами советские территории, простирающиеся от Днестра до Днепра, и создать там свои оккупационные власти».
Алексиану говорит, что летом 1942 года он присутствовал на заседании совета министров Румынии, на котором «маршал Антонеску, рассказывая об успехах германских и румынских войск на Восточном фронте, заявил: «Теперь всем видно, как разумно я поступил, когда еще в ноябре 1940 года договорился с Гитлером о совместном нападении на Советский Союз».
Однако щедрость фашистского фюрера, раздававшего направо и налево советские территории своим вассалам, заметно уменьшилась в ходе войны, по мере нарастания успехов Красной Армии.
Передо мной лежит письмо Гитлера Иону Антонеску от 25 октября 1943 г. Это письмо я прошу Трибунал принял, в качестве доказательства под номером СССР-240. Каких нибудь два года и три месяца прошло с того момента, как Гитлер поздравлял своего румынского сатрапа с захватом Бессарабии.
Обстановка и условия изменились. Гитлер теперь пишет:
«Моя следующая просьба касается вопроса о беспрепятственном и не ограниченном какими-либо формально-юридическими или хозяйственными соображениями использовании Транснистрии в качестве тылового района группы армий «Юг» и группы армий «А»... Далее я прошу предоставить в распоряжение немецких властей всю железнодорожную сеть в Транснистрии».
В качестве слабого утешения Гитлер добавляет:
«Все эти мероприятия имеют целью, в конце концов, сохранить Транснистрию за Румынией».
Тогда даже Антонеску, столько раз подобострастно уверявший Гитлера в своей верности, не выдержал.
15 ноября 1943 г. он написал длинный ответ Гитлеру. В этом ответе Антонеску без стеснения писал о том, как он выполнил волю своего господина за счет своего народа.
Я представляю это письмо Антонеску Гитлеру под номером СССР-239.
На письме дата — 15 ноября 1943 г. Бухарест.
Я цитирую, начиная с пункта второго этого письма:
«Что касается режима в Заднестровье, мы согласны с Вашим превосходительством, что сейчас неуместно и не время взвешивать с банкирским расчетом проблемы этой территории как военной зоны, зоны снабжения и т.д.
Я хотел бы сначала объяснить причины моего беспокойства.
Не знаю, говорят ли Вам всегда правду относительно вклада Румынии в войну с 1941 года до настоящего времени:
— что эта война стоит Румынии 300 миллиардов лей;
— что за этот период мы дали Германии более 8 миллионов тонн нефти, угрожая своим национальным запасам и самим залежам;
— что мы несем тяжелые расходы на содержание семей свыше 250 тысяч погибших в бою...
Конечно, приход войск на территорию Заднеетровья является, как Вы говорите, щитом в воротах Румынии. Мы желаем только того, чтобы все это проходило в порядке и было наиболее выгодно использовано...
3. Что касается перехода железных дорог Заднестровья в эксплуатацию немцев для увеличения перевозок, прошу Ваше превосходительство пересмотреть этот вопрос. По нашему мнению, этот переход не обязателен.
Железные дороги Заднестровья с 1941 года до настоящего времени хорошо работали под румынским управлением. Они всегда удовлетворяли немецкие требования, а их руководство всегда получало хвалебную оценку...
Если пропускная способность железных дорог Заднестровья еще не смогла увеличиться, согласно общему установленному плану, то мы не несем за это ответственности. И здесь мы соблюдали наши обязательства...
Я уверен, что наше управление железных дорог могли бы провести мероприятия по увеличению пропускной способности и улучшению работы железнодорожного транспорта.
Поскольку я сам лично занялся вопросом организации управления и экономики этого района, для меня было бы большим огорчением, если бы руководство железными дорогами перешло бы к немцам, так как можно было бы справедливо сказать, что наша неспособность в этом отношении вызвала эту меру».
Настал такой период во взаимоотношениях двух агрессоров, когда прежнее согласие, имевшее своей базой захват чужих земель и богатств, уступило место спорам о том, кто должен нести большую материальную ответственность за потери, понесенные в результате преступной авантюры, затеянной обоими партнерами.
Об этом свидетельствует следующий документ, взятый нами из личного архива Антонеску, который я имею в виду представить как доказательство уважаемому Трибуналу под номером СССР-245. Я хочу дать довольно пространную цитату из этого документа, но то, что я собираюсь огласить, имеет чрезвычайно существенное значение для выяснении взаимоотношений фашистской Германии со своими вассалами. Этот документ называется «Встреча генерала Ганзена с маршалом Антонеску 7 июля 1943 г.». Как вы помните, господа судьи, генерал Ганзен был начальником военной миссии германского генерального штаба в Румынии.
Председатель: Является ли для Вас возможным суммировать содержание этих документов относительно Румынии, так как Вы уже обратили наше внимание на достаточной количество доказательств об участии Румынии. Были представлены заявления генерала Антонеску и другие доказательства. Может быть, Вы могли бы сейчас перейти к вопросу об участии Венгрии, о чем говорится в документе СССР-294. То, что Вы сейчас нам оглашаете, несомненно, показывает нам размеры участия Румынии. Но все это относится к вопросу агрессии. Я думаю, что Вы могли бы перейти к документу СССР-294.
Зоря: Если это удобно Трибуналу, я это сделаю.
Председатель: Я думаю, что это сэкономит время и вместе с тем не повредит делу.
Зоря: Тогда я кратко охарактеризую этот документ Ганзена — Антонеску в нескольких фразах и перейду к цитированию следующего документа.
Председатель: Очень хорошо.
Зоря: Смысл этой беседы заключается в совершенно беззастенчивой торговле, которая проводилась между Ганзеном и Антонеску. Предметом этой торговли были деньги, военное снаряжение, человеческие жизни. Антонеску, который начал ощущать неудобства отсутствия каких-либо договорных взаимоотношений с Германией, настаивал на том, чтобы все последующие взаимоотношения материального порядка и всякого иного порядка оформлялись бы соответствующими договорами. Он требовал предоставления Германией любых предметов военного снаряжения, либо техники, либо, наконец, денег. И когда генерал Ганзен сказал, что у Германии нет лей, Антонеску ответил: «Не имеете лей — давайте, по крайней мере, оружие и оснащение».
Таким образом, этот документ характеризует ту линию фашистской Германии, которую она применяла при выкачивании самых разнообразных ресурсов у своих вассалов.
Сейчас я хотел бы коротко остановиться на некоторых внешнеполитических методах, которыми пользовались гитлеровцы во взаимоотношениях со своими вассалами. Я хотел бы остановиться на линии гитлеровских заговорщиков в вопросе о Трансильвании. Оперируя трансильванским вопросом как приманкой, гитлеровские заговорщики заставляли выслуживаться своих венгерских и румынских вассалов.
Я представляю под номером СССР-294 показания бывшего генерал-полковника венгерской армии Рюскицай-Рюдигера.
Рюскицай-Рюдигер до мая 1941 года занимал ответственные должности в венгерском военном министерстве, затем до сентября 1942 года командовал корпусом, после чего был заместителем военного министра Венгрии.
Сейчас я хотел бы зачитать показания Рюскицай-Рюдигера, относящиеся к трансильванскому вопросу.
Рюскицай-Рюдигер говорит:
«...Второй венский арбитраж принял маловыгодное для Венгрии решение. За Румынией был сохранен район добычи подземного газа Медьеш-Кишармеш. В венгерских политических кругах это расценивалось желанием Гитлера обеспечить себе союз с Румынией в войне с Советской Россией. Что Гиглер ставил Румынию как союзницу выше Венгрии, объяснялось тем, что при намечавшейся войне с Советской Россией Румыния со своим упирающимся в Черное море южным крылом, безусловно, понадобится Германии.
В служебном разговоре примерно в ноябре 1940 года начальник оперативной группы венгерского генштаба — полковник Ласло сказал мне по этому поводу следующее:
Второй венский арбитраж вызывает в Венгрии сильную ревность к Румынии, и дело только за нами, чтобы нам добиться заслуг у Гитлера».
Я позволю себе напомнить, что Антонеску в своих показаниях, которые представлены Трибуналу несколько ранее, рассказывая о своих переговорах с Гитлером, говорил, что:
«В ноябре 1941 года Гитлер сказал мне, что венским арбитражем еще не сказано последнее слово, и этим самым дал понять, что Румыния может рассчитывать на пересмотр решения, принятого в свое время о Трансильвании».
Однако вскоре подсудимый Риббентроп, при посещении Будапешта, высказал прямо противоположную точку зрения.