Чтение онлайн

И дело не в недостатке финансирования, полагаю. Просто общая атмосфера сказывается. Казённый дом, одним словом.

— Со следственным отделом я вас позже познакомлю, девочки уже, наверное, на обед ушли, — продолжал вещать Пушкарев. — Следачки — все у них по часам, сами понимаете, хех. А вот следующая дверь — розыскники. Отдел у нас небольшой, так что специализации, как понимаете, нету, так что они всем занимаются. От квартирных краж и угона авто, до убийств, не приведи Спаситель. Ну а ежели посерьезнее что, то мы уже Главк подключаем.

Я кивнул, стараясь, чтобы это не выглядело милостиво, и вслед за подполковником вошёл внутрь.

За дверью оказался кабинет квадратов на сорок. Два больших окна с совершенно домашними и уютными шторами, которые никак не ожидаешь увидеть в подобном заведении. Обязательный фикус в углу, выживающий исключительно на морально-волевых. Сейф, карта города на стене, четыре стола, три из которых были заняты владельцами.

Точнее — владелицами. Все обитатели кабинета были женского пола. Вопрос со шторками сразу же прояснился.

«Это же уголовный розыск! — мысленно возмутился я на автомате. — Какого хрена весь отдел укомплектован бабами?»

Нет, я так-то не шовинист какой и вообще за равенство и братство, но, блин — собачья же работа! У женщин на первом месте стоит семья, дети, они в декрет уходят, наконец! Это невыгодно начальству, если уж на то пошло!

Тем не менее, я своими глазами наблюдал трех женщин в возрасте от двадцати пяти до тридцати пяти лет. Справа налево: строгая блондинка, скромная брюнетка и разбитная, ярко накрашенная рыжая. Твою мать, они еще и по спектру цветов тут собрались!

— А это наша гордость! — не замечая или не желая замечать моего удивления, продолжил экскурсию Пушкарёв. — Оперативно-розыскная служба отделения, лучшие кадры! Чтоб вы понимали, Михаил Юрьевич, раскрываемость составляет шестьдесят три процента!

А неплохо! Нет, без дураков — отлично даже! Если цифры не «нарисованные», то девки тут не просто попки просиживают, а реально дают стране угля! Конечно, нужно учитывать нюанс того, что процент идет из общего числа совершённых преступлений, куда входит как кража банки огурцов у бабы Нюры, так и убийство инкассатора. Но, всё равно достойно.

— Добрый день, дамы, — я учтиво склонил голову.

Ответом мне стало невнятное мычание, которое при должном воображении можно было понять, как: «здрасти». Похоже, девочки тоже приняли меня за проверяющего из Главка.

И правда, стоило только произойти процедуре приветствия, как крашенная рыжуля тут же подорвалась из-за стола, и мгновенно оказалась перед нами. По пути не забыв огладить не слишком длинную юбку на бедрах, и отточенным движением взбить чуть вьющиеся волосы.

А ничего такая! Из женщин, она была тут самой старшей по возрасту, точно больше тридцати. Броская, яркая и судя по плящущим в зеленых глазах бесенятам, еще и дерзкая. Всегда на таких западал.

Белая блузка едва сдерживала напор рвущейся наружу упругой груди, стройные ноги уверенно шагали на каблуках сантиметров в семь, а зеленые глаза профессионально ощупывали нового человека. Похоже, старший опер.

— Здравствуйте! — томным, с отчетливым придыханием, немного хрипловатым и чертовски сексуальным голосом еще раз произнесла она. — Меня зовут Стелла. Как же хорошо, что вы к нам зашли, Михаил Юрьевич! Мы уже три месяца просим господина подполковника решить вопрос с кофеваркой, но с места вопрос не двигается. Мол, бюджет на год уже утверждён, и там на подобные глупости денег не предусмотрено. Но это же не глупости, правда, Михаил Юрьевич? Как розыску работать без кофе? Может быть вы нам как-то поспособствуете решить этот вопрос, а?

И в завершение, красотка тронула наманикюренным пальчиком пуговицу у меня на груди. Меня будто током пробило — надо же какая реакция! Стоило только старому псу оказаться в молодой шкуре, как все рефлексы вернулись.

Пока звучала эта прочувствованная, но совершенно непонятно как ко мне относящаяся речь, я только глазами хлопал. И смотрел, грешен, то на пухлые губы рыжули, то на ложбинку между грудями, которую та мне явно сознательно демонстрировала. Из этого гипнотического транса меня вырвал лишь кашель подполковника, который почти сразу же сменился руганью.

— Андрющенко, твою душу! — куда девался обходительный человек, устроивший мне эту познавательную во всех отношениях экскурсию. Лицо покраснело, хоть прикуривай. — Ты что тут, едрить, устроила!? Шуточки тебе все? А ну села обратно за свой стол, пока я тебя премии не лишил!

— Да всё, Александр Сергеевич, всё! — женщина выставила перед собой ладони. — Чего так заводится-то сразу! Ну реально, сколько можно просить о кофеварке? Нам как работать вообще?

— Как всем остальным — чай пить! — окончательно вызверился Пушкарев. — Я тебе эту кофеварку знаешь куда вставлю!?

— Одни обещания! — фыркнула рыжуля, уже вернувшись за свой стол.

— Стелла, ты у меня договоришься!.. — начальник райотдела уже и пятнами пошел. И сделал шаг в сторону язвительной подчинённой с явным намерением её придушить.

— Вы по делу пришли, Александр Сергеевич? — служебному преступлению не дала произойти блондинка. До этого она лишь молча наблюдала, но тут, видимо, решила, что пора вмешаться. — Или так, покричать, как обычно?

Бедняга, как он с ними вообще справляется? Три женщины и у каждой язык, как опасная бритва. Что-то мне уже не очень хочется здесь работать…

— Воронина… — удивительно, но слова блондинки словно бы охладили пыл Пушкарева. Бросив на меня почему-то весёлый взгляд, он произнес. — Вот, принимай! Пополнение вашему отделу. Новый опер, прямиком из главка отправили! Михаил Шувалов, прошу любить и жаловать.

— Александр Сергеевич, — растерялась Воронина. — Если это шутка, то не очень удачная. Какой опер?

— А вот я всегда говорил, что вы меня не слушаете, — отрезал Пушкарёв. — Сказано же — Михаил Шувалов! Новый оперативный работник в вашем отделе! С сегодняшнего дня поступает в ваше распоряжение, как стажер. С испытательным сроком в две недели.

— При всём уважении, Александр Сергеевич, но я говорила и говорю, что мой отдел, — выделила слово Воронина, — в доукомплектации не нуждается. Более того, лишний, не знакомый с нашей спецификой работы человек, будет только вредить. И не мне вам это объяснять…

Все это девушка произнесла с холодной маской на лице. Не повышая голоса и никоим образом не провоцируя начальство на проявление гнева. Но — тот не заставил себя ждать. Впервые, пожалуй, с момента нашего знакомства, я увидел, как из косноязычного суетливого подполковника на миг выглянул жёсткий руководитель. Который явно держал все это бабье царство в железных рукавицах. Или ежовых? Никогда не понимал смысл этой метафоры! Какие рукавицы из ежа?