Чтение онлайн

— Звучит так, будто я год здесь ошиваюсь.

— Не язви, — одёрнул девушку Янг. — Я хочу сказать, что с тобой что-то происходит. Я помню, что мы решили, что когда придёт время, если будет нужно, и бла-бла-бла мы можем изливать друг другу души. И не стоит копаться в чужом белье без надобности. Но я же вижу, что с тобой что-то не так.

Нейтан долгим взглядом уставился на Логан, которая нервно поджала губы, будто пытаясь отговорить себя не вываливать всё грязное бельё наружу.

— Ну же. Я всегда на твоей стороне, ты же знаешь. Скажи мне что происходит, Чакки.

Девушка взглянула в лицо другу. Эти добрые карие глаза, окаймлённые пушистыми ресницами; осторожная улыбка, не такая как у психологов, что готовы в любой момент вкатить тебе не дюжую дозу успокоительного; она была совершенно другой. Дружественной и понимающей. От неё на чуть впалых щеках появились милые ямочки, а забавные кучеряшки дыбились на голове. Может быть, не взглянув тогда на лицо Нейтана, Чакки бы рассказала о том, что с ней случилось, но теперь, когда она смотрела в его глаза, она просто не имела права рассказывать ему о другом мире. Нейтан был достоин лучшей жизни, не такой как у неё, как у Винчестеров. У него должна была быть семья, работа, скучные будни, кои он бы скрашивал своими сумасшедшими выходками. Чакки не имела права отнимать у него эту жизнь, решать за него. Он ведь её друг и должен остаться целым и невредимым. Девушка горько усмехнулась, достав из кармана кожаной куртки пачку, и привычным жестом встряхнув её, вытягивая зубами сигарету, закурила.

— Со мной всё отлично, док. И не нужно копаться в моих мозгах. Ты же знаешь там полнейший бедлам, но спасибо что спросил. Мне льстит твоё внимание.

Юноша рассержено стукнул руками по рулю.

— Вот всегда ты так!

— Как? — пофигистично протянула девушка, выпуская тонкую серебристую струйку дыма, наполняя салон пикапа горьковатым запахом табака.

— Увиливаешь от ответа. Ты, блять, такая невъебенная личность, вся из себя такая самостоятельная! Я же знаю, что у тебя вся жизнь через жопу, но нет. Мы гордые, помощи ни у кого просить не будем. Никого слушать не будем, — Янг показушно скривил лицо, во время своей пламенной речи жестикулируя руками, но при этом, не позволяя машине съехать с дороги.

— Нейтан, — устало протянула Логан, прикрыв глаза ладонью. — Давай не будем ссориться. Со мной правда всё хорошо, просто я устала и хочу спать, а ещё есть и у меня болит голова.

— Все вы женщины такие, — себе под нос пробормотал парнишка, — чуть, что у них голова болит.

Подросток закатила глаза к небу.

— Прекращай ворчать. Лучше жми на газ посильнее, а то мы так и до следующего Нового Года до больницы не доберёмся.

— Уж извините, — язвительно рыкнул Янг, — я тебе не Шумахер и тачка у меня быстрее семидесяти не выжимает.

«О, Боги» — мысленно вздохнула Логан, но продолжать дебаты не решилась. Что вы, себе дороже! Вдруг ещё заведётся, Нейтана же потом не успокоишь. А им с этими «занимательными» преступлениями разбираться. Хотя, что-то подсказывало Чакки, что это дело Янг, как обычно, сможет превратить в «дурдом на выезде».

«Может быть, стоит позвонить Винчестерам? Я так и не узнала, что с ними случилось, после той стычки в кафе. Здоровы ли они сейчас? И где? Не могли же демоны угрохать их? Нет, не могли. Как там Дин говорил? Сосуды для Люцифера и Михаила. Конечно, по-моему мнению, всё это чушь собачья, но события последних дней заставляют задуматься.»

— Эй, Логан! Харе из реальности выпадать!

— Да что тебе не нравится?!

— Приехали, — хмыкнул юноша, выскакивая из пикапа.

— О, Слава Богу! — возвела руки вверх девушка, выбираясь следом за другом, но тут же удачно опустив ноги в лужу. — Вот дерьмо.

— Прости, солнышко, забыл сказать. С твоей стороны лужа, — ехидно улыбаясь, подёргивая бровями, бросил через плечо Янг, заткнув руки в карманы куртки, чуть ли не вприпрыжку идя в сторону здания больницы. Чакки скрипнула зубами, прищурилась.

— Война, так война. Ты ещё пожалеешь, что перешёл мне дорогу, жалкий холоп.

— Ты что-то сказала? — изогнул бровь Янг. Логан невинно улыбнулась.

— Я? Нет, ничего. Тебе послышалось, лапонька.

— Ну, ладненько. Давай, шевели окорочками! У нас времени в обрез.

«Придушила бы паршивца. Да только его маман устроит мне разборки на уровне Третьей мировой. А мне оно надо? Нет уж, увольте. Мне своего личного Апокалипсиса в виде Люцифера пока хватит»

***

— Нет, ну, засранка! — бушевала Чакки, в который раз перемывая кости несчастной медсестричке, коей не посчастливилось попасться на пути девушки, да ещё и состроить глазки её спутнику. — Привет, Нейтан, — передразнила она манеру разговора девушки, при этом жеманно поджав губки и стрельнув глазками мимо проходящему доктору. Тот сконфужено ускорил шаг.

— Шлюха! Подстилка! — рычала Логан, подпрыгивая при ходьбе. В какой-то момент мимо проходящая медсестра задела её плечом, и Чакки с разворота впечатала её в стену, рявкнув в лицо перепуганной женщине:

— Смотри куда прёшь!

— Эй, эй! Спокойно, Логан! — Нейтан быстро отодрал подругу от ошалевшей дамочки. — Извините. Месячные. Ну, вы понимаете. Нервозность, стресс и всё такое.

— Янг! Ты пиздопроёбина! — но все дальнейшие матерные восклицания прекратила чуть вспотевшая ладонь, что зажала рот Чакки, и та могла издавать лишь гневное мычание, сопровождаемое пинками и взмахами рук.

— Отшлёпать бы тебя хорошенько, — шикнул юноша, быстро переставляя ногами, удаляясь от ещё не пришедшей в себя медсестры, дабы не схлопотать по своей, и не только, кучерявой головушке. Логан издала грозное «хмпф», после чего попыталась укусить за ладонь, но тонкие пальцы с силой сжали челюсть.

— Вот что ты разбушевалась? Месячные? — грозное рычание вырвалось из груди шатенки. — Хорошо, вариант с месячными откладываем. Ревнуешь что ли?

На это высказывание Чакки демонстративно закатила глаза и сложила руки под грудью, мол, кого тут ревновать, тебя что ли?

— Ну, так что? Так и дальше будем играть в молчанку? — брови Чакки взметнулись вверх. Этот поганец издевается что ли? Запрокинув голову назад, Логан ткнула указательным пальцем в руку Нейтана, пульнув красноречивый взгляд.

— Ах, да! Прости, забыл.

— Забыл он, чёрт тебя дери, — фыркнула Чакки. — Лучше б голову дома забыл.

— Эй, я же извинился! — в след быстро удаляющейся подруге выкрикнул Янг, так громко, что все присутствующие в коридоре на него оглянулись. А собственно сама обиженная девушка лишь вскинула вверх руку, показав средний палец. Нейтан насупился.

— Вот всегда вы женщины так. Хрен вас поймёшь. Десять минут назад она была в апатии, а теперь молниями швыряется, — пробурчал себе под нос парень. — Эй! Чакки, подожди меня! Чакки, эй! Да, подожди же ты! Я же пошутил! Шутка! У тебя нет месячных! Я же пошутил!

— Лучше заткнись, Янг! Или я вырву твой язык!

— Всё. Молчу, — примирительно поднял руки вверх Нейтан. — Так чего ты так взбесилась?

— Заткнись!

Девушка толкнула носком ботинка белоснежную дверь, ведущую в палату Годрика. В нос ударил резкие запахи анестетиков и обезболивающего. Размеренный писк аппарата жизнеобеспечения резанул по слуху, заставляя Чакки несколько раз дёрнуться в нервном тике. Она никогда не любила больницы. Эти вычищенные стерильные палаты, выкрашенные в белый цвет, людей в стерильных халатиках с наиграно-доброжелательно участливыми улыбками, будто им есть дело до пациентов. Брезгливо осмотревшись, и не найдя ничего интересного, кроме поддельной картины Рембрандта, купленной на «блошином рынке» и распятия Иисуса, девушка шаркая ногами отошла к широкому окну, занавешенному белоснежной тюлью.