ЖАНРЫ

О началах и концах света: Рождение и гибель мира в мифологии, религии и науке
Шрифт:

Семь она положила направо,

Семь она положила налево.

Кирпич – посредине между ними {139} .

Из этих заготовок 14 «богинь рождения» сотворили семерых мужчин и семерых женщин. Нинту заранее соединила их попарно и предрекла, что людьми они станут на девятый месяц. И на будущее предупредила:

В доме рожающей во время родов

Да будет кирпич на семь дней установлен! {140}

139

Там же. I.257–259. С. 58.

140

Там же. I.a15. С. 58.

В чем заключалась роль кирпича, праматерь не объяснила, но с тех пор послушные шумеры исправно водружали этот предмет перед роженицей. Послушны они оказались и во всем остальном, исправно взяв на себя заботы, ранее отягощавшие игигов:

Загрубели руки от тяжкой работы.

Киркой и лопатой строили храмы,

Сооружали большие каналы,

Для пищи людской, пропитанья божья… {141}

Отметим, что есть еще одна похожая аккадская версия – о том, что люди были созданы из крови двух богов-ремесленников, убитых специально для этой цели. Так появилась первая пара смертных, Улигарра и Зальгарра {142} .

141

Там же. I.336–339. С. 59.

142

Излагается по: Тюменев А. И. О предназначении людей по мифам Древнего Двуречья // Вестник древней истории. 1948. № 4. С. 15–16.

Ни каког о иного предназначения, кроме физического труда на благо богов, шумеры и аккадцы для себя не видели. И, судя по известной нам истории Месопотамии, люди действительно взялись за рытье каналов, возделывание земли и выращивание скота. А боги могли отдыхать в возведенных для них храмах и пользоваться приносимыми им жертвами.

Так или примерно так, согласно шумерским и аккадским верованиям, были созданы Вселенная и населяющие ее боги и люди. Существует еще довольно много текстов о том, как боги доводили эту Вселенную до совершенства, но, как правило, речь идет уже о частных вопросах. Например, шумерский текст, получивший название «Спор Лета и Зимы», рассказывает, как Энлиль совокупился с «великой лесистой горой» и породил двух богов, Эмеша (Лето) и Энтена (Зиму). Эти сыновья Энлиля сделали много полезного. В частности, Энтен устроил в море лагуны и позволил зародиться «рыбам и птицам морским»:

Птицам небесным на широкой земле гнезда

устроить повелел,

Рыбам лагун в тростниках откладывать яйца велел,

Садовые колодцы медом и вином наполнил,

Едва посаженные деревья плоды нести заставил,

Огороды насадил, всходы установил,

Ячмень на нивах изобильным сделал…

Второй брат тоже не остался без дела:

Эмеш дома и стойбища основал, хлевы и загоны расширил,

‹…›

Города, деревни на земле возвел, храмы в Стране воздвиг,

Храмы богов, как холмы, на чистой земле взрастил {143} .

143

Излагается и цит. по: Емельянов В. В. Шумерский школьный диалог «Спор Лета и Зимы» // Asiatica. Труды по философии и культурам Востока. Вып. 9. – СПб., 2014. С. 50–51.

Такого рода деятельностью занимались и другие боги. Но, при всем уважении к их трудам, надо отметить, что это уже выходит за рамки процессов создания и первичного обустройства мира, а следовательно, и за рамки настоящей книги.

В итоге к I тысячелетию до н. э. Вселенная жителей Месопотамии выглядела примерно следующим образом. Внутри гигантского первичного соленого океана находился огромный полый шар. Верх его представлял собой куполообразное небо, насчитывающее до семи ярусов – по этим ярусам двигались небесные тела. Купол неба опирался на некий «Небесный вал» или, возможно, горы, опоясывающие пресный океан, в центре которого, собственно, и находилась населенная людьми земля. Небо было прикреплено к этому валу с помощью колышков. На востоке и на западе имелись специальные ворота, сквозь которые светила выходили на соответствующий им ярус, дабы двигаться по нему, освещая землю. Солнце ночью скрывалось за куполом, во «внутренности небес».

Отметим, что в древние времена бог солнца Шамаш вел себя по отношению к обитателям загробного мира более гуманно – он, подобно египетскому Ра, по ночам спускался под землю, чтобы светить и там. Недаром аккадцы иногда именовали Шамаша «Солнце мертвых душ». В своей знаменитой элегии на смерть отца шумерский поэт рубежа III–II тысячелетий до н. э. Лудингирра прямо называет солнечного бога владыкой и судьей загробного мира:

Уту, великий владыка подземного мира,

Когда темноту подземного мира озарит, когда темные места

сделает светлыми, пусть судом своим благостным

тебя судит! {144}

144

Пер. В. К. Афанасьевой. Цит. по: Крамер С. Н. История начинается в Шумере. – М., 1991. С. 176.

Но потом Шамаш отказался от загробной и вообще от подземной деятельности.

Относительно лунного бога Нанны известно, что днем он путешествовал по подземному царству в своей барке. Тот же Лудингирра писал: «Нанна в “день сновиденья” пусть решит судьбу твою благостно!» По мнению шумерологов, имелся в виду день новолуния, когда Луна вообще не показывается в небе, – эти сутки Нанна полностью проводил в загробном мире и судил усопших. Но позднее Нанна в ночи, свободные от освещения земли, стал, подобно Шамашу, удаляться во «внутренность небес».

Земля находилась в центре мирового океана пресных вод, который частично располагался и под земной поверхностью – это была область подземных вод (апсу, абзу), снабжавшая колодцы и источники. Еще ниже лежал загробный мир – Курнуги, «страна без возврата». Все значимые земные объекты имели свои аналоги на небесах. Рекам, городам, храмам соответствовали созвездия.

* * *

Такова была Вселенная Древней Месопотамии. Вероятно, она вполне устраивала богов, потому что разрушать ее они не собирались. Человечеству в историческое время Конец Света тоже не грозил. Напомним, что, согласно «Сказанию об Атрахасисе», боги трижды уничтожали бoльшую часть людей – с помощью болезней, засухи и Всемирного потопа. Но в конце концов они смирились с тем, что люди шумят (а может, потомки спасшегося в ковчеге Атрахасиса стали вести себя тише), и более никаких катаклизмов не происходило.

Правда, существует миф о том, как бог чумы решил уничтожить жизнь на земле. Об этом говорится в аккадском тексте, получившем название «Поэма о боге чумы Эрре» [54] . Эрра объявил:

Сокрушу я страну, обращу в руины,

Города разрушу, превращу в пустыню,

Горы снесу, зверей уничтожу,

Моря всколыхну, истреблю их богатства,

Искореню болотные заросли, спалю их, как Гирру [55] ,

Ниспровергну людей, погублю все живое… {145}

54

Текст поэмы датируется концом II тысячелетия до н. э.

55

Гирру (аккадск.; у шумеров Гибил) – бог огня.

145

«Царь всех обиталищ…» (Поэма о боге чумы Эрре). Табл. II. Фр. C. 24–29 // Пер. В. Афанасьевой // Я открою тебе сокровенное слово. Литература Вавилона и Ассирии. – М., 1981. С. 107–108.

Но советник Эрры, Ишум, уговорил злокозненного бога отказаться от своих планов. И с тех пор, насколько известно авторам настоящей книги, ни один из месопотамских богов не угрожал существованию мира и человечества в нем. И никаких мрачных пророчеств на этот счет не существует.

Глава 3

Древняя Греция

Самое раннее сохранившееся до наших дней свидетельство о возникновении греческой Вселенной – поэма «Теогония» – принадлежит знаменитому Гесиоду, младшему современнику Гомера, жившему на рубеже VIII и VII веков до н. э. Надо отметить, что круг интересов Гесиода был очень широк и отнюдь не ограничивался вопросами космогонии. Поэт занимался сельским хозяйством, пас овец на склонах Геликона {146} и, помимо поэмы о происхождении богов – «Теогонии», оставил поэму «Труды и дни», наполненную разного рода бытовыми и нравственными советами, обращенными к его непутевому брату Персу. Здесь даются рекомендации, когда лучше сеять и жать, как выбрать жену, кого приглашать на пирушку, как одеваться по сезону… Объясняется даже, как именно «чтущий богов, рассудительный муж» {147} должен мочиться.

146

Гесиод. Теогония. 22–23 / Пер. В. Вересаева // Гесиод. Полное собрание текстов. – М., 2001. Далее: Гесиод. Теогония.

147

Гесиод. Труды и дни. 731 / Пер. В. Вересаева // Гесиод. Полное собрание текстов. – М., 2001. Далее: Гесиод. Труды.

Гесиод не страдал ложной скромностью и охотно давал советы, в том числе и в тех областях, в которых, по собственному признанию, ничего не смыслил. В своей поэме «Труды и дни» он, например, подробно описывает, как надо нагружать торговый корабль и когда безопаснее всего пускаться в плавание. «…Покажу я тебе многошумного моря законы», – уверенно объявляет автор. Но в следующих же строках делает оговорку:

Хоть ни в делах корабельных, ни в плаванье я не искусен.

В жизнь я свою никогда по широкому морю не плавал,

Раз лишь в Евбею один из Авлиды… {148}

148

Там же. 648 и сл.

Поделиться с друзьями: