Чтение онлайн

Эйнар обвесил себя успокаивающими амулетами.

Тогда Эйнар научился управлять инстинктами, не вырывался, а растворялся и искал дорогу к центру Междумирья. Его душа, его разум, словно парили в облаках – бессмысленно и бесконечно. Иногда эти облака становились лиловыми и плотными, и Эйнар на миг сам становился не бестелесным духом, а самим собой, обретал во сне физическую форму. Но ощущение терялось быстро, и он вновь блуждал и блуждал, и блуждал...

Эйнар обложил кровать всеми известными ему артефактами, что в каком-либо смысле указывают на правильный путь.

И однажды Эйнар в своих скитаниях во сне увидел замок – волшебный замок в лиловых облаках, с башней и изумрудном драконом. Академия Альянса семи миров. Она была прикрыта незримой магической завесой, Эйнар не мог даже приблизиться, но пока это и не нужно. Пока ему нужны знакомства с другими магами.

Он видел их изредка. Большинство явно ничего не контролировали, многие – даже не осознавали, что это не просто сон. А те кто осознал – выглядели такими опытными, сильными и надменными, что Эйнар просто не видел смысла подбираться к ним поближе. Ему нужны относительно равные, другие студенты...

Эйнару совершенно не хотелось исполнять дядюшкин приказ.

Это убивало весь интерес, раздражало и печалило. Его все больше прельщала идея просто учиться – никакой большой политики, разве что безобидные студенческие интриги и шалости, никаких необходимых союзников, просто... друзья.

Но стоило было задуматься, Эйнар признавал, что идея – глупее некуда, и, главное – трусливая, безвольная, просто попытка сбежать. Ему нужны были союзники – но не для дяди, а для себя, ему нужна была власть – опять же, только для себя. Он будет делать то, что сам хочет и никакой это не поводок.

Эйнар всегда был хорош в самообмане.

Или напротив – ужасно плох.

Он сам не мог понять, что делает сейчас – играет или нет. Намеренно тянет или просто не может.

Одним промозглым вечером Авель пригласил Эйнара прогуляться по берегу. Они оба, закутанные в меховые плащи, беловолосые... издали, наверняка, казались похожими. Да и вблизи Эйнар все чаще осознавал их внешнее сходство. Это было весьма кстати, неприятно, зато делало его план более выполнимым... Но рядом с дядей Эйнар даже думать опасался о каких-то там планах, чтобы не выдать ненароком.

– Все еще никаких успехов в Междумирье? Неужели там нет никого достойного Эйнара лор Теламона? – насмешливо спросил дядя.

– Есть слишком сильные, есть слишком слабые, есть слишком глупые, есть слишком уродливые – и подходить к ним не хочу.

– Ты сам – слаб.

Они вышли к обрыву. Волны с шумом разбивались о серые скалы, ветер нес вместе с холодом редкие хлопья снега. Эйнару хотелось бы научиться заклинать погоду, но он уже понял... его сил недостаточно для подобной магии.

– Раньше ты говорил обратное.

– Раньше ты не топтался на месте, как слепой щенок.

Дядя был зол и разочарован. Эйнар затолкал куда подальше свое удовлетворение. Отвернулся.

– Не стоило мне давать тебе понять, что я знаю о Лергенах, – вздохнул дядя. – Зря мне показалось, что ты отреагировал достойно.

– Это здесь не причем. Напротив, я благодарен тебе – указал мне на свое место.

– Ты что-нибудь собираешься делать с Гайнером?

– Сначала я собираюсь познакомиться с кем-нибудь в Междумирье... но эти сны, которые не сны... Они вытягивают из меня все силы.

– Ты так зол на меня.

– Это. Здесь. Не. Причем, – отчеканил Эйнар, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Непривычно видеть, что реакции дяди просчитаны верно... или он в очередной раз подыгрывает?

– Или точнее – на себя, – не слушая, продолжил Авель. В его голосе вновь зазвучала приторная сладость. – И зря, совершенно зря, мой мальчик. Я был горд тобой, я горд за то, что ты достоин быть не просто средством для достижения моих целей, способен на собственные тайны и интриги. Ты – мой воспитанник, мой ученик... я вкладывал в тебя свою душу и ты словно сам часть меня. Пока юн и неопытен, но у тебя все так замечательно получается. Я знаю, что у тебя есть свои люди в замке Владычицы, среди обычных горожан и лоров... Знаю, что ты следишь за мной, наблюдаешь.... Мне греет сердце твоя самостоятельность...

Эйнар расслабился, позволяя деде кружить вокруг него – привычно, медленно, вкрадчиво. Эйнар забыл совсем, где стоит, забыл знакомый обрыв, забыл любимый дядин фокус из детства.

Черная повязка закрыла глаза неожиданно – спрятала весь мир от Эйнара, обострив звуки и запахи. Хотелось дернуться, сорвать ее... Но он не шелохнулся.

– Я думал это давно в прошлом.

И вновь Авель словно не услышал.

– Мне разбивает сердце твое недоверие. Я на твоей стороне, Эйнар, всегда на твоей стороне. Мы же оба знаем это. Нет тебе смысла никакого, мой мальчик, идти против меня...

Лишь темнота, лишь жаркий шепот, лишь леденящие и через мех объятья.

– А ты и не хочешь, ведь правда? Я знаю тебя Эйнар... Знаю, как ты твердишь себе, что ненавидишь меня, как мечтаешь убить, отомстить... Кладешь медленный яд в мой чай. Ну право, мой мальчик, неужели ты думал, что способен скрыть это от меня?

Голова кружилась и ноги леденели от страха – Эйнар чувствовал как хрупка земля, на которой он стоит, как крошиться камень, как близок край... маленький шаг не туда, и упадешь в морскую бездну.

– Сделай шаг вперед, Эйнар, – голос дяди прозвучал позади.

Это всего лишь проверка. Дрессировка. Эйнар послушный пес, он сделает шаг... но он строптивый – и сначала спросит:

– Хочешь убить меня? За то, что не испытываю должной благодарности к убийце моих родителей?

– Хочу, чтобы ты вспомнил, как доверять мне. Я знаю, что для тебя лучше Эйнар, знаю, как сделать тебя счастливым. Знаю, что ты благодарен мне достаточно, чтобы не осмелиться убить меня.

Это бесконечно “знаю” впивалось в разум Эйнара отравленными шипами, душило сильнее, чем повязка на глазах. От самоуверенности дяди тошнило и хотелось смеяться.

– Сделай шаг вперед, Эйнар.

Эйнар сделал. Он словно занес ногу над пропастью, но вместо свободного падения – твердая земля.

– Повернись влево.

Эйнар повернулся, осторожно... Ветер так силен, что кажется – и сдует прямо в холодное море.

– К чему эти игры, дядя?

– Разве не весело? Помнишь, когда-то мы так часто играли.

Эйнар предпочел бы об этом забыть, он почти забыл – но Авель выбрал удачный момент, чтобы напомнить. Перед тем как уйти в Академию, Эйнар должен принадлежать ему целиком и полностью.