Чтение онлайн

Будь же благодарен за малое, и станешь достоин получить большее. Пусть будет тебе самое малое, вместо многого, и невидное вместо особенного дара. Если взирать на достоинство даятеля, ни единый дар не покажется мал или незначителен, ибо не малое то, что подается от Великого Бога. Если даже пошлет казнь и истязание, и то должно быть приятно: все, чему ни попускает случиться с нами, всегда устраивает Он для нашего спасения. Кто хочет удержать в себе благодать Божию, да будет благодарен за благодать, когда она дается, терпелив, когда отнимается; пусть молится, чтобы возвратилась она; пусть смотрит за собою и смиряется, чтоб не потерять ее.

Много у Иисуса любителей царства Его небесного, но мало носителей креста Его. Много у Него искателей утешения, но мало искателей страдания. Много находит Он участников трапезы, но мало участников воздержания. Все хотят со Христом радоваться, но не многие хотят что-либо претерпеть за Него. Многие последуют за Иисусом даже до преломления хлеба, и немногие до того, чтоб испить чашу страдания. Многие чествуют чудеса Его и немногие следуют крестному поношению. Многие любят Иисуса, пока не встретят бедствий. Многие восхваляют Его и благословляют, пока принимают от Него что-либо в утешение, а как только скроется Иисус и хотя бы на малое время оставит их, впадают или в ропот, или в чрезмерное отчаяние.

Но кто Иисуса ради Иисуса любит, а не ради какого-либо своего утешения, те любят и благословляют Его и в смущении, и в печали сердечной, так же как и в величайшем утешении. И если бы восхотел Он вовсе не давать им никакого утешения, и тогда бы они Его восхваляли, и всегда восхотели бы благодарить Его.

О, сколько может чистая любовь к Иисусу, без всякой примеси своекорыстия или самолюбия! Не наемниками ли следует почесть всех, кто ищет всегда себе утешения? И кто всегда помышляет о своем благе или о своей выгоде, те разве любовь к Иисусу в себе показывают, а не себялюбие? Где найдется такой человек, кто бы восхотел бескорыстно служить Богу?

Трудно найти столь духовного человека, чтобы ото всего обнажил себя. И где найдется истинно нищий духом, кто отрешился бы от всякого творения? Далеко такой человек и цена его как будто из дальних стран света. Если отдаст человек все существо свое, то это ничто, и если сотворит великое покаяние, тоже мало; а если обладает всяким знанием, очень далеко; и если получит великую добродетель и самое пламенное благоговение, то много еще недостает ему. Есть единое, что ему больше всего нужно. Что же это такое? Чтобы, оставив все, себя самого оставил, из себя совсем вышел бы и никакой собственной любви не удержал бы в себе. Если бы исполнил он все, что почитал долгом исполнить, да ощущает в себе, что ничего не исполнил.

Пусть не считает он за великое, что могут великим почесть его, но воистину да признает себя рабом ничтожным. Так говорит истина: «Когда исполните все повеленное вам, говорите: «мы рабы ничего нестоющие». Тогда он может стать истинно беден и нищ духом, и со пророком сказать может: «я одинок и угнетен» (Пс.24:16). Всех на свете богаче, всех свободнее, всех могущественнее тот, кто умел себя самого и все оставить, и в нижних поставить себя.

Жестоко многим покажется слово это: «Отвергни самого себя, возьми крест свой и последуй за Иисусом» (Мф.16:24). Но намного ужаснее будет услышать такое последнее слово: «идите от Меня проклятие во огонь вечный» (Мф.24:41). А кто ныне охотно внимает слову крестному и последует ему, те в оный день не убоятся, что услышат вечное осуждение. И явится знамение креста на небес, когда Господь на суд придет. Тогда все служители креста, все, кто в жизни сообразен был распятому, к судье Христу приступят с великим упованием.

Что же боишься ты взять крест, когда крестом входят в царствие небесное? В кресте спасение, в кресте- жизнь, в кресте- защита от врагов, в кресте- излияние сладости небесной, в кресте- укрепление мысли, в кресте- радость духовная, в кресте- верховная добродетель, в кресте- совершение святости. Кроме креста нет для души спасения, нет надежды на вечную жизнь. Возьми же крест свой и последуй за Иисусом, и войдешь в жизнь вечную. Он пошел пред тобою и понес Свой крест и на кресте за тебя умер, для того чтоб и ты понес свой крест и восхотел бы умереть на кресте: если с Ним на кресте умрешь, с Ним также и жить будешь, и быв сообщником казни, будешь и в славе сообщник Ему.

Так, все состоит в кресте и все заключается в смерти: нет иного пути к жизни и к истинному и ко внутреннему миру, кроме пути святого креста и ежедневного умерщвления. Иди, куда хочешь, ищи, чего угодно, и не найдешь ни вверху пути возвышеннее, ни внизу пути безопаснее, чем путь святого креста. Располагай и устраивай все, как тебе хочется и как тебе кажется: ничего не найдешь, кроме того, что надо тебе всегда в чем-нибудь пострадать либо волей, либо неволей. И так везде крест найдешь: или телесную болезнь будешь чувствовать, или в душе потерпишь смущение духа.

Иногда будешь оставляем Богом, иногда от ближнего будешь в смущении, и более того, самому себе будешь часто в тягость. И при всем том не будет у тебя ни средства освободиться, ни утешения облегчить себя, но терпеть нужно будет, доколе Богу угодно. Ибо хочет Бог, чтоб научился ты терпеть скорбь без утешения, и Ему совершенно покорил бы себя, и стал бы от скорби смиреннее. Только тот сердечно почувствует страдание Христово, кому доведется пострадать подобно Христу. Итак, всегда готов крест и повсюду ожидает тебя. Куда бы ни побежал от него, избежать его не можешь, ибо куда ни пойдешь, всюду себя самого понесешь с собою, и всегда найдешь себя самого. В вышнее ли обратишься или в нижнее, во внешнее ли или во внутреннее, во всем том найдешь крест, и повсюду нужно тебе будет держаться в терпении, если хочешь иметь внутренний мир и заслужить венец вечный.

Если с любовью несешь крест, он понесет тебя и приведет тебя к желанному концу, то есть туда, где будет конец страданию: здесь же нет ему конца. Если неохотно несешь, бремя себе творишь и более отягощаешь себя самого, а терпеть все таки придется. Если отвергнешь один крест, непременно найдешь другой и может быть еще того тяжелее.

Думаешь ты избежать того, чего никто из смертных не мог миновать? Кто из святых жил в мире без креста и без скорби? Ибо и Господь наш Иисус Христос, пока жил, ни одного часа не был без скорби страдания: надлежало пострадать Христу и воскреснуть из мертвых и войти в славу Свою. И как же тебе искать иного пути, кроме сего пути царственного, пути креста святого!

Вся жизнь Христова была крестом и мученичеством; а ты себе ищешь покоя во радости? Обманываешься ты, обманываешься, когда иного ищешь, как бы не терпеть скорби, ибо вся эта смертная жизнь исполнена бедствий и крестами обставлена, и часто чем успешнее кто поднялся на духовную высоту, тем тому тяжелее крест достается, потому что в умножении любви возрастает и скорбь изгнания.

Однако, с таким умножением скорбей, в облегчение их, не оставляется человек без утешения, потому что чувствует и великое умножение плода себе от крестного терпения. Когда по доброй воле покоряется он кресту, то все время скорби обращается в крепкую надежду на божественное утешение. И чем более изнуряется плоть скорбью, тем сильнее дух подкрепляется внутренним утешением. И до того иногда укрепляется он от ощущения скорби и бедствия, так полюбит сообразоваться со крестом Христовым, что не хочет быть без болезни и скорби, ибо тем угоднее Богу становится, чем более скорбей и тягостей перенес ради Бога. Не человеческая это добродетель; но благодать Христова столько дает и действует в бренной плоти, что в горячности духа принимает она и любит то, чего по природе всегда ужасается и избегает.