Чтение онлайн

Выдохнув, я плюхнулась на табурет возле холодильника, пытаясь затянуться потухшей сигаретой. Мой благоверный глядел на меня и отвратительно улыбался. Именно, улыбался! А монолог, который он произнес в ответ, убил меня окончательно:

– Ты можешь делать какие угодно выводы, это твое абсолютное право. Я не забываю, что ты моя жена, а я твой муж, я помню каждый день, что у нас есть дети. Но, прежде чем орать, как сумасшедшая, и размахивать впустую руками, советую посмотреть хорошенько на себя в зеркало! На кого ты стала похожа?! Этот старушечий зеленый халатик, вечно бледно-серое лицо с тенями под глазами, растрепанные волосы, пропахшие табаком, осипший от хронической простуды голос, никакого маникюра на ногтях! Да их просто нет! А эти твои идиотские карты вместе со всеми взятыми полоумными клиентками, внимающими несбыточным бредням? По-моему, это ты забыла, а не я, что ты женщина! Тебе тридцать семь, а ты выглядишь на все пятьдесят!

Вадим замолчал, слегка оттолкнул меня от двери, открыл ее и вышел в коридор. Из комнаты на мои крики высунула мордочку дочка, в недоумении поглядела на отца. Он ладонью взъерошил ее кудряшки, чмокнул в пухлую розовую щечку, быстро оделся, взял барсетку подмышку и ушел, треснув входной дверью.

Я стояла с закрытыми глазами, словно громом пораженная, прислонившись жаркой спиной к прохладной стенке холодильника. В руке моей тлела последняя сигарета. В таком положении я находилась, наверное, долго, потому что не слышала, как вернулся сын с футбола, как он шептался с сестрой в коридоре. Когда я открыла глаза, они оба были передо мной. Дочка жалостливо, ничего не понимая, обхватила меня за ноги, прижимаясь кучерявой головой к халату, во взгляде моего мальчика я прочитала тревогу. Сын аккуратно вынул из моих пальцев потухший окурок и тихо сказал:

– Мам, ты умойся и не плачь. Я с тобой! Только не кури сегодня больше!

Не знаю, зачем, но я отключила телефон и задернула шторы в спальне. К Анжеле я так и не спустилась, забыв про все на свете. А она, наверное, названивала мне весь вечер. Близилась полночь, дети уже давно видели десятый сон. Вадим не возвращался. Я тревожно прислушивалась к каждому шороху и звуку за входной дверью, несколько раз даже подходила к ней и глядела в дверной глазок. Все было напрасно. Я начала метаться по квартире с остервенением дикой кошки. Предатель! Он специально решил не являться домой, чтобы окончательно вывести меня из равновесия! Или он больше не любит меня, ведь теперь в его жизни появилась узкозадая девушка Лариса, молодая хищница, хватающая своими цепкими крашеными когтями чужих мужей!

Окончательно обессилев от тяжких мыслей и сумасшедшего дня, я перестала носиться из коридора на кухню, и обратно, вошла в спальню, бросила опустошенный взгляд на широкую спальную кровать, легла, уткнулась носом в подушку и забылась тяжелым, тревожным сном. Когда я проснулась, то было уже семь часов утра. Я перекатилась на бок, поглядела по сторонам и поняла, что муж так и не возвратился семейное гнездо. Его половина кровати осталось не тронутой и холодной. Я со стоном оторвала свою тяжелую голову от измятой подушки, вставила ноги в тапочки и пошла будить детей, одновременно на ходу выполняя кучу дел.

В пятницу телефон у Анжелы как сумасшедший надрывался от звонков назойливых клиенток. Мы сидели с ней вдвоем на кухне и пили кофе. Анжела автоматически поднимала трубку и говорила, что гадалка в отпуске и временно не принимает. В конце концов, подруге все это надоело, и она просто выдернула шнур из розетки.

Я не чувствовала вкуса любимого кофе, я вообще ничего не чувствовала.

– Представляешь, он сказал, что я выгляжу на пятьдесят лет, – вялым голосом протянула я.

– А! – Анжелка махнула рукой. – Это он тебе назло сказал, чтобы вывести тебя из равновесия. Мужики ведь такие заразы! У них лучший метод защиты – это нападение. Причем напасть надо, желательно, в самый невыигрышный момент. Кстати, а когда он вернулся?

– Он вообще не пришел домой!

– Вот это да! Совсем обнаглел! Говорила я тебе, Лада, чтобы ты не затевала скандала! Ведь предупреждала! Нет же, ты все равно сделала по-своему! Каков результат – ты в проигрыше!

Я застывшим взглядом смотрела на красивый кофейник из тонкого китайского фарфора. Подруга моя вздыхала, вертя пальцами массивные золотые серьги в ушах. За окном шел долгий серый дождь. На крыше соседнего дома сидели мокрые вороны и неприятно покаркивали, словно старые бабки.

Мы обе молчали: я страдала, подруга думала. Вдруг Анжела встрепенулась, вскочила и побежала включать телефон.

– Ладка! У меня возникла отличная идея! Мы с тобой завтра ударимся в загул!

– Что за ерунду ты там говоришь? – пробормотала я безучастно.

– Спокойно, подруга! Я знаю, что нам делать! – улыбалась Анжелка, набирая номер, – Э-э! Будьте добры Далилу Шахову! Да! Жду!.. Далилочка, дорогая! Привет! Это Анжела, да-да! Далила у меня к тебе есть большое дело! Нет, ну конечно я не отниму у тебя много времени! Ты не возражаешь, если завтра я заскочу к тебе на полчасика с подругой, я давно обещала ее познакомить с тобой. Она дизайнер по костюму. Что? Нет, пока начинающий, мечтает пообщаться! И вообще, необходима твоя помощь, так сказать, твои мудрые советы! Что, в шесть? Отлично, будем! До скорой встречи!

И моя подружка-авантюристка повесила трубку с торжествующей улыбкой на сияющем красивом лице.

– Что ты там несла? Какой, к черту, дизайнер по костюмам? – набросилась я на нее. – Эта твоя Далила психиатр что ли?

– Ну конечно! Ты за кого меня принимаешь? Буду я еще профессионального психолога, то бишь тебя, по психиатрам водить! Эта моя Далила, как ты успела выразиться, известный среди московского бомонда модельер, хозяйка дома моделей. Между прочем, моя давняя и постоянная клиентка! Пришлось ей польстить, придумав про тебя легенду!

– Ну и чем же она может мне помочь? – с беспокойством спросила я.

– Чем, пока не знаю, но поднятие настроения я тебе гарантирую! Кстати, – Анжелка сощурила свои зеленые глаза, – У твоего благоверного, кажется, свиданьице намечается в эти выходные! Так ведь карты говорят?

Я снова почувствовала коварный прилив крови во всем теле и жар в груди.

– И что дальше? – со злостью на самою себя спросила я.

– А то, дорогая моя подружка, мы тоже в грязь лицом не ударим! Завтра тряхнем стариной и гульнем на всю катушку!

– Анжела! – тихо проговорила я, глядя внимательно на подругу. – Я, наверное, больше гадать не буду.

Анжела лишь кивнула головой.

– Как хочешь! А жаль, такой дар пропадет!

– Вот именно! Пропади он пропадом этот дар! – махнула я в сердцах рукой.

Муж мой явился домой под вечер, грозный как лев, молчаливый как статуя Зевса. Я попросила детей, чтобы они не беспокоили папу, так как он, якобы, сильно устал. Дочка пожала плечами, только подбежала к отцу и вложила ему в руку свою очередную поделку из цветной бумаги. Отец даже внимания не обратил на эту детскую безделушку. Он, не глядя, повертел ее в пальцах и небрежно бросил на кухонный стол. Я метнула в его сторону гневный взгляд. Ребенок надул губки и, опустив низко кудрявую голову, поплелся из кухни в детскую.

– Хоть бы совесть имел, не показывать свое самодурство дочери! – проговорила я сквозь зубы, гремя заварочным чайником. – Мало того, что ты дома не ночевал, так ты еще свое раздражение на детях срываешь, негодяй!

К моему горькому удивлению и бессильному гневу Вадик медленно потянулся, зевнул как-то наигранно и издевательски спокойно произнес:

– Лада, следи за выражениями!

И я снова не выдержала, хлопнув со всей силы ладонью по обеденному столу.

– Не смей со мной так разговаривать! Я пока еще твоя жена и имею полное право потребовать отчета, где тебя носило всю ночь и полдня!