Чтение онлайн

Вот что о природе прибавочной стоимости пишет Н. Сомин: ««стричь купоны» капиталисту дает возможность не что иное, как право частной собственности (на средства производства. — В. К.): оно обеспечивает присвоение им изготовленной продукции, а значит — и возможности осуществления двухкаскадной сделочной схемы (имеется в виду, что капиталист сначала заключает сделку с рабочим в виде договора о найме, который позволяет капиталисту получить результат труда рабочего в обмен на заработную плату; затем капиталист заключает сделку с покупателем результата труда по цене, которая превышает заработную плату. — В. К.). Заметим, что капиталист в этой схеме участвует наподобие спекулянта — покупает результат труда рабочего и перепродает его по более высокой цене покупателю. Эта двухсделочная схема — …форма эксплуатации» [84] .

Мы согласны с положениями Н. Сомина, содержащимися в данном отрывке его интересной статьи. Но — лишь с одним уточнением. Промышленный капиталист также может вносить свой вклад (наряду с рабочим) в создание результата труда (произведенные товары и услуги). Яркий пример такого промышленника — Генри Форд . В этом смысле промышленный капиталист перестает быть лишь посредником между наемным работником и потребителем. Вместе с тем отметим, что на протяжении всего XX века (и в первое десятилетие XXI века) наблюдается четко выраженная тенденция превращения промышленных капиталистов из участников процесса создания товаров и услуг (соработников) в обычных посредников .

В условиях «рыночной экономики» прибыль рождается не в сфере производства, а в сфере обмена, причем обмена неэквивалентного  [85] . Прежде всего неэквивалентность возникает на уровне тех сделок, которые заключает промышленный капиталист с наемными работниками, так как цена произведенного ими товара (за вычетом материальных издержек) оказывается выше заработной платы, и это превышение, как мы отметили, называется «прибавочной стоимостью».

Кроме того, промышленный капиталист совершает различные сделки с торговыми капиталистами и денежными капиталистами (они же — ростовщики, или банкиры) . Эти сделки также далеки от эквивалентности. Три группы капиталистов в разных пропорциях (в зависимости от их способностей) «распиливают» на отдельные «куски» прибавочную стоимость, которую изначально получил промышленный капиталист.

Три «распиленных» «куска» прибавочной стоимости называются соответственно: а) промышленная (производственная) прибыль, б) торговая прибыль, в) банковская прибыль (ссудный процент). Особое внимание в нашей работе мы уделим третьему виду прибыли — ссудному проценту [86] .

Можно заметить, что при распределении произведенного богатства в «рыночной экономике» наименьшими возможностями для получения эквивалентной доли этого богатства обладают наемные работники — в силу того, что между ними и потребителями возникают посредники в виде промышленных (производственных) капиталистов, получающих свою «маржу», называемую прибавочной стоимостью. Иначе говоря, наемные работники хронически недополучают свою долю богатства (по большому счету им должно принадлежать все богатство, поскольку лишь они участвовали в его создании).

Забегая вперед, отметим, что наибольшими возможностями для получения произведенного богатства из всех участников экономических отношений (обмена) обладают денежные капиталисты.

Таким образом, в условиях «рыночной экономики», т.е. в условиях всеобщей «жажды денег», происходит неизбежная имущественная поляризация общества: на одном полюсе находятся наемные работники, на другом — денежные капиталисты . Промышленные и торговые капиталисты находятся между этими полюсами, причем их положение неустойчиво, часть из них со временем может превращаться в наемных работников, другая (существенно меньшая) — в денежных капиталистов [87] .

Кредитные деньги — вирус физического и духовного уничтожения человека

Разговор о разрушительных последствиях использования кредитных денег будет неполным, если мы ограничимся сферой хозяйственной жизни. «Волны» разрушительного действия кредитных денег выходят за пределы «экономики» и захватывают также социальную и духовную жизнь человека, о чем мы отчасти уже говорили выше.

Кредитные деньги в конечном счете уничтожают человека в физическом смысле. Конечно, правильнее сказать: человека уничтожают не кредитные деньги, а те, кто их создает в целях своего обогащения, т.е. ростовщики. Это совсем не преувеличение. Ведь ростовщики посредством использования кредитных денег создают кризисы. А в периоды кризисов человек попадает в экстремальные условия. Нередко описания кризисов (в СМИ, художественной литературе) сопровождаются картинами самоубийств. В нашем воображении рождается картинка: какой-нибудь банкир выбрасывается из окна небоскреба. Конечно, такое тоже случалось, но число реальных случаев исчисляется единицами. А сегодня банкиры и вовсе из окон выбрасываться перестали.

А вот о том, что в годы кризисов снижается рождаемость и увеличивается смертность, говорится не так часто.

Возьмем в качестве примера Америку времен Великой депрессии. В 1940 году численность населения США равнялась 131,4 млн человек. Были проведены расчеты, которые показывают, что если бы в стране сохранялись те демографические тенденции (смертность и рождаемость), которые были до начала депрессии, то численность населения на тот момент равнялась бы 141,9 млн человек. Таким образом, в течение 1930-х годов Америка из-за кризиса потеряла 10 млн человек [88] .

Было бы очень неплохо, если бы наши СМИ немножко отдохнули от темы «сталинских репрессий» и рассказали нам о том, как ростовщики в эти же самые годы убивали американский народ.

Сегодня кризис в России также внес свою разрушительную лепту в демографические процессы: некоторый (очень незначительный) прирост населения в стране прекратился и вновь началось сокращение населения нашей страны.

Если в условиях кризиса происходит снижение темпов прироста населения — это уже плохо, это ущерб, причем даже более существенный, чем сокращение ВВП. Увы, «профессиональные экономисты» в своих работах часто вообще не упоминают о подобных «мелочах», предпочитая оперировать привычными «макроэкономическими категориями» (ВВП, инвестиции, инфляция, платежный баланс и т.п.). Человек в их интеллектуальных конструкциях присутствует лишь как один из «факторов производства».

Литература

1. Кеннеди М. Деньги без процентов и инфляции. Стокгольм, 1993 (работа есть в Интернете).

2. Соломатин А А. Уравнение обмана / / Профиль. 2008. No 11.

3. Шуремов Е., Заложнев А., Чистов Д. «Кривые зеркала» мировой экономики / / Финансовая газета. 03.12.2009.

4. Валянский С, Калюжный Д. Армагеддон завтра: Учебник для желающих выжить. М.: ACT; ACT МОСКВА; Транзиткнига, 2006.

5. Краснов В.П. Теории товарного производства и классовой борьбы за пределами догм. Ростов н/Д, 2001.

6. Сомин Н.В. Эксплуатация в рыночной экономике: попытка разобраться .

«Денежная революция»: легализация «частичного резервирования»

Частичное резервирование = фальшивомонетничество

Экономические кризисы могут начаться «стихийно» в виде; так называемых «набегов» вкладчиков на банки. В результате происходят массовые банкротства кредитных организаций, а затем волны кризисы распространяются на другие сектора. Спрашивается: почему банки терпят банкротства? Ведь мы выше отметили, что кредитная деятельность банков является достаточно безопасным видом бизнеса: кредиты надежно обеспечиваются залогами (в крайнем случае — гарантиями, страховками, поручительствами).

Причина в том, что для банковской деятельности характерно частичное резервирование их пассивных операций, т.е. операций, связанных с выдачей банками обязательств. Иначе говоря, обязательства банкиров перед их клиентами, размещающими средства на депозитах, оказываются больше имеющихся в наличии у банков ликвидных активов (в разы, иногда в десятки раз). Выданные коммерческими банками обязательства — это «депозитные деньги» , о которых мы говорили выше. Ликвидные активы — это «настоящие деньги» , которые (в отличие от депозитных денег) являются законным платежным средством и в настоящее время почти исключительно являются деньгами центрального банка (раньше это были также казначейские билеты, а еще раньше к «настоящим деньгам» относили золото и серебро). Так, сегодня в совокупной денежной массе развитых стран на «настоящие деньги» приходится не более 10 процентов, все остальное — «депозитные деньги».