Чтение онлайн

— Да, Вы правы, Ая. Но процедура изъятия воспоминаний предоставит нам более полную картину. — В этом-то я и не сомневалась, просто идиоткой в самом начале жизни становиться не хочется. — Вы же понимаете, случай необычный…

— А я слышала, что эта процедура небезопасна… — Протянула я с сомнением. Честно говоря, было страшно. Если они захотят, ничто их не удержит от принудительного изъятия. Если бы приставка «фон» к фамилии была в силе, они бы не посмели. А так…

— Вы правы. Могут быть…определенные последствия. Но мой коллега — очень умело проводит эту процедуру. Вы практически ничего не почувствуете…

«… уже никогда» — мысленно договорила за господина инквизитора горькую правду.

Я затравлено оглянулась — надо было садиться на диван, была бы ближе к выходу. Теперь же инквизиторы находились практически как раз между мной и спасительной дверью из комнаты. Хотя всё равно догонят…

Молчание затянулось, инквизиторы стали нетерпеливо переглядываться.

Спасла меня хозяйка дома — за это я простила ей разом и тараканов, и обшарпанную мебель и всё-всё-всё. Хотя мебель и так меня не сильно смущала.

— Ая! Аяааа! — Она всегда начинала кричать метра за два-три до двери. И только потом стучалась. То ли давала мне время спрятать любовников в шкаф — он вместил бы как минимум трёх, ибо шкаф был большой, как я уже говорила, но без полок. То ли заодно давала знать остальным жильцам, что она тут. Не знаю. Но в этот момент я её любила.

И бросилась к двери.

— Ара Ивгения! — Боюсь, в моём голосе было многовато восторга. Ивгения подозрительно на меня посмотрела. — А у меня тут господа инквизиторы — радостно затараторила я. — Простите, я совсем забыла, что обещала Вам помочь. — Тут глаза Ивгении округлились, но, видимо, мои глаза были уж очень умоляющими и она промолчала. — Уже надо идти, да?

Ара Ивгения молча кивнула и слегка отодвинув меня заглянула, наконец, в комнату. Инквизиторы привстали и слегка поклонились — хозяйка моя была из дворян. И, кажется, не любила инквизиторов — их вообще мало кто любит, но почти никто не осмеливается демонстрировать неприязнь, по крайней мере, из тех, кто обладал даром. Ара Ивгения не считала нужным скрывать своё отношение, то ли в силу дворянского происхождения, то ли из-за отсутствия дара — взгляд её стал неприязненным. И она сухо поинтересовалась:

— Могу я взглянуть на предписание? Или по какому праву Вы находитесь в моём доме? Ая не имеет права приглашать гостей без моего разрешения.

Инквизитор Солейс (кажется, говорю же — путаю я их) молча протянул ей предписание.

— Вина подтвердилась? — Спокойно спросила Ивгения, просмотрев предписание.

— Нет. — Вынужденно ответил Солейс. И торопливо добавил — Но Ая Дорт важный свидетель.

— Понимаю. — Кивнула Ивгения. И мне показалось, что она сейчас уйдёт, оставив меня с моими проблемами одну. И осуждать её за это я бы не смогла. Но она меня удивила. — Тогда, видимо, ей надо прибыть к дознавателю? С каких пор боевые маги — она кивнула на предписание — ведут расследования?

Инквизиторы досадливо поморщились.

— Ара Ивгения, Вам же не нужны неприятности? — Вкрадчиво произнёс инквизитор Дейм.

— Прежде чем Вы перейдёте к угрозам, господа, наведите справки о том, кому угрожаете. — ара Ивгения, похоже, действительно их не боялась. И они пошли на попятную. Вероятно, действительно решили навести справки.

— Что Вы, ара! Какие угрозы! Просто хотели Вас предупредить, что обстоятельства дела до конца не выяснены и, возможно, для Вашей безопасности, Вам стоит пересмотреть список жильцов.

Ара Ивгения усмехнулась и отошла в сторону, явно намекая, что господам пора и честь знать.

Господа раскланялись и удалились.

А я по-новому смотрела на ару Ивгению. При первом знакомстве она мне показалась излишне резкой, прямолинейной и даже слегка заносчивой — я пришла к ней снимать комнату по рекомендации начальника отделения сыскного ведомства, где проходила практику. Представляла я себе почему-то благообразную старушку-божий одуванчик — ну а как ещё должна выглядеть вдова, сдающая комнаты? И, встретившись с действительностью, растерялась. Ара Ивгения была довольно молода — наверное, ей было лет тридцать пять — сорок. Она была красива, яркой, кричащей красотой и обладала звучным голосом. И у неё было много домов, в которых она сдавала комнаты по городу, она была действительно богата. И родовита. Я тогда в разговоре с ней чувствовала себя как на допросе. И ей не должно было быть никакого дела до бедной, хоть и опрятной, девчонки-студентки, которая и комнату-то сняла всего на месяц. А вот поди ж ты, вмешалась. За что я ей крайне благодарна.

Кстати, зачем она меня искала, интересно знать? Решила напомнить про долг за комнату? Лично вряд ли — у неё были помощники, и обычно она беседовала лично только при первой встрече.

Ара Ивгения в свою очередь тоже меня рассматривала.

— Знаешь, что у них было в предписании? — Спросила, она, наконец.

Я помотала головой, ощущая себя дурой — ну ведь тоже могла спросить. Даже должна была.

— В случае подтверждения подозрений о применении проклятия чёрной метки, задержать любыми средствами, в крайнем случае — ликвидировать.

Я сползла по стеночке. Хорошо, что шутить не стала. А то бы по этой стеночке и размазали.

— А Вы зачем меня искали? Деньги?

Ара Ивгения протянула мне газету.

— Ты вроде на практике была в пограничье?

«Шокирующая смерть всего отряда и исчезновение целителя!» — кричал заголовок. Хорошо, что я так и сидела на полу, прислонившись к стеночке. Проклятие чёрной метки… весь отряд на третий день… не выжил никто… целитель-практикант пропал, тело не нашли… подозревается… дело передано инквизиции… читайте продолжение истории в следующем номере… Какое продолжение???

Я мялась на входе, чувствую себя… странно. И ловила на себе любопытные взгляды — в здание инквизиции мало кто из одарённых приходит добровольно. Да ещё и просится к дознавателю и на сканирование памяти. Не обнаружив в моей ауре безумия, инквизиторы, дежурившие на входе, весьма удивились, но к просьбе отнеслись уже серьёзнее.

Можно было, конечно, подождать повестки. Но после прочитанного в газете воспоминания буквально жгли. Да и ара Ивгения посоветовала не тянуть. Нет, я не собиралась расставаться с воспоминаниями, скорее, мне хотелось оправдаться, показать, что это не я, никак не я. Наверное, просто моему рассказу про элронца никто не поверил, поэтому и подозревают меня. А я сейчас всё расскажу-покажу, и забуду как страшный сон. И тему диплома поменяю. Чур меня от таких сказок.

Кроме того, меня грызло смутное беспокойство — приходившие сегодня инквизиторы явно вели какую-то свою игру. Не знаю на чьей стороне — элронца, или кого-то другого, но определенно у них есть какой-то свой интерес, помимо расследования. Иначе не говорили бы об изъятии воспоминаний. Кому-то зачем-то было нужно, чтобы я всё забыла. А я забывать не хотела.

К дознавателю меня всё же пропустили, и даже довольно быстро. Он сидел за столом, на котором был художественный беспорядок, и что-то писал. И был чем-то неуловимо похож на моих сегодняшних гостей, хоть и не в форме инквизитора. Терпеливо выслушал мои сбивчивые оправдания, рассмотрел подсунутую газету и равнодушно, и всё также молча, поднял на меня глаза, неожиданно янтарного цвета.