О том, как жена захотела изменить своему мужу
Шрифт:
Хотя с бумагой я погорячилась - альбом оказался нереально тяжелым, явно не из хлопкового материала. Я косо взглянула на руки Велласа и сразу же оценила, почему он так легко нес альбом - под футболкой виднелись бицепсы, причем стальные, не меньше.
Я же опрокинула это сокровище на кровать, распахнула, и на стальных пластинах цифровые фото показались окошечками в мир под водой. У нас это называется дайвингом, интересно, а как здесь?
– Ты профессионально этим увлекаешься?
– я ткнула пальцем в фото, где парень сорвал несколько странных водорослей и довольно потрясал ими над головой.
– Не. Ма против. Но все каникулы я провожу там.
– И кем же Кассандра хочет тебя сделать?
– Достойным человеком, - раздался холодный ответ от дверей.
Я резко обернулась, и поясницу чуть заметно скрутило.
– Лиза, физическая активность тебя ждет завтра, а сегодня разумней было бы отдыхать. Я рада, что ты подружились с Веллом настолько, что осматриваешь его комнату.
И ничего вроде не сказала, а щеки почему-то заалели. Да за кого она меня принимает?! Неужели не видно, что к парню отношусь, как к младшему брату. Но логика ведьмы явно непробиваемая, и я не стала спорить.
– А что, он не всем ее показывает?
– любопытство все же взяло верх.
– Из девушек - помощниц, ты первая, кого он пригласил.
Какой-то пошлый намек почудился в ее словах. Такс, Лизок, не опускаемся до мещанских разборок, а переводим разговор.
– Красивые фотографии, - пролистав альбом, я искренне восхитилась талантом Велласа - запечатлеть такие красивые пейзажи не каждый может.
Видимо, все снимки кроме первого делал он сам. Да у него талант! Фотографии выполнены по всем каноном правильного художественного восприятия, и я бы даже сказала, что это не снимки, а картины.
– Красивые. Для досуга можно оставить, - сказала Кассандра.
– Ма, ты же сказала, что будешь поздно?
– Забыла кое-что. Уже ухожу, - она смерила меня неприятным взглядом и захлопнула дверь.
– Не хочет, чтобы ты стал фотографом?
– повернулась к парню и внимательно взглянула в лицо.
А парень-то еле сдерживает эмоции, причем из последних сил.
– Да. Говорит, фотография - несерьезно.
Да уж, непонимание между отцами и детьми встречается во все времена и народы.
– А для тебя серьезно?
– спрашиваю я.
В этот момент его лицо скривила такая масса злости и отвращения, что я даже испугалась: не ожидала, что парень может испытывать такие эмоции. Видать, вопрос и вправду болезненный.
– Еще как! Но она не понимает.
– Да уж...- протянула я и задумалась.
Помочь ему я ничем не могу, и даже слов поддержки почему-то не находится. Не зная реалий этого мира, что могу предложить? Побег?
А выживет?
Поговорить с матерью? Так говорил уже.
Мда, безнадега.
И тут я вспомнила о себе. Раздражение и досада накатили неприятной волной. Сама нахожусь в положении рабыни, а все туда же - сопереживаю, огорчаюсь. А меня кто пожалеет, а? Кажется, пора закруглять это общение.
– Я пойду, пожалуй, - не дожидаясь ответа, резко захлопнула альбом, бросила на кровать и вышла из комнаты.
Пробежала по пустынным коридорам и с наслаждением захлопнула дверь своей берлоги. За последние дни она стала мне почти родной.
Плюхнулась на кровать и зарыла голову в подушку. Два дня на восстановление пролетели быстро. Время, что я провалялась в постели, не будет засчитано в нашем договоре. Жаль. Очень жаль.
Мысли вертелись разные, но в основном я вздыхала о своей судьбе. И повезло же мне так влипнуть! Трудности, конечно, закаляют характер, но пусть закаляется кто-нибудь другой!
Кломонд приезжал перед ужином и мазал меня какой-то плохо пахнующей мазью, потом сделал массаж спины - вот бы никогда не подумала, что это так здорово, и прописал на завтра... физическую активность.
А я еще надеялась на «освобождение от физкультуры на две недели». Глядишь, и Кассандра смилостивится и посадит бумажки перебирать.
Ведь должны же у нее быть бумажки - ведьма ведет бизнес, семья не бедствует, и при всем при том Кассандра растит сына одна...
В общем, наверняка ей трудно за всем уследить.
И должна же она платить налоги или что-нибудь в этом роде? Одним словом, я очень понадеялась на бумажки и старалась не думать ни о чем другом.
Ужинать мне принес Веллас в комнату, поставил на тумбочку у кровати, пожелал приятного аппетита и исчез.
Если честно, меня это неприятно поразило. Вчера я валялась целый день в кровати, но сегодня-то.... И прогулка, и передвижения... Я что, не имею права сидеть за общим столом?!
Прорыдав в подушку полчаса, я все-таки съела гарнир, и, сама не ожидая от себя такого, заснула прямо в одежде.
Мне приснилась Кассандра, и это очень неприятно удивило меня.
– Дорогая, давай без глупостей. Я ведь знаю, почему ты оказалась здесь, - голос Кассандры звучал мягко, дружелюбно, но я только отмахнулась от голосового наваждения.
Очень нечестно пытать во сне. А то, что происходило сейчас, иначе, как пыткой не назовешь.
– Кассандра, поймите, это была ошибка. Действие аффекта. Я люблю Андрея, - жалобно пищала я, выставляя вперед руки.
Мы сидели на облаках и куда-то летели. Кассандра управляла своим и моим облаком. Света вокруг было много, но у меня было стойкое ощущение, что сейчас не день.
Я в сердцах схватила комок из тучки и бросила вниз. Не полегчало. Отчаяние накрывало удушливой волной. Они от меня не отстанут. Никогда.
– А Олег...
– не успев сформулировать вопрос, я мгновенно получила на него ответ.
– Скажем так: он мой должник и не мог отказаться, - ведьма подарила самую широкую из своих улыбок, но я не купилась.
Значит, добровольно сдал. Противно.
– Он - маг?
– Да так, колдун средненький. Ему просто с женой не повезло. Вот, теперь мы прилетели.
Облачко медленно спускалось за Кассандрой. Мы очутились на зеленом поле. Вокруг холмистая местность, но кроме этого - ничего нет. Только синее небо над головой и редкие, очень редкие облака.
– Что это?
– обведя рукой горизонт, я вопросительно обернулась к ведьме. Та стояла ко мне спиной и размахивала руками.
Видя, что она занята, я не стала мешать.