Чтение онлайн

– Иди, дурачок, иди к маменьке, – пробурчал царь.

Иван-царевич, малость помявшись, подошел к матери.

– Ты вот скажи, свет очей моих, – опять обратилась к царю Василиса.

– Зачем всех сыновей разогнал? Старшего отправил – иди туда, не знаю куда. Среднего – принеси то, не знаю что. Что ж ты за изверг такой становишься, когда медовухи своей перепьешь? Сгинули поди наши кровинушки, – застонала царица горестно.

– Чет они сгинули? Шарятся поди теперь по тьмутараканьским борделям. Ничего им не станется, вот карантины отменют, и вернутся домой наши соколы, – насупился царь.

– Хорошо хоть Иванушку послал куда Макар телят не гонял, – не внимая царю, продолжала горевать Василиса Премудрая. – Хоть Черное болото и гиблое место, но нашенское. Слава богу живехонький домой возвратился.

Услышав слова матери, Иван приосанился и даже перестал ковырять грязным сапогом дырку в царском линолеуме. Лягушка на пуфике подбоченилась и с интересом уставилась на царицу.

– А уж название того места, прости господи, какое непотребное, даже язык не поворачивается сказать, – не останавливалась Василиса.

– Тьфу, завелась, – досадливо проворчал царь и вновь взялся за чарку, – хорош кликушествовать, пусть он лучше расскажет как было.

– Дык она Красной Девицей обернулась, а дальше и не помню я, как в тумане все, – вновь понурившись, выдавил Иван.

– Вот и я говорю, охмурили там нашего Ванечку, на болоте том Черном с грязями колдовскими ихними. Опоили, обкурили, да обесчестили.

– Ты, мать, за языком-то тоже следи! – царь грохнул кулаком по измятой державе.

– Там еще девок много-разно было, да уж эта была больно красивая, – протянул Иван, вспоминая, и покрылся нездоровым румянцем.

– Точно охмурили бессариды бесстыжие, менады охальные, фурии подлые, – вновь затянула матушка.

– Там еще Козел был, – сказал Иван.

– Какой Козел? Сегурский? – встрепенулся царь.

– Не знамо мне, батя, говорили – то ли бардосский, то ль черноморский.

– В отряде дядьки Черномора был Козел из поповицких, знавал я одного. Ох и хитрожопый он оказался. Новатор хренов.

– Помнишь, – царь обратился к жене, – я тебе рассказывал. У казенного мушкета мушку спилил, чтобы дулом идеально ровные кругляши для пельменей из теста выдавливать.

– Ужо как его только батогами потом и не прикладывали. И по сусалам, и по ребрам. А живучий Козел оказался, отлежался в холодной, да деру задал.

– Слышала я, – певуче ответила Василиса, – что он еще длинные тонкие веревки из теста придумал, лапшой назвал, да лапшовый заводик построил. Только ты, наш царь-батюшка, заводик тот в казну обратил.

– А не надо было казенное имущество портить. И другим урок будет. А Козла я потом в тридевятое царство в Темногорию забугорную отпустил, чтоб там свою лапшу втюхивал. Там он и сгинул, – сказал царь, – чой-та там не поделил с итальянцами.

– Кривда это, дворовые девки сказывали, что вновь его в Са…, прости господи, – перекрестилась царица, – вновь его в том непотребном месте видели. Даже вроде заговоренным он стал с какой-то куар-отметкою дьявольской.

Услышав слова Василисы, царь замолчал и снова насупился. Виночерпий у стены переминался в тоске с ноги на ногу. Дьяк-писарь в дальнем краю царских палат, затаив дыхание, навострил уши. Кот высунулся из-под лавки и жалобно мявкнул. Лягушка залегла на бок и, приняв на пуфике вульгарную позу, подперла голову правой лапой.

– Вот тогда тебе и указ мой, – сказал царь Ивану и, вновь помолчав, продолжил, – собирай отряд и скачи к болоту тому Черному, найди того Козла аль живым, аль мертвым. И сюда привези. Тогда может и прощенье мое заслужишь.

– Царь-батюшка, вели выдать для Ванечки сапоги-скороходы, шапку-невидимку и скатерть-самобранку, – попросила царица.

– Хрена с маком! А вот манду-самоблудку выдам, чтобы больше царский двор не позорил!

Конец ознакомительного фрагмента.