Чтение онлайн

4. Святой Павел говорит: кто, насадив виноград, не ест плодов его? (1 Кор. 9:7). Кому должен принадлежать плод дерева, как не насадившему его? Кого надлежит любить тебе, как не Того, Кто насадил любовь в твоём сердце и Которого любовью ты живёшь? Любовью Божией во Христе живём все мы. Этой любви должны мы держаться всю нашу жизнь, что бы с нами ни случилось. И как мореплаватели во время сильной морской бури бросают якоря, удерживающие их корабль, так, когда мир сей, который есть бурное море, колеблет корабль нашего сердца воздымающимися волнами многоразличных пороков: гордости, гнева, нетерпения, сребролюбия, плотского сладострастия и проч., – мы должны держаться за любовь Божию и Христову, как за якорь, и изо всех сил стараться, чтобы ничто не отторгло нас от любви Христовой (см.: Рим. 8:35).

5. Равно и в духовных бедствиях, когда грех, смерть, диавол и ад, скорби и нужды восстают на нас, как волны морские, мы должны держаться любви Божией и Христовой. Ибо она есть гора, указанная Лоту, бегущему от содомского огня, где надлежало ему спасти душу свою (см.: Быт. 19:17). Итак, христианин должен убегать Содома мира сего и держаться любви Божией, если не хочет он подвергнуться казни мирских похотей, которые суть злее содомского огня. Любовь и страх Божий есть то, что охраняет человека от мира, как Иосифа от жены Потифара (см.: Быт. 39:7).

6. То, что человек так любит мир, происходит единственно от того, что он никогда не вкушал любви Божией. Если человек ненавидит ближнего своего, завидует ему, обманывает его, пользуется им для выгод своих, это происходит единственно от того, что он не имеет любви Божией. Откуда проистекает так много горестей и забот? Только из того, что нет в нас сердечной любви к Богу. Ибо любовь Божия столь сладостна и отрадна, что во всех скорбях и даже в самой смерти соделывает нас радостными и дерзновенными.

7. Свойство любви таково, что для неё существует лишь то, что она любит, и она забывает всё, чтобы только достигнуть сего. Так почему же человеку, если он говорит, что любит Бога, не забыть всего, что в мире – чести, сладострастия, богатства и проч., – чтобы только достигнуть Бога? Ведь так поступали в древности святые Божии, которые столь сильно стремились к любви Божией и её сладости, что забывали мир и себя самих. Потому мир и считал их безумцами, хотя они были мудрейшими из всех. Ибо кто всех мудрее? Тот, кто больше всего любит и больше всего ищет вечного блага. Поэтому на самом деле величайшими безумцами были те, кто почитал безумцами этих святых людей (см.: 1 Кор. 3:19).

8. Истинно любящий Бога ищет и любит Его так, как бы под небом ничего другого не было, кроме Него. И обретает он в Боге всё, в чём мог бы он когда-либо иметь услаждение в мире. Ибо Бог есть всё: Он – истинная честь и радость, мир и отрада, богатство и слава. Всё это найдешь ты в Боге скорее, чем в мире. Любишь ли ты что-либо прекрасное? Почему же ты не любишь Бога, Который есть источник всякой красоты? Любишь ли ты что-либо благое? Почему же ты не любишь Бога, Который есть вечное благо? Никто не благ, как только один Бог (Мф. 19:17); Он есть высочайшее благо по существу Своему. Всякое творение хорошо (ср.: 1 Тим. 4:4), потому что оно получило малую искру или каплю благости Божией; но творенье обременено многим несовершенством. Совершенен только един Бог.

9. Почему же ты не любишь более всего Бога, основание и источник и всецелое исполнение всякого блага, Бога, Который благ по существу и Который есть начало всякого добра? Чем меньше земли или земной тяжести имеет в себе какая-либо вещь, тем она легче и тем скорее поднимается вверх. Так, чем более сердце какого-либо человека отягчено земными вещами, тем менее может оно возноситься к небу и возрадоваться любовью Божиею. Чем же меньше любви к миру сему, тем больше любви к Богу, тем больше любви к ближнему – та и другая нераздельны, как о том мы уже сказали.

10. Отсюда следует, что кто любит Бога, тот любит и ближнего, и кто оскорбляет Бога, тот и ближнего оскорбляет.

1. Эти слова достойны особого внимания, ибо они показывают, как Бог связан с человеком, любовь к Богу – с любовью к человеку, оскорбление Бога – с обидою, нанесённою человеку. Моисей недвусмысленно говорит, что соделавший какой-либо грех против человека чрез это делает преступление против Господа (ср.: Чис. 5:6).

2. Отсюда неопровержимо следует, что кто хочет примириться с Богом, тот должен примириться также и с ближним своим. Ибо Богу наносится оскорбление, когда оскорбляют человека. Поэтому человек, оскорбивший Бога и людей, не может примириться с Богом иначе, как примирившись с ближним своим, как и Сам Христос ясно свидетельствует о том в Евангелии (см.: Мф. 5:23).

3. Итак, здесь мы опять должны сказать нечто о любви к Богу и ближнему – как они связаны одна с другою и не могут быть разделены, из чего уже сама собою проистекает истинная братская любовь.

4. Если кто говорит: я люблю Бога, а брата своего ненавидит, тот лжец: ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит? И мы имеем от Него такую заповедь, чтобы любящий Бога любил и брата своего (1 Ин. 4:20–21). Следовательно, любви к Богу не может быть без любви к ближнему. Если любовь к Богу в человеке искренна, чиста и нелицемерна, то и любовь к ближнему в нём чиста и нелицемерна. И наоборот: если любовь к Богу в человеке нечиста, то и к ближнему он может иметь только ложную любовь. Любовь к ближнему служит испытанием любви к Богу: истинна ли она в человеке или нет.

5. Исходя из сего, можно надлежащим образом рассмотреть, что есть любовь к ближнему и братское с ним примирение. – Две цели поставлены человеку, по которым надлежит ему определять жизнь свою: любовь к Богу и к ближнему. Человек должен стараться всё ближе подходить к этой цели, становиться всё совершеннее в любви к Богу и ближнему, так как для того сотворён, искуплен и освящён весь род человеческий. Христос, Господь наш, есть цель, к которой мы все должны стремиться. Но чем ближе мы к любви, тем ближе ко Христу Господу и святой жизни Его.

6. Бог для того вочеловечился, чтобы наглядно представить нам видимый образ Своей любви, показав, что Он есть сама любовь в Своем непостижимом, неописуемом, бесконечном, божественном существе, и чтобы люди уподоблялись и подражали в любви этому образу Божию, который есть Христос.

7. Подобно тому, как во Христе Бог и человек соединены неразрывным союзом, так и любовь Божия неразрывно соединена с любовью к ближнему. И как божественное и человеческое естество во Христе нельзя отделить одно от другого, так же нельзя отделить и любовь к Богу от любви к ближнему. Как нельзя оскорбить человечество Христово без того, чтобы не оскорбить и Бога, так нельзя обидеть никакого человека без того, чтобы не нанести обиду и Богу. Поэтому ни один человек не может отделиться от ближнего, отвратив от него любовь свою, без того, чтобы не отделиться и от Бога. Невозможно гневаться на ближнего своего, не гневаясь в то же время на Бога. Никто не может оскорбить человека, не оскорбляя одновременно Бога.