Обалденика. Книга-состояние. Фаза третья
Шрифт:
– Учиться?.. – отозвался наконец голос внутри. – Ладно. Только смотри – чтоб без обид потом. Вон, видишь, мужики в карты играют? Иди и ты играй.
– Это еще зачем? – удивился Петя.
Но колпак уже молчал. Повозмущался старик, поругался, да делать нечего – пошел в карты играть.
Не минуло и часа – продулся Петя в пух и прах, все, что царь ему в дорогу дал, проиграл. Стоял он посреди улицы – дурак-дураком просто, даже на ночлег копейки не осталось.
– Ну и как, Петя, урок прошел? – раздался в нем голос вкрадчивый.
– Какой же это урок? – разобиделся старик. – Стою, вот и ощущаю себя полным идиотом.
– Ну, что ж – поздравляю, – засмеялся голос, – для первого раза ты многому научился.
– Ерунда это какая-то, а не урок! – уже не на шутку разозлился старик.
– Да, ерунда, – согласился колпак, посмеиваясь. – Но заметь – только ерундой можно заниматься бесконечно. Поэтому занимайся ерундой, Петя, и жить будешь долго!
– Ну да, ну, конечно, – съязвил Петя, – если бы глаза были сзади, то зад был бы спереди, а перед – там, где зад… Ты просто переворачиваешь все с ног на голову, выворачиваешь все наизнанку и делаешь вид, будто мудрости говоришь. А это всего лишь перевертыши какие-то, словами пустыми жонглирование…
– Все в порядке, Петя, – смеялся колпак, – если ты и впрямь считаешь, что тебя оставили с носом, значит, ты еще не потерял нюх. Вот и здорово – принюхивайся теперь к себе чутче…
Ведь ты уже понял, – продолжал он, – что слова лгут постоянно. Так что же с ними делать нужно, чтобы правду им хоть немного вернуть? Да перевернуть их хотя бы вверх тормашками, как бы врасплох застав, – не готовы они к такому фортелю, а потому и лжи в них будет меньше.
Никогда не доверяй тому, что понятно твоему уму, тому, что можно доказать, тому, что логично, – продолжал колпак, посмеиваясь хитро. – Логика, Петя, – это искусство ошибаться с уверенностью в своей правоте, это умение обманывать себя, произнося правильные слова. А на самом деле, правильно говорить – это говорить так, чтобы другие поняли, что ты говоришь правильно. И все – и не более того. Ваша правда – это всего лишь мозги, в которые вставили представление об этой правде.
– Но разве без правды жить можно? – растерялся Петя. – Всю жизнь нас учили обратному – искать ее да стремиться к ней.
– Ой, не могу! – зашелся колпак в смехе. – Правду искать, надо же… Ты просто дай ей немного времени, и она сама всплывет. Ведь такое не тонет…
В правде, Петя, нет ничего доблестного. Правда – это всего лишь то, что все договорились считать правильным. А правильный человек – это человек правила. Это человек, которым правят, и правит им как раз то знание, которое создает в нем ощущение правильности.
– Отсюда все ваши беды, – продолжал колпак, – слишком уж вы правильные, чересчур вы уверены, что постигли правду, именно поэтому вы ее другим навязать и пытаетесь, не признавая их правды. Но ведь все, с чем человек не согласен, начинает им управлять, об этом надо хорошо помнить.
– Так что же теперь делать? – совсем уж сконфузился старик от речей таких. – Как не позволить правильности собой править? Как сквозь нее настоящее увидеть? Как Мир Живой вопреки обученности своей ощутить?
– Первый шаг к этому ты уже сам сделал, догадался всему умному «Ну и что?» сказать. Вот только не забывай смехом себе в этом помогать.
Как ощутишь себя правым в чем-то – «Ну и что?» сказать не забудь. Либо чью-то правоту обнаружишь, то же самое – «Ну и что?» скажи. Никогда не спорь ни с кем, но если вдруг случится – предохраняйся смехом, не то родишь случайно еще одну истину, а куда ее потом девать? Мир и так уже весь по швам трещит от истин таких…
И имей в виду, – продолжал голос, – если правым ты себя считаешь – всех вокруг жертвами правоты своей делаешь. Если кто-то другой прав – жертва уже ты. Значит, человек, который прав, – это всегда палач. Поэтому тот, кто действительно понимает людей, не ищет у них понимания. Он позволяет каждому оставаться в своей правде. Он никогда не забывает, что между двумя мнениями всегда лежит проблема… или смех. Но каждому позволяет выбирать самому.
А знаниями, Петя, надо не овладевать, иначе они непременно овладеют тобой, знаниями надо обалдевать – а там, глядишь, и они от тебя точно так же обалдеют. А обалдевшее знание – это знание безобразное… а точнее, без-образное.
– Это еще что такое? – совершенно уж опешил Петя.
– Без-образное знание – это знание без умственного образа, это знание в ощущениях. Это то знание, то «безобразие», из которого ты сможешь лепить уже все, что захочешь, строить любую сказку. Но к этому тебе еще идти да идти. Не будем спешить – всякому «безобразию» свое время.
– Всякому безобразию свое время… – повторил старик Петя и вздохнул сокрушенно. – Дожил, вот… А что делать? Назвался гвоздем – полезай в задницу…
– Люди! Вы мне верите? А зря…
– Истинная правда похожа на ее отсутствие.
Логика абсурда
Миром, в который мы себя поместили, правит мощный стереотип понятия «правильности». Каждый из нас буквально с самого рождения подвергается непрерывному программированию на «правильное поведение», «правильное отношение», «правильную мораль и нравственность», «правильный выбор» и т. п.
Проанализируйте свою речь, прислушайтесь к тому, что говорится вокруг, вчитайтесь в книги и газеты – и вас буквально захлестнет отслеженная вами «лавина правильности». Здесь и «правильный образ жизни»; и «правильное размещение капитала»; и «правильный режим: сна, питания, отдыха, дыхания, обучения, секса»; и даже «правильные законы природы».
Со всех сторон мы непрерывно слышим: борьба за правду; правое дело; уголовное право. А бесчисленные правила, регламентирующие в нашей жизни буквально все – от чистки зубов до сочинения стихов?
А религия, которая ныне вся держится на правилах и предписаниях, и в которой все никак не могут решить, кто же «правее»: православные или правоверные?
Не отстает от нее и наука, придавшая своим правилам более солидную и фундаментальную упаковку, теперь это уже законы. И – все, и – конец спорам. Действительно, какие могут быть споры, когда дело касается «закона сохранения энергии» или «слова Божьего»?
Мы так привыкли к этому, что нам даже в голову не приходит спросить: «А почему, собственно?»
Почему этому Богу крестятся слева направо, а вот этому – наоборот? А если вообще не креститься? Тогда что – Бог обидится?
Почему все говорят, что войти в синагогу с непокрытой головой – это то же самое, что прелюбодействовать? А вот те, кто попробовал и то, и другое, рассказывают, что разница просто огромная…
Почему молоко белое, стекло прозрачное, а вода жидкая? Как, кстати, по такой воде Христос ходил? Ах, чудо… то есть – не по правилам? Это уже ближе, это уже греет.