Чтение онлайн

Ля скрестила ручки на груди:

– А почему сразу я?

– Потому что из нас всех сирена здесь только ты. – ответил ей Эйден.

И продолжая фыркать, наша обворожительная сирена упорхнула влюблять в себя проводника поезда. Спустя десять минут нам было предоставлено лучшее из имеющихся во всём поезде купе. Мы с Ля указали куда засунуть чемоданы и заняли нижние спальные места, не оставив Эйдену и Итану права выбора.

– Ну и как вы предлагаете спать в двигающейся железной штуковине на этих неудобных кроватях? – спросил Итан.

– Молча. – ответила Ля, видимо всё ещё обижаясь из-за того что мы не позволили ей взять с собой кучу чемоданов. – Это всего на два дня.

– Я никогда не пойму «серых». – сказал Итан Эйдену, на что тот лишь озадаченно кивнул.

Остаток дня в пути Ля показывала Итану свой телефон, рассказывая об играх, а мы с Эйденом сняв кольца пытались тренироваться с маленькими всполохами огня, придумывая друг другу разнообразные задания: связать руки огнём, сделать украшения, а так же создавать надписи в воздухе.

Поездка проходила весело. Мы ужинали и обедали в вагоне-ресторане, рассказывали парням о жизни в «сером» мире, они же рассказывали нам о тёмных и разнообразных дивных, живущих в лесах. Засыпали мы так же с разговорами и улыбками. Путешествие казалось сказочным. Чернь спал со мной, залезая под одеяло, Ля спала на противоположной полке, Итан расположился надо мной, а Эйден над Ля, благодаря чему я могла его видеть, периодически открывая глаза и посматривая на него. Пару раз открыв глаза наталкивалась на ответный взгляд и произнесённое одними губами от Эйдена: «спи», я улыбалась, закрывала глаза, чтобы через пару минут вновь открыть и увидев изучающий меня взгляд Эйдена так же одними губами произнести: «спи», тот молча улыбался и закрывал глаза.

Так и проходила наша поездка. Приехали мы вечером, выйдя на пирон, поставили чемоданы и Эйден показал мне адрес:

– Ты знаешь где это? Нужно остановиться где-то не далеко от этого места.

Я удивлённо посмотрела на Эйдена:

– Это мой дом.

– Дом, в смысле целиком дом, или у вас там квартира? – спросила Ля.

– Целиком дом. – ответила я. – Мы с мамой жили там вдвоём, она говорила что он достался нам по наследству. После её смерти, моим опекуном стала её младшая сестра Стелла и переехала ко мне, чтобы я закончила школу в этом городе. Когда я уехала, тётя Стелла осталась жить в этом доме, а я пообещала ей приезжать на каникулы. Видимо каникулы начались, я позвоню ей, предупрежу что мы поживём там, может быть она что-то знает.

– Не слишком ли много совпадений? – спросила Ля. – Как так вышло, что эта Селен появилась в твоём городе, да ещё и в районе твоего дома, может быть она искала твою маму или тебя?

Я лишь пожала плечами, прижимая к уху телефон с набранным номером.

– Алло, тётя Стелла, привет.

«Привет, родная, куда пропала, я сто лет тебя не слышала, как ты?»

– У меня всё хорошо, прости что не звонила так долго, сама понимаешь, учёба, работа, всё как-то навалилось.

«Конечно понимаю, даже не переживай, у тебя всё хорошо?»

– Да, я хотела сказать, что приехала в Киорт на пару дней с друзьями.

«Ты в городе? Что ж не предупредила то? Я пришлю за вами машину, высылай адрес.»

– Спасибо тётя Стелла.

Я отключилась, отправляя адрес сообщением.

– И какой у нас план? – спросил Итан.

– Не выделяемся. – начал Эйден. – Сегодня отдыхаем, завтра пойдём узнавать у местных знает ли кто-нибудь эту Селен, может кто-то видел её с мамой Ксандрии когда-то.

– Сколько лет уже прошло. – ответил Итан. – Думаешь кто-то что-нибудь помнит?

– Я надеюсь. – пожал плечами Эйден. – В любом случае постарайтесь не выделяться. Даниэль не должен узнать что мы ищем Селен.

– А я не понимаю вот что, – начала Ля уперев руки по бокам и я сразу поняла к чему она клонит. – Ты говорила, что вынуждена работать, так как сама из бедной семьи. Я каждый день умоляла тебя уволиться, предлагала деньги, звала на тусовки.

– Ля, прости. – начала оправдываться я. – Учёба мне не нравилась, да и зависеть от тётушки Стеллы мне не хотелось, она и так была вынуждена стать моим опекуном, будучи единственной родственницей. Как я отношусь к твоим вечеринкам ты знаешь, клянусь больше я ни разу не солгала, мне нравился этот бар. А институт я ненавидела.

– То есть ты не бедствуешь? – спросила Ля.

– Не принцесса верхнего мира, конечно, как некоторые королевские особы. – улыбаясь ответила я. – Но и не из бедных. Прости пожалуйста, я не хотела врать. Клянусь это действительно была моя единственная ложь.

– Ладно. – ответила Ля. – А то я уж думала мне показалось, что на вон той машине табличка «Трей».

Я оглянулась в направлении указанным Ля и увидела знакомую машину.

– Идёмте, это за нами. – улыбаясь ответила я и пошла вперёд.

– Ёлки зелёные, как же вы подросли мисс Ксандрия. – сказал мой любимый водитель Эдгар, направляясь к нам и раскрывая руки для объятий.

– Мистер Эдгар. – радостно крикнула я и побежала обнимать старого знакомого.

– Какая же вы взрослая и красивая, выдела бы вас мисс Кэтрин. – сжимая меня в объятиях произнёс мистер Эдгар.

– Спасибо, мистер Эдгар. – отстраняясь от него ответила я.

– Ну, рассказывайте, какой из них ваш? – произнёс мой водитель уставившись на Эйдена и Итана.

Я лишь рассмеялась:

– Никакой, прекратите меня сватать. Это мои друзья: Ля, Эйден и Итан. Ребята, это мистер Эдгар, наш водитель, он с нами столько, сколько я себя помню и для меня как член семьи.

Мужчины обменялись рукопожатиями, мы с Ля заранее предупредили их о том, как ведут себя обычные люди, потому как в нижнем мире принято лишь склонять голову, и было бы немного странно, начни они склонять головы в знак почтения и говорить: «Светлейших дней и ночей».

– Рад знакомству, молодые люди. Друзья Ксанки – мои друзья. – сказал мистер Эдгар.

– Ксанки? – расплываясь в улыбке спросил Эйден.

– Да, так проще, нежели Ксандрия. – ответила я. – Сами знаете как я «люблю» своё имя.

Немного посмеявшись, парни направились складывать наши вещи в багажник. Чернь вился возле моих ног, старательно делая вид что он обычных кот, но периодически от его хвоста или спины отлетал дымок. Я наклонилась к коту.

– Аккуратно, никто не должен видеть дымок, будь рядышком, чтобы я не позволила никому тебя гладить, смерти нам ни к чему, хорошо?