Чтение онлайн

– А сейчас она еще есть? Вот бы посмотреть!

– Есть. Только больше не светится. Не для кого.

– Ой… – я охнула и прикусила язык.

– Как только Арка была установлена, через нее прошел солнечный луч, оживляя и заставляя сиять каждую полоску. Потом он словно преломился, высветил только что соединенную пару и на глазах у всех свадебные венки на их головах превратились в короны. Пророчество исполнилось. Шорельдаль обрел короля и королеву.

– И все их признали?

– Конечно. Эльфы ждали их тысячелетиями. Целый век Радужное королевство благоденствовало. Народы Аршанса пришли к выводу, что с эльфами дружить лучше, чем воевать. Эльфийские изобретения разлетались по всему миру. Их ученые считались лучшими из лучших. От любовной лирики таяли не только восторженные человеческие девчонки, но и суровые гномки. На концерты, спектакли и премьеры фильмов билеты раскупались чуть ли не на год вперед.

– У вас есть кино и книги?

– А почему у нас их не должно быть? Есть. Местами. Итак, Шорельдаль процветал и потихоньку становился центром Аршанса. Королевская чета правила мудро, достойно и была любима своим народом. Великие подарили им двоих сыновей: Алдариэля и Аршориэля. Аршориэль с детства бредил открытием новых земель и, едва повзрослев, отправился на их поиски. С новыми землями принцу не повезло, весь Аршанс к тому времени был изучен вдоль и поперек. Зато он умудрился найти портал в другой мир и провалиться в него. К слову сказать, не очень удачно. Мир оказался слегка первобытным и принца там чуть не съели. Вовремя успел прыгнуть обратно. С той поры Аршориэль заболел идеей иномирных путешествий. Обзавелся компанией таких же увлеченных обол… единомышленников и за несколько лет они излазили каждую кочку в Аршансе. В результате им удалось обнаружить около десяти «окон». Три из них, включая первый, были сразу закрыты, как потенциально опасные. А в остальными ребята свободно пользовались. Аршалимэль-а-ша и Орбикаэлли-а-ша о маленьком увлечении младшего сыночка узнали, когда тот вознамерился жениться. Невесту себе он присмотрел в другом мире, в Леожаре. Семья Амайяэлли придерживалась старых традиций и отдавать дочь без знакомства с родителями жениха категорически отказывалась. Пришлось признаваться. Аршалимэль-а-ша сначала выспросил все про миры и порталы, потом вспомнил, что он строгий отец, и немного пошумел для порядка. И еле-еле дождавшись утра царственное семейство отправилось знакомиться с будущими родственниками и новым миром.

– Ваади, а в мой мир портал они находили?

– Трудно сказать, мы не знаем откуда ты пришла. Но в воде «окно» открылось первый раз.

– А может ты не заметил, как меня?

– Нет, Маррия, это с тобой все странно. Сплошная аномалия. Тогда никаких аномалий не было.

– А в другом месте не могло быть еще одного портала?

– Стабильного – нет, а стихийный мог. Но время его открытия предугадать невозможно, как и место до первого появления.

– Жаль. А что со старшим принцем?

– Алдариэля путешествия привлекали мало. Его больше интересовала история и девушки. О романтических похождениях старшего королевского сына складывали легенды. Впрочем, трудно осуждать молодого парня, которому особы женского пола сами пачками вешаются на шею, а он не в силах отказать прекрасным дамам. Равнодушными к Его Высочеству остались, кажется, только орчанки. Сразу уточню, с оборотницами и гномками дел он не имел, за что те на него несказанно обижались. Зато эльфийки, дриады, человечки и русалки пожаловаться на недостаток его внимания точно не могли. Отвлечь Алдариэля от любовных похождений и кутежей в компании таких же шалопаев…

– Кого, Вад?

– У тебя есть другое слово? Из моих это самое мягкое. Сам продолжишь?

– Нет. У тебя лучше получается.

– Так вот, извлечь Алдариэля из его компании могли только исторические трактаты и древние манускрипты. Над ними он мог сидеть сутками, а по дворцовой площади в это время бродили, горестно вздыхая, его поклонницы. Аршалимэль-а-ша на эскапады сына смотрел сквозь пальцы. Сердобольная Орбикаэлли-а-ша от души жалела «бедных девочек» и отправляла им корзины с лимонадом и пирожными. А потом все, вдруг, изменилось. Алдариэль забросил свои древности, исчез из поля зрения многочисленных подружек и друзей и целыми днями пропадал неизвестно где. Следить друг за другом эльфы всегда считали ниже собственного достоинства, и загадка, куда исчезает старший принц, нешуточно будоражила умы. Только королева загадочно улыбалась и продолжала слать несчастным покинутым девицам сладости. А объяснялись таинственные исчезновения просто: Алдариэль влюбился. Безоглядно и бесповоротно. Неожиданно нахлынувшее чувство стало для него драгоценным даром, делиться которым и даже просто открыть его свету казалось заядлому ловеласу чуть ли не кощунством. Амарриэлли отвечала ему полной взаимностью. Им, потерявшим головы от любви, весь мир казался лишним. Где, в каких тайных местах скрывалась влюбленная пара, так и осталось их секретом.

– Даже от друзей.

– Жизнь в Шорельдале текла своим чередом, принцы устраивали личную жизнь, их родители правили королевством и немного всем Аршансом, Аршанс делал вид, что это не так, но особого недовольства таким положением дел не выказывал. Это были последние месяцы Добрых времен.

– Потом пришли злые времена, да?

– Для кого как. А Мрачные Дни пришли для всех.

– Оставим пока Шорельдаль. Император Кастании, страны человеческой, Дерим II Умнейший прозвищу своему старался соответствовать. Главным принципом его правления было: «Десять раз посоветуйся, один – реши». Совет министров без работы не скучал. Любые вопросы от глобальных, вроде очередной локальной войны с оборотнями, до повседневно-бытовых, типа заключения договора с гномами о поставке трех десятков хризолитовых пуговиц для нового платья императрицы, обсуждались неделями. Единственный указ, который Его Императорское Величество приняло и подписало само, был «Указ о предоставлении крова и покровительства магам, чей уровень силы выше второго, откуда бы ни прибыли они в благословенную Кастанию и какой цвет магии ни пользовали бы, если возжелают они принять подданство Кастании и обязуются не причинять вреда ни ей, ни ее гражданам». Сразу поясню, чтобы исключить недопонимание. Магия есть у всех жителей Аршанса, но в большинстве своем она первого уровня, реже второго. Так сказать, зачатки силы, их хватит, например, чтобы зажечь свечу или слегка ускорить рост растений. Ничего более серьезного основной массе недоступно. Собственно, магами признают, начиная с третьего уровня, он считается низким, четвертый и пятый – средними, шестой и седьмой – высшими. Понимаешь? – согласно кивнула. – Хорошо. Каждому вновь прибывшему предоставлялся в пользование дом, выделялась денежная дотация из казны и вменялась обязанность отработать не менее тысячи дней на благо государства. С одной стороны, принятие таких мер было понятно, даже маги среднего уровня рождались среди людей крайне редко, а сильные так и вовсе раз в столетие. С другой стороны, неудивительно, что подобной преференцией не преминули воспользоваться все отщепенцы Аршанса. Особенно, черноцветы.

– Черноцветы – это темные?

– Они самые.

– А их, вообще, много? И откуда они берутся? Рождаются такими?

– Нет, не много. И нет, не рождаются. Становятся, когда выгорает изначальный цвет.

– Почему выгорает?

– У кого как. Кто-то выжигает сам: подлостью, убийством, насилием. Кто-то действительно сгорает: от горя, от боли, от разочарования, от ненависти.

– Фигня это, Вад. Нормальный – не сгорит. Если почернел, значит, хотел этого.

– Фар, не начинай. Или мы никогда не закончим этот рассказ.

– Рассказывай, но ты все равно не прав.

– Еще бы! Всегда прав у нас только ты.

Не знаю, кто из них был прав, но то, что если они сейчас сцепятся в споре, то шансов дослушать эту легенду у меня не останется, поняла сразу. И попыталась вернуть их в нужное русло:

– Среди этих отщепенцев была Черная Невеста?

Сработало!

– Тогда она еще не была Черной Невестой.

– А кем была?

– Магом земли седьмого уровня. Высшего. Единственная, за всю историю Аршанса.

– Какого седьмого, Вад, ты о чем?

– Зеркало показало седьмой.

– Зеркало? Да у него диапазона такого и близко нет! Ты же видел ее сам! Там уровень…

– Фаарр!

– Понял. Седьмого так седьмого.

– От такого подарка судьбы Дерим II ошалел настолько, что мысль поинтересоваться, как столь ценный экземпляр до сих пор оставался незамеченным, в его умнейшую голову если и заглянула, то была изгнана за ненадобностью. Моринде фер Терри тут же были предложены покои в императорском дворце, пожизненный пансион и место в Совете. Моринда согласилась только на пансион, выторговала себе право невозбранно пользоваться имперской библиотекой и поселилась в небольшом старом доме на окраине столицы.

– А откуда она взялась так и не узнали?

– Нет. Сразу, как я говорил, это никого не интересовало, а потом было не до того.

– А порталы тогда уже открылись? Могла она прийти через них?

– Мы с Фаром думали об этом. Может быть. Только, как теперь проверишь? Ладно, слушай дальше. Свои дни она честно отработала и в дальнейшей помощи Кастании никогда не отказывала. А практически все свободное время проводила в библиотеке. Там она и увидела Алдариэля. Тот наведывался туда довольно часто. Выносить ценные рукописи ему не дозволялось, но изучать их на месте, по договоренности между странами и правящими персонами, он мог неограниченно и в полное свое удовольствие. Они познакомились. И с уже не слишком молодой дамой случился казус – она влюбилась. Сам предмет ее любви, естественно, этого не заметил.

– А кто бы это заметил? Сам скажи, кому в голову мог такой бред прийти?

– Согласен, никому. И ему он тоже не пришел. Как умный собеседник, оппонент в научных спорах, источник новых знаний, она была ему не только интересна, но и в какой-то мере дорога. Их многие видели вместе, говорят, общались очень тепло, по-дружески. Представить же, что она испытывает к нему какие-то чувства, юный эльф просто не мог. А через два года после их знакомства появилась Амарриэлли. Алдариэль перестал бывать в Кастании. Какое-то время Моринда ждала, но отсутствие принца затягивалось. Своего имени и происхождения эльф не скрывал, и почтенная дама отправилась прямиком в королевский дворец Шорельдаля. Поиски успехом не увенчались. У толпы дефилировавших по площади и грустно поглощавших пирожные девиц ей удалось выяснить лишь то, что никто не в курсе, куда исчезает Алдариэль. Сколько и где она ждала появления принца известно, видимо, лишь ей самой. И тем более никому не дано знать, что происходило в ее голове. Фактом остается то, что однажды утром она предстала перед королевской четой и потребовала женить на ней их старшего сына.