Чтение онлайн

– И тебе доброе утро, - холодно ответила я, подозревая дочку поварихи в учинённом беспорядке.

Подняла голову, расправила плечи и прошла мимо неё уверенной походкой, давая понять, что мне безразлично, зачем та саботирует мою работу.

Возничий, греющийся на солнышке с газетой в руках, пообещал, что передаст конюху, и тот подготовит экипаж в течение получаса.

– Погуляйте пока, мисс, - добродушно улыбнулся нам, помахивая "Вестником Эвересты", будто веером.
– Погода прекрасная. Вон, по саду прогуляйтесь.

– Обязательно!
– расплылась в улыбке Катрин и потащила меня ровнёхонько под балкон, где Дэйгон радовал мои глаза утренними отжиманиями.
– Ты посмотри, какая красотища! Завидую той счастливице, которой всё это достанется.

– Ага, - неопределённо промычала, любуясь пёстрыми цветочными клумбами, над которыми с задорным жужжанием летали пчёлы.

Мы прошли по дорожке и сели на прогретой скамейке из светлого камня. Катрин с наслаждением вытянула ноги и зажмурилась.

– Ох, Бель, это не жизнь, а сказка. Только представь: просыпаешься с утра в мягкой постели, выходишь на балкончик с чашечкой бодрящего кофе...

Восхищённый тон подруги увлёк меня в страну мечтаний. Сладко потянувшись, я призналась:

– Ты не поверишь, каково это - просыпаться от солнечного света, а не от ругани Лукаша и попыток выбить дверь в мою спальню. Он всегда говорил, что женщина обязана быть на ногах с рассветом, а ложиться затемно. И к пробуждению мужа его должны ждать чистые, отглаженные вещи, сытный, горячий завтрак и свежая утренняя газета.

– Морда не треснет?
– фыркнула Катрин.
– Не представляю, как ты с ним жила, и рада, что у тебя получилось разорвать с ним связь.

– Я бы хотела знать хоть что-то о своём отце, - задумчиво протянула, поглядывая на садовника, орудующего большими ножницами.
– Но в чём-то ты права. Я не могу понять маму, она же должна хранить хоть какую-то память о нём?

Подруга молча кивнула, и между нами повисла тишина, прерываемая лишь пением птиц и жужжанием насекомых. Внезапно она подскочила со скамейки и звонко щёлкнула пальцами:

– Пойдём, Бель. Я знаю, как можно выяснить информацию о твоём отце!

По дороге в столицу Катрин рассказала свой план, казавшийся на первый взгляд довольно простым: записаться в городской архив и найти информацию о папе в копии моего свидетельства о рождении.

– А если не найдём, - беспечно заявила подруга, удобно расположившись на мягком сидении, - попросим господина Россэра подсобить. У него обширные связи и есть доступ туда, куда у нас нет. Он же королевский советник, ему-то не откажут.

Я признала, что это хорошая идея, и даже слегка повеселела. Мысли о прошедшей ночи отошли на второй план. Рано или поздно я узнаю, как очутилась в спальне Дэйгона, а сейчас беспечный тон подруги увлёк меня в обсуждение приглашений.

– Как думаешь, светлые цвета не слишком уныло?
– Катрин наседала на меня с вопросами, будто это моя свадьба, а я - невеста.
– Надо учесть кучу нюансов! Печать на конверте магическая, чтобы сама рассыпалась при касании адресата, или по классике, сургуч? А может, обвяжем его белоснежной атласной лентой?

Я вспомнила обстановку в особняке господина Россэра: светлые цвета, открытое пространство и минимализм в интерьере. Уверена, оформление в белых тонах придётся ему по нраву. Сдержанность, лаконичность, никаких лишних деталей типа сердечек и разлапистых виньеток.

К тому же насколько я успела заметить (когда не рассматривала полуобнажённого дракона, конечно же), в его спальне не было приятных мелочей, связанных с невестой. Ни фотографических карточек, ни открыток или тех безделушек, которыми обмениваются влюблённые.

Брак по расчёту?

Вполне возможно.

Столь влиятельному и богатому дракону, как он, наверняка важен статус и связи невесты, а не её личные качества. А ведь я так хочу думать, что такой шикарный мужчина как Дэйгон женится по любви…

– Приехали!

Катрин хлопнула в ладоши, глядя через окно на вывеску столичной типографии. Попросив возничего забрать нас через час, я с тихим трепетом вошла в строгое двухэтажное здание, пропитанное ароматами чернил, лакированной бумаги и свежесрубленного дерева.

– Приветствую, мисс! Чем могу помочь?
– вежливо улыбнулась девушка за стойкой с маленькой прямоугольной табличкой, приколотой к воротнику жакета: “Мелоди”.

Катрин шустро объяснила цель нашего визита. Как только мы назвали имя Дэйгона Россэра, нас незамедлительно провели в комнату ожидания и усадили на небольшой диванчик, обитый бежевым бархатом.

– Директор сейчас в мастерской, проверяет заказ для королевской канцелярии. Вернётся через десять минут. Может быть, желаете чашечку чая?

– Воды, пожалуйста, - попросила я, осматриваясь вокруг.

Вдоль стен теснились высокие стеллажи, заставленные книгами и свитками. Кожаные переплёты под светом ламп отливали золотом и багрянцем, будто драгоценные камни. На полках лежали пачками каталоги с образцами продукции, а где-то вдалеке, за стенкой, монотонно постукивали печатные станки.

– Дорого-богато, - восхищённо прошептала Катрин, наслаждаясь чаем, поданным в изящной фарфоровой чашке.
– Всё, решено! Когда придёт пора выходить замуж, я буду сухари грызть, но закажу здесь пригласительные.

Улыбнувшись подруге, я задумалась над оформлением и уже была готова предложить свои идеи, как в комнату торопливо вошёл статный мужчина с горделивой осанкой и манерами, достойными самого знатного вельможи.

– Густав Флюэнс, - учтиво представился он, с величайшей осторожностью пожимая нам руки.
– К вашим услугам.

Мы с Катрин слегка оробели перед седовласым директором со строгими чертами лица. Складывалось впечатление, что с ним не забалуешь и будешь чувствовать ответственность за каждую мельчайшую деталь!

Как главная в нашем дуэте, я взяла на себя смелость объяснить причину визита. Рассказала о предстоящей свадьбе и своих наблюдениях касаемо предпочтений господина Россэра.

Директор Флюэнс внимательно выслушал меня, оценивая каждое слово, и задал один-единственный вопрос:

– Мисс Блейни, как зовут невесту?