Чтение онлайн

– Спускаться по одному, - крикнул я.
– При попытке к бегству - стреляю.

И для пущей убедительности сделал выстрел над самыми головами. Боевики инстинктивно пригнулись.

Спасенным заложникам-мужчинам я приказал встать с двух сторон поодаль от сходней. Двое - один с повадками отставного офицера, другой - охотника - с оружием обращаться умели. Им нести охрану. Третьему и женщинам обыскивать и вязать преступников.

– Ну что, дедок? Я тебе больше не нужен? Сам справишься?
– спросил я не без озорства в голосе.
– Вон ты какой, в одиночку целый корабль захватил!

Старик, не отрываясь от прицела "тозовки", поморщился, сплюнул досадливо в сторону.

– Ладно, не держи зла! Но помни, в тундре погода холодная, а печка в бараке одна на всех. Это я кроме шуток! Я свои слова держу и щадить, если что, не буду.

– Это я видел, - проворчал дед.
– Тогда все?

– Все.

– Будь. А где пленных разместишь?
– уже уходя, на всякий случай спросил я.

– Не твоя забота, - огрызнулся дед, но вдруг размягчел: - Лес большой, стволов на всех хватит.

Я представил, как будут высиживать, обвив ногами березки, бандиты, и расхохотался. После таких сидений им скамья подсудимых будуаром представится, а прокурор в сравнении с дедом - отцом родным.

– Я пошел.

– Ступай. Только в лесу не заблудись, - буркнул дед. Ну что поделаешь, вредный старикашка, не может, чтобы за ним последнее слово не осталось.

– А за подарок все же спасибо, - поблагодарил я.

– За какой?

– За тот, который жизнь!
– ответил я, забросил на плечо карабин и пошел от берега. Мой путь был в город. Мне еще надо было повидаться с Резидентом. Люб он мне стал. Вот не скажу чем, а люб. Жаль, без взаимности! Ну да ничего, я ухажер терпеливый.

Время торопило меня. Я должен был успеть добраться до города раньше, чем бандиты обнаружат остов сгоревшего судна и пропажу всей его команды. От одной-двух случайно вернувшихся на базу групп боевиков старик с помощью поставленных под ружье новых рекрутов отобьется, а вот от целенаправленной карательной экспедиции, призванной замести следы преступления, вряд ли.

Но еще мне следовало спешить, чтобы застать Резидента врасплох, до того, как он узнает о случившемся и, поняв, что его противник жив, примет упреждающие меры. Сейчас, когда я утратил главный козырь, когда моя внешность перестала быть терра инкогнита, единственной возможностью прорваться к объекту была внезапность. Внезапность диктовала всю тактику операции. Позволить себе недельную прогулку по тайге я не мог. Скорость стоила риска. Зная из рассказов старика примерное местоположение ближайших поселков, я направился к второстепенной грунтовке, связывавшей лесхоз с другой, более оживленной магистралью.

Выбрав на дороге разбитый, в глубоких ямах участок, я засел в ближних кустах. Две машины пришлось пропустить. Третья - бортовой, приспособленный для перевозки горюч -ки "урал" - подходила мне как нельзя лучше. Я дождался, когда он притормозит перед препятствием, и легко заскочил в кузов. Опасаясь возможной проверки, я забился между огромным, в треть борта, баком и пустыми двухсотлитровыми бочками, закрывшись сверху вонючей, пропитанной соляркой ветошью. Едва ли бандиты станут марать руки о такой невозможно противный мазут. Через три часа я был на трассе. Еще через два - на окраине города.

Вспомнив курсантскую молодость, я в первую очередь направился в сберкассу за "своими" снятыми посетителями со счетов и неосторожно положенными в наружные карманы деньгами. Во вторую - в магазин, где обзавелся подходящей мне для дела одеждой. В третью - в баню, где смыл с себя солярный запах. Четвертый пункт обязательной программы - обзаведение надежными документами - я пока отложил. Я очень спешил. Каждая секунда стучала гвоздем, вбиваемым в гроб, против меня. Если планируемая операция сорвется, документы мне будут все одно ни к чему. Между походами в сберкассу, магазин и баню я успел сделать три анонимных звонка в милицию, безопасность и исполком по поводу счастливо спасшихся во время авиакатастрофы пассажиров. Я очень надеялся, что поднятый по этому поводу шум и организованная спасоперация отобьют охоту у бандитов строить планы мести.

К Резиденту, опять-таки из соображений экономии времени, я решил подбираться без обычной в таких ситуациях подготовки. Нахрапом. В лоб. Это был тот случай, когда хождение вокруг да около не в пользу. Или пан, или, уже окончательно и бесповоротно, пропал! Я знал, где он живет, знал, что рано или поздно он там объявится - значит, там и ладить засаду. Лучше всего было обосноваться у соседей напротив по лестничной площадке. Они были натуральные, без второго дна. Это я установил во время еще тех, положивших начало всем последующим приключениям, наблюдений. Два старичка пенсионера, изредка посещаемые детьми. Жалко было их тревожить своим бесцеремонным визитом. Но дело превыше эмоций.

На операцию я шел снова через общественный туалет, где уже в который раз за последний месяц изменил внешность. Жизнь, как у популярного артиста, который из гримуборной не выходит. Действительно, в буквальном смысле "грим в уборной".

На этот раз я работал с особой тщательностью, так как был уверен, что наружная слежка за подъездом ведется. Не полный же ротозей мой противник! Пока он собственными глазами моего тела не увидит, страховка будет действовать. Я бы на его месте не только посмотрел, но еще и пощупал, и пальцем поковырял, чтобы на "куклу" не нарваться. Так что сидит где-нибудь в укромном месте шпик-соглядатай. Непременно сидит! Дай бог, чтобы один. А когда до Резидента докатится эхо происшедших событий, их дюжина будет. И еще полета на ближних перекрестках. Сейчас Резидент себя бережет, а тогда меня ловить будет. А это далеко не равные по значимости цели.

В последнем случае он не поскупится, так что надо успевать.

Из гримтуалета выходил не я, выходил неблагодарный сын собственных, живущих по соседству с Резидентом родителей, лет тридцати молодой человек в типичной для него одежде, с типичной для него походкой и манерой держаться.

Хорошо нам память в учебке натренировали. Больше месяца назад и всего два раза я его видел, казалось, за ненадобностью забыл напрочь, ан нет, приспичило - все до последней мелочи вспомнил. Даже неродную, отличающуюся цветом и формой пуговицу на куртке! Даже перстень на безымянном пальце. Конечно, полного портретного совпадения при столь ограниченных технических возможностях я добиться не мог. Но общего сходства - вполне. В сутолоке по характерному внешнему облику, по индивидуальному почерку движений и жестов. Ступил именно так, а не иначе, повернул голову, кашлянув, прикрыл рот по-особенному рукой, и мы понимаем, что это наш знакомый. Используя эти внешние атрибуты, характеризующие личность, я и стану перестраивать свой облик под требуемый образец. А для страховки (ведь не все же мелочи поведения другого человека я могу вспомнить) к подъезду я подойду не один. Подгадаю еще одного-двух визитеров и, глядишь, в толпе проскочу. Внимание, рассеянное на два-три объекта, настолько же теряет свою остроту.

По крайней мере двух шпиков я выделил из толпы, продвигаясь к объекту. Они мазнули по мне взглядом, "узнали" (значит, не разучился я еще рисовать) и стали шарить глазами дальше. Конечно, если бы они наблюдали пристально, то заметили бы ошибку, но сзади напирала требующая особого внимания группа незнакомцев. Под ее прикрытием я и проскочил.

Позвонив в "родительскую" дверь, я отступил назад и, чтобы прикрыть лицо (мать - не шпики, она сына тридцать лет изучала), стал озабоченно тереть лоб. Мне поверили - дверь отворилась, и я мгновенно протиснулся внутрь. Женщина, конечно, никакого сопротивления не оказала, только ойкнула и тихо опустилась на стул, когда я продемонстрировал специально приобретенный для этой цели топорик. Женщина была достаточно интеллигентна, чтобы вспомнить красочные криминальные описания Достоевского. Ну, не отключать же ее в самом деле ударом кулака в грудь. Неловко как-то. Десять раз извинившись, я привязал хозяйку к стулу и вместе с ним перенес в дальнюю глухую комнату, предварительно заклеив рот широкой полосой лейкопластыря. Те же манипуляции я провел с ее до последнего мгновения мирно спавшим мужем.

– Сидите тихо, - очень вежливо попросил я, - не нервничайте. Ни ваших жизней, ни ваших вещей я не возьму. Я просто поищу кое-какие ценности, спрятанные здесь первыми жильцами. Уж так получилось. Как найду, тихо исчезну. Договорились?

Хозяева согласно закивали головами. Я бы тоже на их месте согласился.

Для пущей верности я зашторил окна, включил громче приемник и перешел в коридор. Это был мой новый НП. Два часа я неотрывно наблюдал в "глазок" лестничную площадку. Резидентская дверь внешне ничем не отличалась от прочих, но сутью приближалась, могу поспорить, к дверце среднего банковского сейфа. Ни отмычкой, ни домкратом такую не возьмешь. А если и откроешь, специальный электронный сторож зафиксирует проникновение помещение чужого. Нет, в лоб на такое препятствие лезть не резон. Дождемся провожатого.