Чтение онлайн

По сути, в Библии мы находим не столько еще один миф, сколько антимиф. Библейское повествование как бы расколдовывает, тривиализует окружающий мир, лишает его той божественной и демонической подосновы, которую ближневосточные религии видели за природными стихиями. «Рассказ о творении представляется нам важнейшим просветительским текстом в истории, прорывом от страхов, угнетавших человека» [15] , – совершенно справедливо заметил папа Бенедикт XVI. Одновременно Библия переосмысливает и роль человека. Согласно «Энума Элиш», в людях течет кровь дракона, то есть они являются носителями хтонического, злого начала. Библейский же Бог вдувает в людей собственное дыхание. Вавилонские боги создают людей, чтобы те приносили им жертвы. Библейский же Бог создает человека ради него самого. В эпосе о Гильгамеше герой лишается бессмертия по чистой случайности, здесь нет никакого морального измерения. Адам и Ева же осуждены на смерть по собственной вине. Смысл – абсолютно разный, хотя и там и там фигурируют похожие образы.

Но и это кардинальное отличие космогонического мифа евреев от мифов всех прочих народов – только часть ответа на вопрос, почему рядом с книгой природы стоит поставить именно Библию. Еще более важный довод пришел ко мне на ум во время прогулки по Донскому монастырю, который расположен недалеко от моего института. В одну из стен монастыря вмонтированы мраморные барельефы, снятые с Храма Христа Спасителя незадолго перед тем, как его взорвали большевики в 1931 году. На барельефах изображены библейские персонажи – Авраам, Мелхиседек, Мириам, Давид. Если вдуматься – как странно видеть сценки из жизни этого маленького ближневосточного племени в далекой России, среди снега и льда!

Но ведь не только в России, а и на всех континентах люди живут библейскими историями, главным действующим лицом которых является Бог Авраама, Исаака и Иакова. Почему именно Он – а не Мардук, Кецалькоатль или Шива? Понятно, почему вызывает интерес греко-римская мифология – Марсу и Юпитеру молились создатели могущественнейшей империи в истории человечества. Но что заставило весь мир внимать евреям, чье маловлиятельное государство было походя уничтожено вот уже как две тысячи лет назад? Что такого значительного произошло с ними? Если верить их собственным словам, то – ни много ни мало – евреям впервые за всю историю человечества явился живой Бог, чтобы в форме незамысловатого библейского рассказа открыть кое-что о Себе и о том, как Он сотворил все сущее. Именно этот факт и сделал священные книги маленького семитского народа – и никакие другие – столь важными в глазах остальных людей.

Конечно, совершенно невозможно доказать, что существует некая всемогущая личность, способная внушить веру в Себя, прибегнув к посредничеству авторов Библии или каких-то иных книг. С другой стороны – я буду обсуждать это в главе 10 – было бы неразумно отрицать возможность существования этой личности только на том основании, что она находится вне досягаемости нашего естественного разума. Известный нам мир – наверняка лишь кусочек огромной необъятной реальности. Так почему бы не допустить, что по ту сторону доступных нам явлений имеется как минимум одно благожелательно настроенное существо, которое может и хочет в понятной форме сообщить как можно большему числу людей информацию о Себе и о других вещах, выходящих за пределы нашего восприятия?

Пожалуй, из всех религиозных текстов именно Библия является наилучшим кандидатом на роль такого откровения. Если Бог пожелал рассказать о Себе людям, то Он, без сомнения, устроил так, чтобы распространить истинное свидетельство о Себе как можно шире. И за всю историю человечества ни одна из многочисленных форм религиозности не получила большего распространения, чем вера, основанная на Библии. Это относится и к географическому охвату, и к удельному весу от общего числа верующих. Каждый третий человек на Земле в наши дни исповедует христианство, то есть убежден в истинности Библии. «Ты, – обращается Августин к Богу, – никогда бы не сообщил этому Писанию столь высокого авторитета, если бы не желал, чтобы мы опирались на него в своей вере в Тебя» [16] .

В Ветхом Завете можно найти немало пророчеств, гласящих, что рано или поздно весь мир поклонится Богу иудеев: «от востока солнца до запада велико будет имя Мое между народами, и на всяком месте будут приносить фимиам имени Моему» (Мал. 1: 11). Невероятно, но так и произошло – все народы поклонились не Юпитеру, не Осирису, а Богу маленького семитского народца! Но этого никогда бы не случилось, если бы не Иисус Христос и Его Церковь. Христианство, несмотря на гонения, из небольшой нелегальной секты всего за три столетия превратилось в мировую религию. Сложно не согласиться с Августином, который видел в этом великое чудо: «невероятно, что Христос воскрес во плоти и вознесся с нею на небо; невероятно, что мир уверовал такому невероятному факту; невероятно, что убедить мир и даже самых ученых людей в таком невероятном факте и с таким успехом смогли люди незнатные, самые простые по положению, весьма немногие числом и несведущие» [17] .

Стремительное распространение веры в библейского Бога всегда рассматривалось святыми отцами как один из главных доводов в пользу ее истинности. «Тысячи были различных чтилищ, каждое место имело своего особенного идола, и этот, так называемый ими, бог не в состоянии был перейти на ближайшее место, чтобы убедить и живущих по соседству его же чествовать… только Христос – у всех один; везде покланяются тому же Христу, и чего не могла сделать идольская немощь… то совершил Христос, убедив не только близких, но и всю вообще вселенную чествовать одного и того же Господа» [18] , – указывал св. Афанасий Великий.

«Бог действует в человеческих сердцах, чтобы не напрасно слышали Евангелие» [19] , – объяснял Августин феноменальный успех христианской проповеди. Конечно, в последующие эпохи авторитет Библии подчас подкреплялся куда более приземленным образом, но кто знает, не было ли это частью Божьего плана по спасению человечества? Если Римская империя до 313 года обрушивала гонения на христианство, то империи Нового времени, напротив, сыграли колоссальную роль в его продвижении: за европейским солдатом и торговцем на вновь покоренную территорию всегда вступал миссионер.

В Национальной портретной галерее в Лондоне висит картина Томаса Баркера, которая называется «Секрет английского величия» (1863). На ней изображена королева Виктория, протягивающая склонившемуся перед ней негру в тюрбане какую-то толстую книгу. Что это? Сочинение Ньютона? Адама Смита? Нет, это – Библия. Согласно полуапокрифической истории, королева Виктория протянула ее в ответ на вопрос какого-то африканского посланника о причинах величия Британской империи. Неважно, случилось ли это на самом деле, или же мы имеем дело с красивой легендой. Но нельзя отрицать, что Британия была глубоко христианской страной на пике своего могущества, и именно это предопределило выбор, сделанный в пользу Библии сотнями миллионов жителей ее колоний по всему миру.

И разве в тот момент, когда США запускали первых людей на Луну, не подписалось бы большинство американцев под словами Рональда Рейгана, сказавшего как-то, что «под обложкой Библии содержатся ответы на все проблемы, с которыми сталкивается человек»? Почему именно вера в Библию стала верой тех обществ, которые стояли на переднем крае прогресса, увлекая за собой все остальные народы? Почему океанские суда и новейшие средства навигации оказались в распоряжении христиан, а не представителей каких-либо иных религий? Почему не инки приплыли в Испанию насаждать веру в бога солнца, а испанцы приплыли в Южную Америку, чтобы обратить ее жителей к вере во Христа? Почему христианство вообще не исчезло на начальном этапе, как исчезли сотни других культов вроде митраизма и манихейства?

Есть только два возможных ответа. Первый – вера в Бога Авраама, сотворившего небо и землю за шесть дней, восторжествовала на всех континентах по чистой случайности, благодаря целому ряду удивительных совпадений. Но это значит, что высшим силам – даже если они существуют – нет никакого дела до верований людей, и тогда любая религия – это ложь, и вместе с Библией мы должны отбросить все остальные священные книги. Но есть и второй вариант – Божий Промысл в истории существует, так что стечение обстоятельств, благодаря которому мир уверовал в Писание, было предусмотрено свыше. И тогда мы можем повторить вслед за Августином, что Библия «по воле высочайшего провидения возвышается над всеми без исключения писаниями всех народов» [20] . Так что если где-то скрывается адресованное людям послание, исходящее из иной, недоступной для них реальности, то искать его надо в книге, внимать которой заставляет весь ход человеческой истории.