Чтение онлайн

Мои руки находят пряжку его ремня, быстро расстегивают её, затем я справляюсь с пуговицей брюк.

Картер тихо смеется, забавленный моей очевидной жаждой.

Сволочь!

— Ты нетерпелива…

Я поднимаю взгляд; моя грудь вздымается в коротких, прерывистых вдохах. Я так возбуждена, что не могу дышать.

— А ты — нет?

В его глазах вспыхивает что-то опасное. Низкий рык вырывается из его горла.

Это «да». То самое, которое он никогда не признает вслух.

В один миг он оказывается голым и снова опускается на меня. С этого ракурса он выглядит невероятно: литые, рельефные мышцы. Чертово произведение искусства.

Я обхватываю его рукой, и он стонет так громко, что я чувствую вибрацию этого звука всем телом.

Я знала, на что шла, но сейчас я получаю подтверждение: его обещание «уничтожить» меня может оказаться правдой.

Он сжимает мое бедро одной рукой, другая тянется к тумбочке. Из ящика он достает маленький фольгированный квадратик, открывает его и сноровисто надевает презерватив.

Сердце колотится от предвкушения.

Он прижимает кончик к моему влажному входу, но не входит до конца. Я пытаюсь пошевелиться, но он удерживает меня свободной рукой, не давая пощады. Затем он снова нависает надо мной, его рот в паре сантиметров от моего.

Я смотрю на него, бросая вызов, умоляя, ненавидя.

Он придвигается еще ближе. Горячее дыхание касается моих губ.

— Хочешь, чтобы я тебя трахнул?

Его рот изгибается в дьявольской ухмылке, но глаза темные, глубокие, горящие желанием. Ему нужно услышать это от меня.

Я киваю, но знаю, что этого недостаточно.

Картер сильнее сжимает мои бедра. — Тогда скажи мне это!

— Хватит издеваться надо мной, — стону я, извиваясь под ним. — Ты же знаешь, что я хочу этого.

И когда он наконец толкается внутрь, вся провокация исчезает.

Его глаза темнеют, его дыхание сбивается, и мое тело полностью сдается.

Господи Боже…

Я не была готова. Несмотря на всё, что я себе воображала, несмотря на его заносчивость, к Картеру Резерфорду подготовиться было невозможно.

Это чистая энергия, запертая в идеальном теле. Взрыв, готовый разнести меня на куски.

И черт возьми, я жду этого с нетерпением.

Он крепче перехватывает мои бедра, фиксирует меня, и когда начинает двигаться… это до смерти прекрасно. Так хорошо, что хочется плакать.

— Ты так хорошо меня принимаешь, Цветочек.

Его слова сводят меня с ума.

Я царапаю его спину, мои бедра взлетают навстречу его движениям, ища больше трения.

— Боже мой…

Картер ставит под сомнение все законы природы. Первый раз с кем-то не должен быть таким невероятным. Не должен ломать меня надвое и собирать заново совершенно другой.

Он закидывает мою ногу себе на плечо, придерживает рукой и наносит удар в ту самую точку внутри меня, из-за которой я окончательно теряю контроль.

Придушенный крик вырывается из моих губ, тело натягивается, как тетива лука.

Я откидываю голову и сжимаю его так сильно, что знаю: завтра на его коже останутся следы от моих ногтей.

Но мне плевать. Я хочу оставить на нем что-то, что заставит его вспоминать этот момент. Нас.

И тут… этот бастард замедляется.

Он наблюдает за мной с самодовольной улыбкой. — Ты такая сексуальная, когда вот-вот кончишь.

— Пожалуйста… — молю я, мой голос — смесь фрустрации и чистой нужды.

Он отстраняется и снова скользит в меня с мучительно-восхитительной медленностью. — Пожалуйста — что?

Мои ногти впиваются в его кожу. — Не останавливайся.

И Картер подчиняется. Он меняет ритм, толкается сильнее, глубже. Снова и снова, пока я окончательно не теряю связь с реальностью. Удовольствие становится оглушительным, и когда оно накрывает — это сокрушительно. Оргазм разрывает меня изнутри, крушит, сжигает, но он не останавливается, не дает мне даже перевести дух.

Новая волна поднимается во мне, еще мощнее. Она сотрясает меня до основания, заставляет выкрикивать его имя, будто это единственное слово, которое я знаю, и когда я снова на грани того, чтобы разлететься вдребезги, я чувствую, как его тело напрягается надо мной. Последний толчок, сопровождаемый глубоким, гортанным стоном.

Затем он падает на меня, его горячее дыхание обжигает мою пылающую кожу. Его губы сталкиваются с моими в яростном, сокрушительном поцелуе, брутальном в своей интенсивности. Мои ладони на его груди чувствуют сердцебиение — мощное, неритмичное, точь-в-точь как мое. Наши глаза встречаются, и он улыбается мне. Поправляет прядь моих волос почти нежным жестом.

Это должно быть неловко, странно, но вместо этого — пугающе естественно.

Проходит несколько секунд, прежде чем он с неохотой отстраняется.

Я тут же начинаю скучать по его телу, и пока я наблюдаю, как он избавляется от презерватива, осознание сбивает меня, как скоростной поезд.

Никто никогда не сможет сравниться с этим моментом.

Картер Резерфорд задрал планку на недосягаемую высоту.

Он подбирает боксеры и направляется в ванную, подмигивая мне на ходу. Не подозревая, что он только что сжег дотла каждое мое нервное окончание.

Я смотрю ему вслед, наслаждаясь феерическим видом. Его задницу стоит объявить всемирным наследием человечества. Её нужно высечь из мрамора и выставить в музее.

Мгновение спустя он выходит из ванной, выглядя как чертов манекенщик в рекламе белья. А я уверена, что выгляжу как ходячая катастрофа.

Это одна из самых больших несправедливостей в жизни.

— Пить хочешь? — спрашивает он.

— Да.

Он непринужденно выходит из комнаты; кажется, наш опыт его ни капельки не потряс. Наверняка у него секс случается гораздо чаще, чем у меня.

Я же чувствую себя возбужденной, растерянной и уязвимой, меня переполняют эмоции, которые я даже не знаю, как классифицировать.

Я натягиваю одеяло до подбородка. Прекрасно. Мне нужно в ванную, но одежды нет. Мое платье валяется на полу у входной двери вместе с лифчиком. Мы должны были поехать ко мне, но квартира Картера была ближе, а лишние десять минут пути казались вечностью. Возможно, для меня это был не самый продуманный план.

Я бы всё отдала сейчас за халат. К счастью, хотя бы мои стринги лежат здесь, рядом с кроватью, вместе с помятой рубашкой Картера. Я хватаю и то, и другое и надеваю на себя.