Чтение онлайн

— Значит, ты подготовишь крольчих, — сказал он. — И если тебе это удастся, я вас выведу.

— Когда?

— Лучше всего на закате. Тянуть не стоит. Нас встретит Орех с остальными, а уж они-то отобьются от любого патруля. Даже Генералу такое не снилось.

Хизентли снова промолчала, а Шишак с восхищением подумал, что она сейчас обдумывает его слова, учитывая все случайности.

— Но может ли птица драться? — наконец спросила она. — Как он остановит их всех? Это будет большой побег, Тлайли, и нельзя допустить ошибки. Генерал сам пустится в погоню и возьмет с собой лучших офицеров. Мы не можем бежать вечно. А они не собьются со следа и когда-нибудь нас настигнут.

— Говорят тебе, наши намного умней. Не знаю, смогу ли я объяснить тебе, что мы придумали. Ты когда-нибудь видела реку?

— Что такое «река»?

— Вот тебе и раз. Я не знаю, как объяснить. Но поверь, бежать недалеко. И если Аусла нас догонит — мы уйдем у них из-под носа. Я об этом только и думаю.

Она не ответила, и Шишак добавил:

— Ты должна верить мне, Хизентли. Клянусь жизнью, мы уйдем от них. Я не обманываю.

— Если ты ошибся, счастливы будут те, кто умрет сразу.

— Никто не умрет. Мои друзья придумали такую хитрость, которой гордился бы сам Эль-Ахрайрах.

— Если бежать на закате, — сказала Хизентли, — то надо делать это завтра или послезавтра. Через два дня закончится наше время вечерних «силфли». Ты знаешь об этом?

— Да. Слышал. Но лучше завтра. Чего тянуть? Остается, правда, еще кое-что. Нужно забрать с собой Блэкавара.

— Блэкавара? Как? Его стережет Ауслафа.

— Да, я знаю. Риск большой, но мы не можем его бросить. Вот что я решил. Завтра во время «силфли» ты и Тетатиннанг соберете вокруг себя всех, кто согласится бежать. А я повидаюсь с Кехааром неподалеку отсюда, на лугу, и скажу, чтобы он, едва увидит, как я возвращаюсь к норам, напал на часовых. Я как раз подоспею и справлюсь с обоими. Мы застанем их врасплох. И удерем вместе с Блэкаваром. Начнется суматоха. В суматохе и двинемся отсюда. Птица отгонит всякого, кто увяжется за нами. Запомни, бежать нужно только до большой арки под железной дорогой. Там нас будут ждать. Вам нужно будет просто не отставать, а я покажу дорогу.

— Капитан Дрема выскочит по тревоге.

— Надеюсь, что так оно и будет, — ответил Шишак. — Мне бы именно этого и хотелось.

— А вдруг Блэкавар не побежит? Его-то ты тоже застанешь врасплох.

— Его можно предупредить?

— Нет. Он всегда под охраной, а в «силфли» ходит отдельно.

— И сколько он будет так жить?

— Когда его покажут всем Подразделениям, Совет убьет его. Так думают все.

— Вот, значит, как. Что ж, я без него не уйду.

— Ты очень храбрый, Тлайли. Но так ли ты умен? Завтра от тебя будет зависеть жизнь очень многих.

— Тебе не понравился мой план?

— Не в этом дело. Я всего лишь крольчиха, которая не видела ничего, кроме Эфрафы. Но вдруг случится что-нибудь неожиданное?

— Риск есть риск. Разве тебе не хочется выбраться отсюда и поселиться у нас на высоких холмах? Подумай об этом.

— Тлайли! А мы сможем сами выбирать себе мужа, нору и растить детенышей?

— Конечно. И рассказывать в «Улье» скалки, и бегать в «силфли», когда захочешь. Там чудесная жизнь, клянусь.

— Я иду. Я ничего не боюсь!

— И повезло же мне, что ты оказалась именно здесь, — сказал Шишак. — Я чуть с ума не сошел, пытаясь сообразить, что же делать, пока не встретил тебя.

— Тлайли, сейчас я пойду вниз. Кто-нибудь может поинтересоваться, зачем ты за мной посылал. В подруги я не гожусь. Но если я уйду сейчас же, мы можем сказать, что ты ошибся и очень разочарован. Не забудь.

— Не забуду. Да, тебе пора, и подготовь всех к завтрашнему вечеру. А я не подведу.

Оставшись один, Шишак почувствовал, как отчаянно он устал, как измучен своим одиночеством. Он старался думать о том, что друзья совсем рядом и что он, Шишак, увидит их меньше чем через день. Но он знал, что между ним и Орехом — вся Эфрафа. То и дело его одолевал страх и дурные предчувствия. Наконец он забылся и во сне увидел Капитана Дрему, превратившегося в поморника, который летел над рекой и кричал так, что от крика Шишак проснулся, потом вновь задремал и на этот раз увидел Кервеля — тот вел на блестящем проволочном поводке несчастного Блэкавара. А над всем, огромная, словно лошадь в поле, нависала гигантская тень Генерала Дурмана, и ему было известно все, что творится в любом укромном местечке. И наконец, совершенно обессилев от бесконечной тревоги, Шишак, в своей отдельной норе, провалился в глубокий сон, где его не мог настичь даже страх.

Медленно Шишак выплывал из сна, как пузырек болотного газа, который несет плавное течение. Рядом сидел кролик. Шишак вздрогнул, вскочил и сказал:

— Кто здесь?

— Гравилат, — ответил кролик. — Пора в «силфли», Тлайли. Уже жаворонки поют. А ты горазд поспать.

— Да уж, — сказал Шишак. — Ну, я готов. — И он направился, было, к выходу, как вдруг вопрос Гравилата пригвоздил его к месту.

— Кто такой Пятик? — спросил Гравилат. Шишак напрягся:

— Что ты сказал?

— Я сказал: кто такой Пятик?

— Я тебя не понимаю.

— Ты разговаривал во сне. И повторял: «Спроси Пятика. Спроси Пятика». Я и захотел узнать, кто это такой.

— А-а, понятно. Так звали моего бывшего приятеля. Он умел предсказывать погоду и все остальное.

— Ну, это мы и сами умеем. Ты не чувствуешь — пахнет грозой?

Шишак принюхался. К запаху кроликов и травы примешивался теплый, сильный запах тяжелых туч, но шел он явно издалека. Запах не понравился Шишаку. Почти никто из животных не любит грозу, которая отзывается в них огромнейшим напряжением и нарушает естественный ритм жизни. Первым желанием Шишака было вернуться в нору, но он нисколько не сомневался, что в Эфрафе никто не позволит нарушить распорядок дня из-за такого пустяка, как гроза.

Шишак оказался прав. Кервель уже занял свой пост у выхода, расположившись напротив конвойных и Блэкавара. Он повернулся к вынырнувшим из темноты офицерам.

— Смелей, Тлайли, — сказал он. — Часовые уже на постах. Ты что, грозу не любишь?

— Не очень, — признался Шишак.

— Сегодня грозы не будет, — сказал Кервель. — Она еще далеко. И до завтрашнего вечера сюда не доберется. Но никто в Подразделении не должен заметить, что ты боишься. Без приказа Генерала порядок все равно не изменишь.

— Никак не мог его добудиться, — сказал Гравилат довольно сердито. — У тебя ведь ночью была крольчиха, не так ли, Тлайли?

— Вот как? — удивился Кервель. — И кто же?

— Хизентли, — ответил Шишак.

— О, эта «марли торн», [31] — сказал Кервель. — Забавно, не думал, что она подходит для знакомства.

— А она и не подходит, — сказал Шишак. — Я ошибся. Но если ты помнишь, ты сам просил, чтобы я поближе познакомился с этой компанией да приструнил немного. Так что я и решил поболтать с ней, да без толку.

— Ничего не вышло?

— Трудно точно сказать, — ответил Шишак. — Я попробую еще раз.

Пока кролики выходили из тоннеля, Шишак ломал голову над тем, как быстрее и лучше справиться с конвойными Блэкавара. Нужно в считанные секунды вывести из строя одного и немедленно кинуться на второго, а ведь у того будет время опомниться. Если придется с ним драться, встать надо так, чтобы Блэкавар оказался со стороны выхода, иначе, растерявшись, он может броситься в глубь коридора. Конечно, если повезет, испугается и удерет сам конвойный, но на это рассчитывать не приходится. Полицейские эфрафской Ауслафы ничего не боятся.