Обитель душ 2. Эфемерность величия
Шрифт:
Зарина тоже вскочила, но сделала это исключительно за компанию. То, как Коротышка и Бюрократишко отреагировали друг на друга, напомнило ей веселую сцену недавнего близкого знакомства парней с ее камнем Душ.
— Хонор. — Таддеус настороженно следил за приятелем, которого била крупная дрожь. — Что с тобой?
Старший Советник шумно сглотнул и поднял руку. Дрожащий палец указывал на вжавшуюся в кресло Имбер.
— Она... Она стихийник!
— ЧТО?! — Таддеус непроизвольно отступил назад.
— Ни фига себе. — Зарина оживленно вглядывалась в маленький силуэт. — Настоящий стихийник?
Хонор кивнул.
— Стоп, но как?.. — Девочка впилась глазами в Хонора. — Как ты узнал?
Из тени кресла вынырнула голова. Имбер, выпятив нижнюю губу и указав пальцем на Хонора, прохныкала:
— Но ведь он... Он тоже стихийник!
Зарина не сразу вспомнила, что упавшую челюсть следует возвращать на место.
Глава 4. Принцип обезьяны
Стой, девочка моя, остановись,
Земля-батут тебя бросает ввысь,
За прытью не угнаться мне твоей,
Однако ты бросать меня не смей!
Стой, девочка моя, замедли бег,
Ты вспомни: я же просто человек.
Как быть мне наравне с тобой?
Такой волшебной огненной стрелой?
Стой, девочка моя, дай отдых телу,
Но ты — стрела, ты рада беспределу!
Тебе неважно, я отстал иль нет,
Ты с ветром исполняешь пируэт.
Твой силуэт скрывается в ночи,
Как бы сказав: «Попробуй закричи,
Останови меня, поставь на паузу бег!»
Но это словно прекратить движенье рек!
Стой, девочка моя, остановись,
С небес, прошу, ко мне спустись...
Ты мчишься средь городских огней,
А что же я? Я глупенький плебей...
Худые пальцы отбивали странноватый ритм. От него веяло нервозностью и хип-хопом. В Хоноре определенно гиб талант.
— Прекрати барабанить, — попросил Таддеус. Он массировал себе виски и болезненно жмурился.
Хонор перестал барабанить и скрестил руки на груди.
— Прости, конечно, что раздражаю тебя, — буркнул Старший Советник, — но меня почему-то до смерти пугает реакция девчонки, сидящей рядом с тобой. Она уже минуту молчит и пялится на меня. Я практически слышу, как в ее мозгу безостановочно работает сверхрезультативный механизм гадливости.
Таддеус скосил взгляд, ловя в поле зрения свою рыжеволосую правительницу. Сказать по правде, ее состояние его тоже слегка тревожило. Зарина сидела в одной позе уже целую минуту и вроде даже не мигала.
— Пошла вторая минута, а она еще не изрекла ни одной язвительной фразы. — Хонор с подозрением оглядывал девочку. — Это что, последствия шока? Или новый способ издевки? Святая Земля, молчание этой Змеюки пугает больше ее мерзкой трескотни!
— Кончай базарить о моей персоне, будто меня здесь нет.
Намеренно увеличенная громкость голоса Зарины заставила Хонора вздрогнуть от макушки до пят.
— Черт возьми! — выругался Старший Советник, уничижительно зыркая на девчонку. — Если уж намереваешься впасть в транс, хотя бы предупреждай! Да и о том, что выходишь из него, тоже.
— Замолкни, Бюрократишко. — Зарина властно взмахнула рукой. — Я систематизировала инфу.
— Так у вас нет шокового состояния? — на всякий случай уточнил деятельный Таддеус, который уже успел вспомнить все известные ему способы оказания первой медицинской помощи.
— Шок? У меня? Смеешься что ли? — Зарина искривила рот в полуулыбке. — Хотя тут есть отчего глазенки выпячивать. Час бессмысленной болтовни о стихийниках, которых вот уже пятнадцать лет никто не видел, и вдруг — вуаля! — нате вам целых два экземпляра в чистом виде. Дышащих и трепыхающихся экземпляра, надо заметить.
— Это ты меня сейчас «экземпляром» назвала? — Хонор прищурился.
— Тебя, обаяшка, тебя. Черт, это ж с дуба рухнуть и желудем убиться! — Зарина с оживленным видом стукнула кулаком по ладони. — Ладно, вот эта мелюзга, — Эштель ткнула пальцем в насторожившуюся Имбер, — она-то, считай, никто. Но ты, Бюрократишко, ты у нас правая рука высшего лица Королевства. Вот смеху-то — Святая Инквизиция шарится по всяким закоулкам и слепо тычется во все дыры, выискивая стихийников, а настоящий стихийник живет себе спокойненько поживает под теплым бочком коронованной особы!
Зарина залилась неудержимым смехом и завалилась на спинку дивана. Таддеус обеспокоенно следил за ее истерией, размышляя, а не сошла ли его правительница с ума.
— Ты сумасшедшая? — холодно поинтересовался Хонор.
Зарина мгновенно прекратила смеяться. Удивительно, как быстро менялось ее настроение. Вот она дергается от истерического хохота, а вот она уже сидит, скромно сложив руки на коленях.
— Святая Инквизиция ведь даже не догадывается, кто тут наверху просиживает свой чиновничий зад, — медленно изрекла Зарина, в ее взгляде сквозила искорка безумия. По крайней мере, выражение ее лица заставляло вспомнить о завсегдатаях сумасшедшего дома. — Скрыться на самом верху... Подумать только, один из фактических врагов всех утопийцев руководит Королевством... Это так... — бормотала девочка. — Это... настолько... НАГЛО! Это просто беспредельная НАГЛОСТЬ! — Зарина возбужденно вскочила на ноги, и Хонор испуганно отступил. — И это, мать вашу, мне НРАВИТСЯ!
Таддеус открыл рот от удивления.
— Вы странная, — смущенно пролепетал он, не понимая причин ее восторга. — Немного.
— Да она не в себе. — Хонор покрутил пальцем у виска и на всякий случай зашел за кресло, чтобы между ним и этой психованной девчонкой была хоть какая-то преграда. Мало ли, набросится, покусает.
— Бюрократишко, ты водишь за нос всю Инквизицию! — Зарина нагнулась и в полном восторге хлопнула себя по колену. — Ах ты, ушлая задница!
— Попрошу без оскорблений, — возмутился Хонор.
— По-моему, это ее способ показать свое восхищение, — неуверенно высказался Таддеус.
— Да плевать мне на ее восхищение, — обозлился Старший Советник. — Пусть прекратит себя так вести. Она меня пугает. Как ненормальная, ей-богу!
— Если хочешь знать мое мнение, то я считаю, нынешняя реакция намного лучше той, при которой она превращает тебя в игрушку для битья. — Таддеус плавно провел пальцем по своему подбородку, и Хонор, не удержавшись, пощупал все еще ноющий собственный.
— Впредь я не хотел бы выслушивать твое мнение, — процедил Хонор, поморщившись от боли.
— И снова вы болтаете, будто я пустое место. — Зарина, словно буйствующее торнадо, жизнерадостно вклинилась в их беседу. Погрозив обоим пальчиком, она томно прошептала: — Ай-ай-ай, как нехорошо.
— Знаешь, Змеюка, я ожидал от тебя иного, — неохотно признался Хонор.
Зарина глянула на него, удивленно мигая.
— А чего именно ты ожидал?
— Ну, даже не знаю. — Хонор задумчиво закусил губу. — Но явно не восторгов.
— Меня будоражит любое нарушение системы. — Зарина обвела взглядом весь тронный зал. — Особенно такой четкой и структурированной.