Обитель душ. Книга 1. Окаянная душа
Шрифт:
Мальчишка отклонил голову назад. На Курта уставился голубоватый хищнический огонек.
– Лихо разглагольствуешь. Кажется, будто пришибаешь многотонными гранитными плитами пафоса, - протянул Ри.
– Прямо какой-то лорд или барон.
– Он президент!
– влезла Эни. Курт слегка поморщился. Он предпочел бы, чтобы девушка не вмешивалась в их противоборство. Чем дальше она от этого мальчишки, тем лучше.
– Да ну?
– Ри хмыкнул.
– Похоже, я пропустил вашу предвыборную кампанию, господин президент.
Курт открыл рот, чтобы выдать какую-нибудь колкость в адрес собеседника, но его перебили. Скумбричу надоело оставаться не у дел.
– АМБРЕ, разговорчики! Не на базаре!
– Он раздраженно кинул на стол листки с ответами.
– Каели - тишина! Эштель - к доске!
– А я-то тут при чем?
– возмутилась Эни.
– Каели - дополнительное домашнее задание, - вкрадчиво сообщил ей Скумбрич.
– За что?!
– обалдела от такой несправедливости Эни.
– За живое воплощение шума и беспорядков.
– Ну, ни фига себе!
– пробурчала девушка, но через секунду послушно замолчала.
Ри поднялся на ноги и потянулся. К доске он пошел медленно, словно прогуливаясь по Бродвею. Курт смутно подозревал, что этот неожиданный акт повиновения - просто ширма. Скорее всего, мальчишка устал сидеть и решил поразмять конечности, а раз такой случай, как прогулка до доски, подвернулся - прямо грех не воспользоваться.
– Реши мне вот этот пример, ученик Эштель, - грозно сказал Скумбрич, протягивая тому полностью исписанный листок. Прозвучало почти, как "иди-ка подорвись вон на той мине, солдат Эштель".
Ри взял листочек и быстро пробежался по нему глазами.
– Стоп. Будем решать на время.
– на лице математика появилась усмешка.
– Кто быстрее - я или ты.
– По-моему, он не в себе, - прошептала Курту Эни.
– Последний раз он устраивал такие поединки несколько лет назад. И его соперником был ты.
– Да, Скумбрича слегка заносит, если кто-то превосходит его в деле, которому он жизнь посвятил, - также тихо сказал Курт. Он устроился поудобнее и приготовился смотреть представление. Его переполняло любопытство. Мелкий любитель выпендриваться, оказывается, не так прост, как кажется.
– СТАРТ!!!
– взвыл Скумбрич и набросился на доску, тогда как Ри еще даже не успел взять мел в руки.
– Он псих, - прокомментировала Эни, наблюдая, как математик стремительно пишет вычислительные действия на доске, чуть ли не высовывая язык от усердия.
– Просто очень любит свою работу, - сказал Курт, глядя на замершего Ри. "Почему он не начинает?"
Наконец, мальчишка задвигался. Раз, два - мальчик положил мел на место и облокотился на стену рядом со своей половиной доски. Все жадно уставились на запись. "Тринадцать целых две десятых".
– Что это?!
– возмутился Скумбрич, отрываясь от своих вычислений и тыкая в запись пальцем. От бешенства у него даже глаза чуть потемнели.
– Тринадцать целых...
– Да не что написано, я спрашиваю, а что это?!
Ри глянул на математика, и Курт готов был биться об заклад, что с сочувствием. С таким выражением смотрят на умалишенных.
– Ответ вот на это, - сообщил Ри, помахивая полученным листочком.
Скумбрич яростно втянул носом воздух.
– А какой должен быть ответ?
– осторожно поинтересовалась Эни. Брови Курта поползли вверх. Сегодня она была на редкость смелой. Математик перевел взгляд на девушку, и если бы владел телекинезом, точно бы угрохал ее чем-нибудь тяжелым. Потому-то Курт и решил, что Эни сегодня чересчур смелая.
Скумбрич между тем достал из кармана пиджака сложенный вдвое листок и трясущимися руками развернул его.
– Тринадцать целых две десятых, - еле шевелящимися губами озвучил он ответ.
– Похоже, я неимоверно крут в подглядывании, - съехидничал Ри.
Скумбрич разъяренно повернулся к нему. Вид у математика при этом был как у медведя, которого разбудили во время зимней спячки.
– Ты... Ты...
– Учитель тыкал в мальчишку пальцем и нервно трясся.
– Ты не прописал промежуточные действия!!!
Скумбрич сжал губы и победно вытянулся в струнку.
– Изначально такого условия не ставилось, - пожал плечами Ри.
– Сказали решить - я решил.
– В УМЕ?!!
– не поверил математик.
Ри не удостоил этот вопрос ответом.
– Да как возможно, - забормотал Скумбрич, - не прописать вычислительные действия в таком примере, а решить все в уме?
Математик выглядел расстроенным, словно ребенок, которому сказали, что в этом году Дед Мороз будет динамить всех хороших детишек.
– Ну...
– Ри плавно развел ручки в стороны. При этом жесте черные ленты провисли вдоль его тела, напоминая сложенные рваные крылья.
– Мне было лень.
Скумбрич хотел что-то сказать, но вместо этого из его горла вырвался всхрап. Если раньше он хотя бы отчасти выглядел адекватно, то сейчас вся адекватность куда-то пропала. На мальчишку взирал свирепый хищник, на территорию которого только что покусился чужой.
– Товарищи, в какой стороне Филиппины?
– обреченно спросил Маркус, чувствуя приближение чрезвычайной ситуации.
– Да нам хотя бы солдатские каски!
– отозвалась Эни. Курт закатил глаза. Ситуация аховая, а Эни почему-то весело.
– АМБРЕ-Е-Е!!!!
– взорвался Скумбрич, кидаясь на спокойно стоящего в прежней позе Ри. Сидящие на первых партах с ужасом отшатнулись. Математик почти уже дотянулся до своей жертвы, когда внезапно "жертва" перешла к активным действиям. Днем на улице было не так уж холодно, а в помещении обычно стояла духота, поэтому большое окно, располагающееся ближе к доске, было открыто. Туда-то и перекочевал доселе меланхоличный, а ныне обнаруживший нехилую резвость Ри Эштель. Он уселся на подоконник. Скумбрич, не понимая, что тот хочет сделать, замедлился.
– Ой-ёй, - пробормотал себе под нос Курт, предчувствуя что-то нехорошее.
Ри положил ногу на ногу и оглядел весь класс. Эни встала с места. Мальчишка остановил на ней взгляд, затем повернулся к замершему в двух шагах Скумбричу. Фамильярно махнув ему ручкой, Ри откинулся и спиной вперед кувыркнулся в открытое окно.
– Мамочки!!!
– взвизгнула Эни, кидаясь к окну. К ее воплям присоединились остальные девчонки. Паника была к месту, ибо кабинет располагался на четвертом этаже. Весь класс дружно ринулся к окну, где с ошарашенным видом стоял Скумбрич. Курт остался сидеть на месте.