Чтение онлайн

– Поцелуй меня.

Стэфан совершил резкий рывок к губам Кристин и, чмокнув ее, резко встал.

– Я хочу показать тебе кое-что, – сказал Стэфан.

Кристин застегнула пуговицы, вновь цинично улыбнулась и тоже встала с кровати.

– Видишь? Ты ребенок, я ценю твою помощь и твои чувства ко мне, но, к сожалению это телесная потребность, а не духовная.

– Телесная? Я думаю о тебе как о совершенной девушке, с которой не имею права быть. Я мучаю себя этим, но я не сдамся. Позволь мне показать тебе кое-что.

– Хорошо, если ты этого хочешь.

Стэфан привел свою любовь к незаконченному Мерседесу. Автомобиль выглядел совершенно, лишь отсутствие лобового стекла выдавало его незаконченность. Кристин с интересом осмотрела автомобиль.

– Ты собираешь его для Ганца?

– Сначала это было так, но сейчас это моя машина. Если я успею собрать ее до субботы, она станет моей.

– Но завтра уже Пятница.

– Я все успею. Николя мне говорил, что после автопробега эти автомобили можно выгодно продать на аукционе в Монако. И я продам ее. Нам хватит этих денег, чтобы начать новую жизнь вдали от Ганца, этого особняка и всех его жителей.

– Я не могу бросить родителей.

– Мы можем взять их с собой.

– Это вновь звучит по-ребячески. И куда ты хочешь поехать? Чем мы там будем заниматься? Или ты не думал об этом. Твои порывы очень милы, но не более.

– Я не понимаю, чего ты хочешь?

– Я хочу свободы для себя и своих детей. Я хочу, чтобы Париж сменял Лондон за окном, когда этого захочется. Я хочу жить, а не выживать. И я не буду тебе лгать, ты подкупил мое черствое сердце своей невинностью, но признайся себе, если я буду с тобой, мы будем постоянно думать о деньгах. Да, быть может, счастье будет скрадывать минуты нужды, но наши дети также начнут свою жизнь с барахтанья в болоте долгов и плохих вещей. Мне нужен мужчина, способный обеспечить свое продолжение рода. Ты греешь мою душу, но этого мало. Не смотри на меня мокрыми глазами котенка, ты сам просил сказать, чего я хочу. Я, прислуживая и подметая, пропустила сотни концертов, выставок и премьер в театрах. Я не узнала ничего нового за последние три года, я не хочу так больше жить. Ты сам служишь этому Ганцу. Тебе всего семнадцать, ты еще юн, но юность убегает быстрее ночи, а, когда твои тридцать лет начнут корить тебя за все, что ты упустил, я не хочу оказаться под рукой для вымещения злости. Я буду с тобой честна. Если ты хочешь, я буду рядом, но как друг или просто образ, которым ты себя тешишь.

– Быть может, в твоих словах больше правды, чем в моем обещании защитить тебя от слез, но все эти слова сотканы из переживаний. Ты пытаешься обезопасить себя от ненужной привязанности. Да, возможно, я не претендую на все состояние Градских, но теперь даже юридически я один из них. Это ведь что-то значит. Я смогу обеспечить тебя и наших детей. Если ты будешь рядом со мной, я положу свою жизнь к твоим ногам. Я сделаю все, чтобы улыбка не сходила с твоих губ, а глаза так же горели, как и при нашем первом поцелуе. Просто доверься мне, сегодня я уже постоял за тебя. Триша теперь не побеспокоит тебя. И я готов быть всегда беспощадным с другими ради тебя.

– Ты желаешь мое тело, но не душу. Как можно желать того, чего не знаешь?

– Так расскажи мне, расскажи мне все о себе. Я пока что только чувствую тебя, но это чувство нефальшиво. И ты это видишь.

Кристин вновь оказалась на минимальном расстоянии от губ Стэфана. Ее глаза с надеждой впивались в этого искреннего юношу, а сердце поверило влюбленному мальчику, но жестокий разум вновь припомнил Ганца и похотливые сеансы, а до этого работу официанткой. Нет, больше она такого не хотела.

– Прости меня, мы могли бы быть счастливы, но, видимо, в глубоком детстве, когда деньги еще не имеют никакого значения или в далекой старости, когда их влияние на человека больше не такое могущественное как сейчас. Прости меня. Я, наверное, переночую в доме, ведь ты обещал, что Триша больше меня не побеспокоит.

Кристин поцеловала Стэфана по-отечески в лоб и вышла из гаража. Стэфан еще долго смотрел в пространство, но первая влюбленность не позволила опустить ему руки. Решительному юноше нужно было только вставить стекло, и тогда уже ничто не отнимет у него раритетного автомобиля, а с ним и больших денег для Кристин.

Новый зимний день для Стэфана начался с мощного гудка грузовика, провозгласившего долгожданное прибытие недостающего элемента в дорогостоящей мозаике Ганца. Воодушевленный таким событием Стэфан быстро надел запачканный машинным маслом комбинезон и, расписавшись в получении стекла, аккуратно поставил продольную коробку рядом с автомобилем. Предвкушение победы одурманило Стэфана, ладони юноши вспотели, но все еще уверенно держали нож. Будто бы хирург в операционной, юноша аккуратно сделал разрез на коробке и медленно вскрыл ее. Стекло было укутано в целлофан и требовало к себе самого бережного отношения.

Такой знакомый и любимый женский аромат духов заставил Стэфана отвлечься и, повернувшись к входу, он был вознагражден за это. Кристин была удивлена, но влюбленный в нее юноша сдержал свое обещание. Триша ни разу не попыталась задеть ее, а вся прислуга стала относиться к Кристин как к управляющей. Расчетливый разум девушки всячески пытался подавить любые чувства к Стэфану, но его искренняя помощь и любовь подкупала ни разу не любившую девушку. Но это не означало, что Кристин решила дать шанс милому мальчику, просто ей стало страшно за него. Стэфан виделся ей увядающим цветком в этой озлобленной пустыне, так что вернувшая власть в свои руки девушка рассматривала этот визит как жест добрый воли. Стэфан заметил контейнер с едой в руке Кристин.

– Ты принесла мне покушать?

– Это макароны с сыром, не самое сложное блюдо, но за него я могу поручиться.

– Спасибо, а у меня радостная новость: уже сегодня я закончу эту красавицу!

– Я надеюсь, Ганц сдержит свое обещание и отдаст тебе этот автомобиль. Он так важен для тебя.

Стэфан вытер руки тряпкой и, поправив свои длинные волосы, подошел к Кристин. Сейчас он попытался быть мужественнее и агрессивней, чем обычно. Его молодой разум, анализируя слова Кристин, заключил, что возможно именно такое поведение станет ключом к сердцу его первой любви. Стэфан уверенным движением обхватил тонкую талию Кристин и без всяких заминок принялся целовать запутавшуюся в себе девушку. Жаркие поцелуи унесли обоих в совершенно другое пространство, в котором не было ничего кроме двух молодых тел и желания продолжать эти поцелуи. Кристин тосковала по таким касаниями и искренним поцелуям, на секунду она перехватила инициативу и перешла в наступление, прижав милого мальчика к стене. Возбужденная девушка принялась целовать его шею, но что-то вновь кольнуло внутри. Она не должна была вязнуть в этой искренности, эти чувства так далеки от планов разбогатеть. Нет, Кристин не могла рисковать, нужен был холодный расчет и возможность больше никогда в жизни не думать о заработке на кусок хлеба. Но Стэфан своим присутствием, словами, взглядом рушил ее планы. Резко остановившись, девушка отпряла от зацелованного мальчика.

– Нет, мы никогда не будем вместе! Ты просто не понимаешь. Я уже распланировала свою жизнь. Все должно быть по-другому, я не хочу зависеть от счастливого случая или воли Ганца. Прости, я больше не появлюсь рядом с тобой, и мы больше никогда не заговорим. Видимо, единственный выход – это держаться от тебя на расстоянии.

– Нет, постой Кристин. Если тебе не понравилось, прости меня. Я зашел слишком далеко.

– В этом и проблема – мне понравилось. Мне захотелось продолжения.

Кристин нервно покачала головой и, улыбнувшись какой-то мученической улыбкой, произнесла самую страшную фразу, преследовавшую Стэфана всю его сознательную жизнь:

– Просто я предназначена не тебе…

Кристин вышла из гаража, а Стэфан, ожидая этой страшной правды, стоял на месте и, качая головой, отрицал очевидное слезами отвергнутой любви. В этот момент на глаза брошенному мальчику попалась монтировка, которой Ганц запулил в Мерседес. Ненависть, захватившая разум, приказала рукам взять это орудие мести несправедливости в жизни Стэфана. Озлобленный мальчик уже замахнулся на собранный им раритетный автомобиль, но что-то внутри не дало изувечить однажды уже обиженный Ганцом Мерседес.