Чтение онлайн

Восемь земных месяцев я просыпалась и засыпала, видя перед глазами одну и ту же историю. Обездвиженную меня, беззащитную и не в силах ничего сделать игрушку в руках двоих парней в несколько раз больше и сильнее меня.

За те месяцы я быстро повзрослела. Перестала быть типичной мажоркой, стала больше задумываться над какими-то вещами. Стала задумываться о вечном и в целом значении моей жизни в этой вселенной. Ведь пока ты живешь, ты зачем-то нужен этому миру, значит ты еще на что-то повлияешь прямо или косвенно. Даже если ты попал в какую-то безвыходную или, казалось бы, безвылазную ситуацию: пока ты живешь, ты нужен.

В первую очередь ты нужен себе. Жизнь сыплет на голову трудности, значит именно ты с ними справишься. Если ты все еще жив, значит конкретно ты еще нужен. Трудности нужны либо для воодушевляющего пинка к действиям, либо для того, чтобы открыть кому-то глаза на то, как человек живет.

В какой-то момент ко мне пришла мысль, что смысла жизни как такового нет. У каждого свой смысл жизни и каждый придумывает его себе сам. Любовь, карьера, духовное наполнение, самоутверждение и прочее-прочее-прочее. Я пообещала себе, что я буду делать то, что я хочу, не смотря ни на какие запреты и ограничения. Я живу ради того, чтобы жить.

Но под семьей я все же прогнулась. Вышла замуж за Талента. А может, внутри себя мне было интересно, чем это обернется? Или любовь и забота во мне все же не сожжены дотла, и я боюсь за свою семью?

Слабо улавливаю, что на кровать кто-то приземлился. Кайли легла мне под бок, положив голову на мою спину. Ей плохо, ее рана еще не зажила, и я чувствую ее боль. Не так же ярко как чувствует она, но чувствую жжение под ребром справа.

Немного поворачиваюсь, протягивая руку к голове своей любимой лисичке. Провожу по голове, прижатым ушам, дотрагиваюсь до мокрого черного носика. Она такая уставшая. И все это по моей вине.

Кайли тяжело вздыхает. Я продолжаю ее поглаживать, хоть делать это и не очень удобно в таком положении, а лисица начинает издавать звуки, похожие на мурчание. Лисы не умеют мурчать как кошки, но делают нечто похожее, когда их гладишь. Что-то между мурчанием и дружелюбным рычанием. А еще, несмотря на то, что лисы из семейства псовых, у них вертикальные зрачки, как у кошек. И благодаря этому они хорошо видят в темноте.

В принципе назвала бы лису промежуточной версией между кошками и собаками. Собаки лазить по деревьям не умеют, а лисы могут и практикуют. Да и их грация всегда напоминает кошачью. И когти у них втягиваются, как у большинства кошачьих. Но при этом, относят их к псовым.

— Потерпи, Кайли, — шепчу я. — обязательно что-нибудь придумаю.

Лисица бормочет что-то бессвязное, а я отвлекаюсь на уведомление в телефоне. Что такое?

Приподнимаюсь слегка на локтях, вызывая недовольство тотема. Вынуждаю Кайли с пыхтением переложить голову на кровать. Лениво провожу по экрану и с удивлением обнаруживаю сообщение в беседе нашей академгруппы. Староста проинформировала, что вечеринка перед традиционным отправлением на Землю переносится на послезавтра. И скинула расписание завтрашних занятий. Завтра вторник. Сегодня понедельник.

Если сегодня понедельник, это значит, что если нам к первой или даже второй паре, то я уже опоздала. И если это так, то я никуда не пойду.

Но судьба, как будто в издевку, с помощью Лесмы оповещает меня о том, что нам аж к третьей паре. А это значит, что я могу встретить там Арчера.

Интересно, а Ригель вообще собирается в академию? Ему ведь явно не к третьей паре. Но спрашивать желания нет.

Все зашло через чур далеко. Нельзя было его к себе подпускать. И каким бы не было искушение ему довериться, я не буду этого делать. Наверно, потому что со мной у него не будет спокойной жизни. Он уже нажил себе врага в виде бывшего друга, или приятеля.

Я боюсь. Его чувств, моих чувств, и не могу вот так взять и разрешить себе впустить другого человека туда, куда проход закрыт всем. Да я с ним знакома меньше месяца. Сколько? Пару недель всего.

Делаю вывод, что все же приняла правильное решение. Пусть от этого ни разу не легче и на душе скребут кошки. Потому что уже разрешила ему ворваться в мою голову и сердце дальше, чем остальным.

Снова смотрю на время, чтобы отвлечься. Лежать в кровати и рыдать, думая о том, как моя жизнь не справедлива пусть и довольно нормально в моей ситуации, но совершенно бесполезно. Поэтому надо собираться в академию.

Сил тратить уйму времени на то, чтобы привести себя в идеальный вид, нет. Поэтому ухожу в душ, проходя мимо Ригеля даже не посмотрев в его сторону. И сердце все равно сбилось с ритма, когда мы оказались так близко.

В зеркале вижу себя красивую и прекрасную: опухшее красное лицо, прилипшие ко лбу прядки волос, глаза на мокром месте и искусанные на стрессе губы. Блеск.

Наскоро мою голову и быстро принимаю душ. Проскальзываю в свою комнату. Беру первую попавшуюся одежду, чем оказываются худи и джинсы-скини. На голову капюшон, на ноги кроссовки, с собой шопер, тетрадку и ручку. Учебники я с собой не таскаю, бывает вообще ничего не беру.

Решительно иду на выход, взяв под бок вялый рыжий комочек шерсти.

— Куда? — рык за спиной.

Оборачиваюсь.

К своему немому удивлению обнаруживаю Рика. Тотема Ригеля. Смотрит грозно и с подозрением. То и дело скашивает взгляд на лисицу. И может мне и кажется, но переводя взгляд с Кайли на меня, есть ощущение, что он обвиняет меня в произошедшем. От этого мне хочется стать воздухом, потому что я и сама себя в этом обвиняю, а аура этого кошака меня убивает. Как и его хозяина.

Внешне не подаю. Пару секунд бегаю глазами по сторонам, но потом собираюсь с мыслями. Вздергиваю бровь и пристально смотрю в желтые пронзительные глаза, в зрачках которых пылает презрительный огонек.

— Какое тебе дело? — ледяные нотки не пугают тотема огневика.

Фыркает, поначалу не отвечая.

— Если спрашиваю, значит есть, — рычит.

— Ну а я не собираюсь тебе отчитываться. Свободен, — надменно приподнимаю уголок своих губ, разворачиваюсь, чтобы выйти.

Позади слышится рычание. Но уже не рыси.

— Стоять, — грозные, приближающиеся шаги заставляют делать все ровно наоборот приказному тону.

Пытаюсь открыть дверь. На нервяках немного медленно, но по итогу получается. Вылетаю на лестничную площадку. Всего на шаг, потому что меня бесцеремонно за талию тянут назад, захлопывая дверь.

{Ригель}

Что у нее творится в голове? Шестеренки работают явно не в том же режиме, что у всех. Мимо прошла, взгляд поднять не решилась, видимо потому, что лицо зареванное настолько, что ее сложно было узнать. Она даже словно потускнела немного, и осанка хоть и была ровной, но уже не такой уверенной.