Чтение онлайн

– Я все знаю, – авторитетно заявил Капитон, – поэтому-то я и здесь. Только, мне кажется, в Швеции тебя с парома снимут уже в наручниках. Так что бабками этими ты воспользоваться не успеешь…

«Правильно догадывается, – подумал Николай. – Впрочем, тут догадаться несложно…»

– И правда, – вздохнул Щукин, но быстро поднял голову. – Этого не случится, – сказал он, – потому что по счастливой случайности я просек их планы раньше. Я ведь только недавно узнал, кто такая Лиля. И о том, что я против Седого работаю, тоже нечаянно узнал и тоже недавно. Я ведь чувствовал, что дельце, на которое подписываюсь, гнилое, но у меня выхода другого не было… Ладно, потом расскажу, если захочешь… Теперь ты понимаешь, что я на твоей стороне? Я и сам хотел Лильку вернуть Седому, но меня вели до самой пристани – не было удобного момента, чтобы свалить. А твое вмешательство сделало все намного проще…

– Да… – промычал Капитон, думая о том, что предложение сотрудничества, идущее от Щукина, тоже сделало его работу намного проще.

– Так мы поговорим один на один? – снова спросил Щукин.

– Ладно, – выдохнул Капитон, – давай.

Николай приступил к обещанному разговору с Капитоном только тогда, когда никого, кроме них двоих, в комнате матери и ребенка не осталось. Увели даже Анну, Петю Злого и Филина – из маленькой каморки, соединенной с комнатой тонкой перегородкой. А то, что комната матери и ребенка была заколочена, оказалось липой; доски, правда, и на самом деле прибиты были к двери – крест-накрест, что создавало видимость соответствующую. Кто-то из сообразительных людей Капитона даже паутину нацепил на дверь – чтобы обмануть ментов из группы захвата. «Братки» Капитона рассосались во внутреннем дворе морвокзала, приняв вид разнорабочих, – по приказу изобретательного Капитона.

Полчаса разговаривали Капитон и Николай, и никто не слышал, о чем они говорили. Один раз их разговор был прерван голосами осматривающих помещение ментов – посовещавшись возле якобы заколоченной двери, менты решили аварийное помещение не осматривать. А когда прошло полчаса, в комнату матери и ребенка ворвался крепыш, с самого начала сомневавшийся в искренности щукинских слов, и прошипел, обращаясь к Капитону:

– Беда, шеф!

– Чего такое? – встрепенулся Капитон.

– Мусора помещение шерстят! – объявил крепыш, с ненавистью посматривая на Николая. – Не иначе как этот крендель навел. Они скоро здесь будут – они каждую комнату проверяют. С понтом ищут бомбу. А сами каждую телку встреченную рассматривают. И помещение оцепили – никто не может ни выйти, ни войти… Это все он! – крепыш ткнул пальцем в Щукина.

– Глупостей не болтай, – строго оборвал его Капитон. – Во-первых, они уже проходили тут, а во-вторых… он на нашей стороне…

Крепыш раскрыл рот.

– А ты думал? Он – честный вор и против своих не пойдет. Не такой он, чтобы ссучиться… Понял? А сейчас слушай мою команду: передай всем пацанам, чтобы они этого человека не задерживали, а сами постепенно рассасывались по углам. «Стволы» пусть скинут. Не хватало, чтобы их тут попалили… Ясно?

Крепыш поморщился.

– Ясно, я спрашиваю?

– Ясно…

– Выполняй!

– Значит, так, – наморщив лоб, проговорил Капитон, когда дверь за крепышом закрылась, – до чего мы договорились?

– Первое, – начал Щукин, – ментам во что бы то ни стало надо убедиться, что я с Лилькой сел на паром. Для этого там будет находиться сотрудник – майор. Я знаю его в лицо, и мне не нужно будет его вычислять. Со мной на паром пойдут двое твоих людей. Я с Лилькой покажусь майору, когда паром только будет готовиться к отплытию, и дождусь, пока майор передаст по рации об успешном начале операции. Как только он это сделает, я дам знак твоим людям, и они без лишнего шума уберут его.

– Замочить мента? – задумчиво проговорил Капитон.

– Его надо только нейтрализовать на время, – терпеливо пояснил Николай, – вовсе не нужно мочить. Ну, это в крайнем случае. Надо, чтобы он не поднял шухер, увидев, что нас с Лилей нет на пароме, а паром отходит.

– Это понятно, – кивнул Капитон.

– Теперь следующее, – продолжал Щукин. – В помещении пристани будут находиться сотрудники органов, которые ведут меня с самой квартиры, где я находился последний день, – их я тоже засек и знаю их лица. Следовательно, я смогу остеречься их, когда буду валить с парома перед самым его отходом. После этого я сажусь в машину, которую ты мне выдаешь, и смываюсь куда-нибудь подальше отсюда.

– Ко мне на дачу, – предложил Капитон, – я водителю скажу, чтобы он тебя туда отвез. На моей даче безопасно – посидите там с Лилькой несколько часов, пока все не закончится…

– На дачу так на дачу, – легко согласился Щукин. – Значит, с этим тоже решили.

– Ага…

– Теперь дальше. Чтобы запутать ментов, надо дать им ложный след. Так ведь?

– Ага…

– Для этого мне нужна девушка, которой можно доверять, – сказал Щукин.

– У меня как раз такая есть, – просиял Капитон, – да ты ее знаешь – Анютка. Ты с ней ехал в тачке, она тебя подвозила.

– Да, она подойдет, – оценил Щукин. – Она такого же роста, такого же возраста, что и Лилька. Я дам ей рыжий Лилькин парик, она его наденет. Полного сходства нам не требуется, нужно лишь, чтобы примечательные черты похожи были. Рыжий парик – это самое то… Теперь следующее… Ты этой своей Анне доверяешь?

– Обижаешь! – развел руками Капитон. – Я ее, можно сказать, крестный отец – вспоил, вскормил и это… – Капитон хихикнул. – Женщиной сделал…

– Ну, это уже частности, – усмехнулся и Николай, – мне это знать не обязательно. Я должен знать только одно – способна она сыграть свою роль правильно?

– Способна, – убежденно проговорил Капитон, – она способна сделать все, о чем я ее попрошу. Это уж точно…

– Вот и славно, – подытожил Николай.

Он посмотрел на свои часы:

– Времени мало. Начнем, что ли?

– Ага, – сказал Капитон. – Начнем. Только вот…

– Что еще?

– Я тебе, Колян, конечно, доверяю, – издалека начал Капитон, – только ты и меня пойми – мне нужны какие-нибудь гарантии, что ты меня не это самое… не кинешь. Справедливо?

– Справедливо, – осторожно согласился Николай, – а какие гарантии тебя устроят?

Капитон выразительно кивнул на чемоданчик Николая.

– Бабки, – нежно сказал он, – пускай пока побудут у меня.

– Нет, – твердо проговорил Щукин, – никак нельзя.

– Почему это? – удивился Капитон.

– Потому что на пароме я должен быть с чемоданчиком, – объяснил Щукин. – Менты-то рассчитывают снять меня с парома в Швеции и бабки отжать мои. А если они увидят, что я на паром сел без чемоданчика… Они немедленно начнут шерстить пристань и выяснять, кому я мог передать бабки. Это ж для ментовки такие бабки огромные! Они ведь не из своего кармана их выдали – наверное, под какую-нибудь расписку получили…

– Это верно… – потирая подбородок, промычал Капитон. – Но ведь они в чемоданчик заглядывать не будут?

– Нет, – сказал Щукин, уже понимая, к чему клонит Капитон, и размышляя над ответом ему.

– Так вот, – продолжал Капитон, не сводя глаз с чемоданчика, – ты тару пустую возьмешь, а бабки мне отсыпешь. Так идет?

– Нет, – помотал головой Щукин.

– А как?

У Николая было меньше минуты на раздумья, но мозг его работал со скоростью хорошей вычислительной машины, делающей миллионы сложных операций в минуту. Щукин понимал, что доверять Капитону ни в коем случае не стоит. Сейчас Капитон пошел на сотрудничество со Щукиным, чтобы отвести от себя подозрения милиции, которой все-таки боялся, – он знал, что если он грубо вмешается в ход операции, то менты мобилизуют все силы, чтобы найти и деньги, и девчонку. А следуя хитроумному плану Щукина, по которому получалось, что менты будут одурачены, но не сразу поймут это, прямого подозрения со стороны органов он избегал, к тому же выигрывал время, за которое он может скрыться или так или иначе замести следы. Но, когда опасность минует, где гарантии, что Капитон будет продолжать придерживаться составленного Николаем плана?