Чтение онлайн

Избушка оказалась совсем не избушкой, а роскошным загородным домом. Макс отвёл меня на второй этаж. Показал, что здесь: где и как. Извинился, что нет сменного белья. Обещал, что к утру всё доставят. Потом принёс новую упаковку мужской рубашки и бутерброды. Сказал, ни о чём не беспокоиться и хорошо отдохнуть. Считать, что я в санатории.

Засыпая, я подумала, что жизнь странная штука. Последние годы крутилась как белка в колесе. Чтобы вот так лечь и заснуть, а потом, чтобы никуда не спешить, не могло быть и речи. Жизнь посмеялась надо мной и сама сделала выбор. Мол, не хочешь сама отдыхать. Тогда это будет в принудительном порядке.

Не успела увидеть свой первый сон, как кто-то снова затряс меня за плечо.

– Лера, тише, тише. Не дёргайся. Это я, Макс, - прошептал он мне почти на ухо.

– Что случилось? – я подскочила на кровати. – Нас нашли? Надо бежать?

– Ничего, Заяц. Лежи спокойно. Я пришёл твои стопы обработать. Закрой глаза, я ночник включу. Я же сказал, здесь мы в полной безопасности. Лера? Расслабься.

Легко сказать – расслабься. Такое забудешь. Так хочется ему верить, что мы в безопасности.

Он старается быть ласковым и обходительным. И это очень сильно заметно. От этого я чувствую себя ещё более неудобно, находясь с ним в такой близости. Что он этим хочет мне доказать или показать? Между нами ничего не может быть. Заяц… Запретить ему так меня называть?

В свете наружных фонарей увидела, как он подошёл к моим ногам.

– Максим, не надо. Они и так заживут.

– Слушай, давай не спорь. Раны надо обработать. Я включу ночник. Он еле светит. Настольная лампа очень яркая.

Он включил свет, а я зажмурилась. Когда глаза привыкли, то увидела, что у Макса наложена повязка на плече, а он в руках держит флакон с лекарством и ватные тампоны.

– Я думаю, что тебе забинтовывать ничего не надо. Я подниму одеяло?

– Давай сюда, я сама справлюсь.

Максим

Ну, конечно, сама. Поэтому я и не стал самовольничать, а то мог сам задрать одеяло и обработать её ступни.

– Крепко спала?

– Не очень, - посмотрела на часы на стене. – Минут двадцать. Максим, о мобиле надо забыть?

– На пару дней – да. Надо домашним позвонить?

– Хотелось бы. Но, если организуешь мне выход через мессенджер, то выкручусь как-нибудь. Напишу маме, что свой телефон разбила. Жду зарплаты и выхожу на связь с компа.

Жду зарплаты. Для её семьи это норма.

– Сделаем. Пароли помнишь, чтобы войти?

– Да, - она заулыбалась впервые за этот вечер. – У меня целая система, как их запомнить.

– Это как? – какая интересная девочка.

– Ну, все мои пароли завязаны на известные в истории даты, мои любимые эпохи и стихи известных поэтов.

– То есть ты вспоминаешь стихотворение. Например: «Люблю тебя, Петра творенье». А потом пароль 1703ГрадПетра.

Она ещё громче засмеялась. А ко мне в район груди прилетел тёплый шарик.

– Ты быстро схватываешь, - похвалила она меня.
– Ну, типа того. Только более изощрённо. Чтобы никто не догадался.

– Могу только себе это представить, - отвечаю ей и любуюсь в свете ночника её красивым и правильным лицом.

Она оголила ноги и протянула руку за ватным тампоном. Я смочил его антисептиком и подал ей.

– Извини, я только сейчас вспомнил, что ты убегала без обуви. Ложился спать и вспомнил, как ты прыгала с гаража. Завтра ребята подвезут для тебя обувь. А пока гостевые тапочки бери. Там, внизу, новые есть, в упаковках. Хочешь, принесу?

– Я сама схожу, - ну, сама так сама.

Главное, Заяц, не нервничай. Неси сама свои тапки.

– С душем разобралась?

– Да, спасибо. Под душем было классно постоять. Необходимо было мысли в кучу собрать.

– Давай, я выброшу, - забрал из её рук тампоны.

Вернулся из ванной комнаты и увидел, что Лера уже улеглась и накрылась по пояс. Рубашка, которую я ей принёс, как запасной вариант, на ней смотрелась феерично. Нет, сногсшибательно. Вот так бы я сказал. Только меня посадили на сухой паёк. И лучше ничего не трогать.

Руками, я имею в виду, ничего не трогать. Леркины прелести не трогать. Теперь придётся постараться, чтобы хоть как-то навести мосты между нами. Но я не отступлюсь, буду ждать её столько, сколько понадобится. Только вот что делать со штанами? Как сейчас в таком виде встать перед ней? Если увидит это, будет снова избегать меня. Так, по крайней мере, разговаривать со мной стала по-человечески.

– Лер, скажи, я тебе очень противен?

Она задумалась.

– Знаешь, нет.

– А раньше был противен?

– Нет, Максим. Не совсем такое чувство ты вызывал. Давай начистоту. Ты симпатичный парень. Ты не можешь вызывать отвращение. Но вот твои поступки и слова… Я их долго не забуду. Я ненавидела тебя. Это честно. Ещё сегодня утром ненавидела.

Стало быть, сейчас уже «навидит». Ну, хоть капельку, хочется верить.

– Думала, что это я продолжаю тебе неприятности устраивать?

– Да.

– Лера, прости. Я понимаю, это не так легко сделать. Но ты знай, я сожалею, что так поступал с тобой. И слова… Они - от бессилия. И это не оправдывает меня.

– Не волнуйся. Я не держу на тебя обиды.

– Спасибо. То есть мы сможем с тобой по-нормальному общаться?

– Да. Возможно и подружимся. После таких событий…

Ну какие друзья, Заяц? Мне нужна ты. Не знаю, что это такое. Наваждение, страсть, притяжение, но это безумно приятно чувствовать. И я не хочу, чтобы это пропало. Приятно даже вот так рядом сидеть и говорить. Так бы слушал и слушал. Бальзам на сердце.

Ладно, хорошего понемногу. Пора нам отдохнуть.

– Лера, я тут буду спать за стенкой. Обычно я внизу комнату занимаю. Но вдруг тебе что-нибудь понадобится. Или испугаешься чего. Не стесняйся. Буди даже ночью. Всё решим.

– Макс, это вовсе не обязательно. Я не маленький ребёнок.

Конечно, нет. Это очень самостоятельный Заяц. Куда уж мне со своими предложениями помощи.

– Обязательно, Лера. Это обязательно. Я буду спать за стенкой. Спокойной ночи, - выключаю ночник и выхожу.