Чтение онлайн

— Спасибо, Мэгги. С удовольствием выпью.

В спешке я ворвалась в свою комнату, сбросив рубашку Рая на кровать. К счастью, я нашла пару приличных шорт, а также решила надеть спортивный лифчик ради приличия и не казаться такой взбалмошной, потом натянула рубашку Рая обратно. Ради всего святого, нет ничего хуже, чем быть встреченной женщиной, у которой не поддерживается лифчиком грудь. Особенно, если это незнакомая женщина.

Вернувшись, я нашла Кару, попивавшую «Мимозу» и осматривавшую гостиную, украшенную фотографиями на стенах и столиках. Я смотрела на девушку, пока та не взглянула на меня.

— Как долго вы с Раем вместе?

С нервным смешком я положила руки в передние карманы шорт.

— Мы не совсем… вместе.

Пожав плечами, я добавила:

— То есть, ведь они с Джеком были так долго, а потом… — я прервалась, потому что не знала даже как начать объяснять эту неловкую ситуацию. Затем я заметила, что Кара смотрела на меня. Так смотрела, что я ощутила беспокойство.

Она насупила брови, словно была в замешательстве.

— Что ты имела в виду, когда сказала, что они с Джеком вместе?

— Ну, то есть совсем вместе, — слова медленно покинули мой рот.

После небольшой тишины, она опрокинула голову назад от смеха… Блин, это можно описать только, как «смех до боли в животе». Кара так сильно смеялась, что ей приходилось смахивать слезы.

А я стояла и наблюдала за происходящим, раздумывая, что курила эта дамочка.

— Извини, — с трудом сказала она в перерыве между вторым заходом смеха, но уже менее сильным. — Просто очень смешно было услышать это. Я хочу сказать, что никогда Рай и Джек не были больше, чем друзья, тем более нетрадиционной ориентации. — Еще один поток смеха вырвался из ее рта, а я стояла и думала, что с ней. Может, ей нельзя было пить «Мимозу». Все знали, что нельзя совмещать алкоголь и таблетки…

— То есть, я бы знала, верно же? — продолжила она, пока я смотрела на ее бокал, задавшись вопросом, не должна ли я быть отважной и просто вырвать из ее рук напиток. — Я встречалась с Раем около восьми месяцев. Я знаю, что это было два года назад, но всё же…

В этот момент все и случилось. Всё замерло.

— Извини, что?

Конечно, я просто неправильно ее расслышала. Никаким образом она не могла встречаться с Раем восемь месяцев, тем более два года назад. В этом не было смысла.

Рай гей.

Так ведь?

Показалось, что комната уменьшалась, воздух покидал ее пределы, как и мой разум. Воспоминания хлынули в мою голову: все встречи, что у нас были с Раем с момента знакомства, с тех пор, как он въехал сюда. Моменты, когда из-за него мои свидания подходили к концу, времена, когда казалось, что парни интересовались им больше, чем мной.

Что-то не складывалось.

— Рай не… гей? — очень осторожно спросила я Кару.

Должно быть, она что-то заметила в выражении моего лица, потому что моментально протрезвела, ее глаза расширились, а рот открылся, чтобы ответить мне.

Но прежде чем она смогла ответить, другой голос сделал это за нее.

— Нет, я не гей.

Я запыхался, пробежав мимо оставшихся зданий в надежде, что вернусь раньше, чем что-либо произойдет, прежде чем случится серьезный разговор.

Из-за двери я услышал заливистый смех Кары, и у меня возникло неприятное ощущение в животе. Должно быть, Мэгги и Кара не услышали, что я пришел, из-за громкого смеха Кары.

— Рай не… гей? — Я услышал, как Мэгги произнесла в замешательстве.

Прежде чем Кара могла ответить, я сказал:

— Нет, не гей.

Вздрогнув, Мэгги оглянулась, она смотрела на меня, в ее взгляде была комбинация боли и гнева, который преобладал.

А затем появилось еще одно чувство. Предательство.

— Ты лгал мне, — она не кричала, ее тихое заявление повисло в тишине комнаты, а Кара вдруг почувствовала дискомфорт, став неожиданным свидетелем данной ситуации.

Шагнув ближе, я начал:

— Мэггс, пожалуйста…

— Нет. — Она остановила меня рукой. — Не называй меня так. — Боль, исказившая черты ее лица, убивала меня.

— Ты лгал мне. Как ты мог? — ее голос начал повышаться.

— Мне жаль, Мэг…

— Тебе жаль? — спросила она недоверчиво, ее тон повысился. — Ты сожалеешь? — Она вскинула руки. — Ты извиняешься за разбитую тарелку или ты что-то пролил на диван? Ты не можешь просто извиниться за то, что лгал мне больше года!

Подойдя к большому окну гостиной, она громко испустила безрадостный смешок, после чего снова посмотрела на меня:

— Должно быть, ты думаешь, что я идиотка.

— Нет, я…

— Ты вообще был геем когда-то? — Ее слова обрушились на меня, сокрушив обвинением и болью.

— Нет, но…

— То есть у тебя с Джеком никогда ничего не было?

Черт. Мое горло сдавило, я с трудом заставил себя разомкнуть губы и произнес с сожалением:

— Нет.

На ее лице отразилась боль.

— Я пустила тебя в свою жизнь. В свою постель! И это все было ложью?!

Блин. Мое тело напряглось, гнев граничил с разочарованием и сожалением, но в моем голосе слышалась злость.

— Я много раз пытался тебе сказать, Мэггс! Но ты меня перебивала и не давала сказать!

Покачав головой, я резко выдохнул. В поражении.

— Я люблю тебя. Я просто не знал, как тебе сказать…

Она отшатнулась, как от удара, затем выражение ее лица стало безразличным.

— Тебе нужно уйти. Сейчас же. Я не хочу ни слышать, ни видеть тебя. — Ее губы были сжаты, а в глазах — невыплаканные слезы.

Затем она сказала сквозь зубы:

— Не хочу видеть тебя. Никогда больше.

Мэгги схватила пальто со стула, взяла сумочку и ключи и поспешила выйти за дверь, громко хлопнув.

Всё кончено.

Черт. Я потерял ее.

Раз уж на то пошло, я не знал, имел ли ее когда-нибудь.

Кара прочистила горло, напомнив о своем присутствии. Она сочувственно улыбнулась мне. Шагнув ко мне, она поставила на столешницу свой напиток, напоминавший «Мимозу».

— Похоже, что тебе понадобится помощь, чтобы собрать вещи?