Чтение онлайн

— Может быть, его задержали, и он не знает, что ты не живёшь в доме брата.

— Я так же думала, мы с Сюзанной не ладили, но я была уверена, что она скажет мистеру Грейнджеру, где я, если он прибудет. Я, разочарованная, покинула Фардовер, не услышав от него и вести, но меня это не беспокоило до этого месяца. К тому времени мне показалось, что не следует надеяться на невестку, поэтому я сама попыталась с ним связаться. Мистеру Грейнджеру я написать не могла, потому написала его сестре Глории.

— О, дай сопоставить её с именем… Такая тихая девушка с рыжеватыми волосами, всегда с книгами?

— Нет. Такая же шатенка, как и брат, и к книгам она не имела никакого отношения.

— О! И вправду. Это ведь не та Золотистая Глория, что подсунула паука в подушку мисс Жури?

— Та самая. Более непохожих брата и сестру не сыскать.

— Я надеюсь.

Кора, подняв глаза, вздохнула.

— Я отправила ей болтливое письмо и расспрашивала о семье — и случайно, разумеется, упомянула брата. И несколько недель назад получила ответ.

— И?

— Мистер Грейнджер повенчан с Татум Браунлоу, ближайшей и самой прекрасной подругой Глории во всём мире, — в голосе Коры чувствовался яд. — Это было решено к Рождеству, — добавила она.

— О, Кора, мне так жаль!

— Мне было бы легче, если бы я раньше могла поделиться этим с тобой. Но я так была одержима идеей стать миссис Грейнджер, а теперь придётся отбросить прочь все эти глупые мечты и ожидания! Глупые, глупые мечты…

В повозке вновь затаилось молчание, но на сей раз уже компанейское. Кора вздохнула с облегчением, словно рассказ о причине своей меланхолии облегчил её душу, а Лидия теперь поняла, что источник всех бед её подруги ничего общего с Роузберри не имел.

Тишина таилась между ними ещё около мили, прежде чем Лидия вновь заговорила:

— Кора, я помню, Глория Грейнджер была достаточно лживой особой. Может, она обманула, говоря, что он обручён…

— И зачем? Каков смысл лгать?

Может и есть смысл, если Глория угадала цель письма Коры и ассоциировала брата с этой дамой. Но это может быть не слишком честным мнением…

— А были ли причины плескать чернилами на любимое платье Венетии Винворт? Обвинять садовника в блуде?

— Тогда мы были школьницами, Лидия. Уверена, мисс Грейнджер теперь не столь неосторожная девица, как прежде.

— Приятно думать, что взрослость коснулась нас всех в одной мере, Кора. Да, некоторые из нас стали старше, но не все. Некоторым, может быть, надо времени больше. И прошёл лишь год, а не десятилетие!

— Хорошо, предположим, Глория лжёт, но почему он не искал меня?

— Вряд ли он мог что-то сделать, если понятия не имеет, где ты находишься.

— Но Сюзанна…

— Сюзанна никогда не казалась доброй.

— Тогда мой брат…

— Бывающий дома лишь несколько часов в день.

 — Да, он избегает Сюзанну.

— Именно.

— Значит, существует вероятность, что мистер Грейнджер не обручён и пытается меня найти!

Лидия, не слишком склонная к романтике, посчитала это заявление излишне эмоциональным, но воздержалась от возражений, ведь, в конце концов, ему следовало бы только спросить дворецкого или… бакалейщика. Кто угодно из деревни у Фардовера мог сказать бы, но Лидия не позволила здравому смыслу стереть улыбку с лица Коры.

— Думаю, нам стоит действовать и прямо, и другими путями, — Лидия вскинула руку, пытаясь сохранить равновесие на крутом повороте.

— Не уверена, что понимаю…

— Напишем мисс Мелвин, спросим, вены ли слухи. Её школа достаточно близко к Фуллертонскому приходу, и все сплетни о Грейнджере точно проходят через неё. А ты знаешь, как она любит ими делиться.

— О, Лидия, это замечательная идея!

Лидия кивнула, едва осознав, что сказала. Её ум был занят другими мыслями. Он ускакал далеко от фиктивной помолвки и коснулся следующего барьера. Как можно было связаться с мистером Грейнджером, не нарушая приличий, а после как Коре вернуться в общество, если помолвка состоялась?

Когда они приблизилась к окраинам Бата, Лидия вспомнила о мистере Ньютоне. Не могла ли она уговорить его облегчить встречу? Это потребует несколько уловок, но Лидия была уверена — он обрадуется возможности помочь. Разумно… А мистер Ньютон весьма разумен, и глаза его горят интересом, а улыбка столь обаятельна, и характер… Да, он обязательно поможет.

И, улыбнувшись, Лидия повернулась к окну

Зевнув, Роберт взглянул на каминные часы на противоположной стене. Мисс Лидия Уитфилд должна была быть примерно в десяти минутах. И он, полусонный, сидел за столом у закрытой двери мистера Линча.

Ещё один зевок заставил Роберта встать, походить и подышать свежим воздухом, чтобы думать ясно. Из всех ночей, что Кэссиди мог явиться к нему в дом, прошлая казалась самой отвратительной. Хотя не было никаких сомнений в том, в каком кошмарном состоянии оказался Кэссиди, но это было не ново — он всегда встревал в какие-то передряги и всегда ждал, что Роберт поможет. Однако, это требовало значительного вмешательства, даже если придётся на следующей неделе привязать Кэссиди к стулу.

Дуэль.

Роберт вздохнул и покачал головой. И это Винсент Кэссиди, что несколько месяцев назад соглашался, как это глупо и манипулятивно?

Для Роберта все дуэли были отвратительными. Он никогда не относился терпимо к этому незаконному, но популярному способу защитить свою честь, но смерть брата стёрла любое признание места этого в жизни их мира — он почитал это слишком опасным.

И если он желал приблизиться к дню глупости подготовленным, то следовало собрать побольше информации, а только потом отправляться к оскорблённому мужчине… мужчине, что должен был знать, что Кэссиди достаточно много выпил. Как мог господин быть оскорблён словами молодого человека, ещё и нетрезвого? Роберту было необходимо понять его мотивы, и это всё могло привести к трагедии. Разумеется, сначала предстоял долгий разговор с трезвым Винсентом Кэссиди.

Встав, Роберт потянулся и взглянул на часы — пять минут до прибытия Лидии. Этого времени хватило бы, чтобы очистить голову. Взглянув на дверь мистера Линча, Роберт направился вниз по лестнице. Он будет ждать её там, у дороги, проводит после наверх.

Свежий ветерок немного оживил его, и он теперь довольно бойко ходил вперёд и назад. Наконец-то Роберт замер, стоя прямо и гордо. Оглянувшись, он увидел, что на улице-то были лишь молочная повозка да две телеги. Мать и ребёнок шли по пути, о фонари то и дело ударялись какие-то двое мужчин. Было самым непотребным образом тихо. Может быть, эта тишина была совершенно несвойственной для Лидии — но Роберт всё склонялся к мысли, что именно Лидия должна была бы развеять эту тишину.