Обман и дуэли
Шрифт:
Сбегала ли она от него? Лидия улыбнулась. Её положение в обществе привлекало только в сочетании с большим кошельком. Вернувшись к бою, Лидия краешком глаза следила за Мавис Кодл, пока женщина медленно и осторожно отступала за зрителей.
— Ах, да, ну, хм… да, — Алдершот почесал ухо, игнорируя всё прочее. — М, да. Так вы изучали свою голову? Врачи, боюсь, сыщут её совершенно пустой.
Зрители не казались впечатлёнными. Кто-то закричал, что он может лучше, остальные просто качали головами и цокали языками. Все взгляды вернулись к Роберту.
— Ваши оскорбления едва-едва слышны, Алдершот. И как вы так разнообразно демонстрируете собственную тупость?
Лидия улыбнулась, но, отвлёкшись, потеряла Мавис Кодл из виду. Нахмурившись, она наклонилась ближе к Коре.
— Ты видела, куда пошла Мавис?
Кора покачала головой, наблюдая за дуэлянтами.
Скользнув за спины людей, Лидия вытащила шею и посмотрела вниз. Да, луг было видно, солнце медленно поднималось выше… И всё же, нельзя было отловить ни единой убегающей фигуры.
— У тебя есть своя категория в энтомологии — жук-мозг?
В этот раз толпа рассмеялась над словами Алдершота.
Осматривая кареты, Лидия была поражена, что кто-то резко дёрнул её сумку. Она сжала ридикюль чуть крепче, обматывая ручку вокруг запястья.
— Не имеет смысла издеваться над тобою, ведь остаток дня уйдёт на то, чтобы ты понял мои слова, — оскорбление Роберта разлилось над толпой.
Внезапное удушье Лидии потерялось в смехе и последовавшим репликам. Она попыталась выдернуть свою руку, но твёрдые пальцы тянули её сумочку. Она вновь оказалась нос к носу с Мавис Кодл.
— Мисс Кодл! И что же это вы делаете? Мне кажется, даже вы не могли пасть столь низко.
— Это мои деньги! И ты принесла их для того, чтобы отдать нам, и я хочу забрать!
— Эти деньги должны были освободить мистера Ньютона от серьёзной угрозы. Угроза исчезла, так что эти средства вам не получить!
— Отдавай, или заставлю!
— Мисс Кодл, вы всё больше утопаете в незаконности! Разве вы не понимаете, что можете быть арестованы за попытки вымогательства?
— Манфред — барон. Ты ни в чём его не обвинишь.
— Лорд Алдершот барон, но не принц. Есть множество его сверстников, что могли бы привлечь его к правосудию. А у меня есть ресурсы. И вы, мисс Кодл, таким образом рассматриваться не будут! Вы никогда не будете обладать свободой действий вопреки всем вашим интимным отношениям с мистером Алдершотом!
— Если бы я не была его женой! — Мавис Кодл улыбнулась так, что Лидии захотелось отойти от неё… подальше. — Мы поженились два месяца назад!
— Если бы это было правдой, то зачем скрывать её? Праздновали бы в окрестностях свой счастливый союз! Нет…
— Ты, ты причина, по которой мы ждали! Ты — причина наших бед!
— Не вижу, как…
— Все считают, что ты выйдешь за Манфреда! Как только его кредиторы узнают правду, они набросятся на нас, как саранча. Нам придётся окапываться! Ты должна нам эти деньги!
Лидия брызнула смехом.
— В самом деле? Это ваше оправдание — что твой муж, — она забыла о попытках говорить с пренебрежительным "вы", — в долгах? В этом я виновата? Это самое нелогичное оправдание, что я когда-либо слышала! — она попыталась выдернуть ридикюль, но остановилась, завидев блеск стали. — Что? Мавис… Хм, леди Алдершот, что ты творишь?!
В мгновение ока нож скользнул по завязкам сумки Лидии. Мавис толкнула Лидию с такой силой, что та упала назад, ударившись о холодную землю. Мавис подобрала юбки и помчалась к ожидающей её кареты, минуя грязь так легко, словно убегала всю свою жизнь.
— Лидия! — закричала кора, заставив умолкнуть толпу за их спиной.
Внезапно поднявшись на ноги, Лидия вдруг узрела Хью совсем рядом. Джереми стоял, крепко сжимая в руках кучера Барли.
— Прошу прощения, мисс, мы отвлеклись. Заинтересовались беседой с этим парнем, — Хью казался удручённым. — Не ожидал от себя такого, не думал, что доставлю вам неприятности. Нам идти за нею? — он кивнул в сторону бегущей фигуры.
Прежде чем она успела ответить, Роберт протолкался через толпу.
— Лидия, ты в порядке? — он оттолкнул лакея и обнял её за талию, словно она собиралась упасть… она не собиралась, но, тем не менее, чуть-чуть подалась к нему. — Что случилось?
— Что случилось? — Алдершот присоединился к ним, глядя на Лидию, а после перевёл взгляд на дальний конец поля.
— Ваша жена украла мой ридикюль, мистер Алдершот, — игнорируя его удивлённый взгляд, Лидия продолжила. — Не знаю, какой вздор она вам наговорила, но ни барон, ни его дама не безнаказанны!
— Это правда, мистер Алдершот, — из тени вышел мистер Уорнер. — Похищение, нападение, шантаж, теперь ещё и воровство — это серьёзные преступления. Возможно, нам придётся пояснить леди Алдершот реалии жизни.
Они все наблюдали за фигурой, что теперь добралась до кареты у подножия холма. Кучер отбросил одеяло, спрыгнул с козел и продемонстрировал униформу констебля.
Перекачиваясь с пятки на носок, мистер Уорнер продолжал разговаривать с лордом Алдершотом, на него и не глядя.
— Я полагал, что вы попытаетесь ускользнуть, милорд, только-только увидев людей. Но вижу, что недооценил вашу даму, но, к счастью, мой констебль вполне здраво оценил ситуацию.
Они в тишине наблюдали за развернувшей в нижней чисти холма сценой, растворившейся в драме крика и очень удивительных слов.
— Хм, вероятно, мне следует оказать помощь бедному констеблю Джонсону, — мистер Уорнер отвесил Лидии короткий поклон. — Я немедленно отправлюсь туда, — он повернулся к Хью и Джереми. — А этого слугу ведите за мною, молодцы. Он будет в тюрьме со своим неумелым кузеном Морли Гудом и его другом-вором, Лесом Нивеном. Что же, мистер Алдершот, позвольте мне сопроводить вас, — и хотя его слова звучали легкомысленно, тон был обманчив. Мистер Алдершот молча направился к подножию холма.
Лидия повернулась к Роберту, разочарованная тем, что из-за неё он вынужден был прекратить схватку — но как же это было лестно!
— Бедный Барли, в какой же беспорядок он превратил свою жизнь.
— В самом деле. Но, считаю, ему следовало помочь. Его супруга?
— Ты заметил, не так ли?
— Трудно было не заметить, — Роберт осторожно коснулся её щеки, а после посмотрел на мужчин у подножия холма.
Беспокойство, страх и напряжение, что Барли и Мавис внесли в её жизнь, пропали. И не было ни чувства восторга, ни даже простого удовлетворения, лишь печаль о заблудших душах.