Чтение онлайн

— Нет, разумеется, нет, ведь это неприлично… Всем известно, что мы поженимся…

— В таком случае, ты полагаешь, что я буду флиртовать с другими мужчинами?

— Нет, разумеется, нет…

— Барли, ты меня запутал.

— Это потому, что ты меня не слушаешь! Я говорю, что тебе надо повеселиться! Немного пожить, смириться со внутренней ролью… — а после, тихо, словно желая, чтобы Лидия не услышала этого, он добавил: — Не успел взойти овёс…

— О, я прекрасно понимаю! Ты жаждешь для себя возможности немного пожить и смириться с собственной ролью!

— Так я не говорил!

— Да, но это имел в виду.

Тяжёлое молчание затянулось на несколько шагов. Сломило его только тихое покашливание Барли.

— Мне кажется, нам надо повременить, по крайней мере, до двадцати.

— Я не уверена, Барли, что у нас будет подобная роскошь. Хотя, возможно, мы поженимся немного позже, одной помолвки будет достаточно для того, чтобы поднять вопрос полномочия управленческой деятельности господина Друри. Это будет право выразить общественное мнение.

— Твоё мнение.

— Да, если только ты не разобрался в посевах за те несколько месяцев, пока мы не виделись.

— Я даже не знаю, что это значит… — он тяжело вздохнул. — Мне следует подумать об этом.

Лидия остановилась, как вкопанная.

— Разве ты не желаешь на мне жениться?

— В самом деле, Лидия, нежелание быть ведомым не есть нежеланием не быть женатым! Я хочу контролировать свою собственную жизнь, дорогая, даже если придётся потуже затянуть пояса… И даже если лента моего кошелька привязана к твоей талии… прости, не следовало упоминать эту часть твоего тела… О… Я должен был сказать к лифу… к запястью? Или о чём-то в этом роде…

Лидия проигнорировала его покрасневшее лицо, забавляясь чувством слабости.

— Так почему на всякий случай не составлены бумаги?

— На какой всякий случай.

— Ты сам должен понимать, что оглашение может сослужить нам службу.

— Может быть. Да, может, этим следовало бы заняться. Разгладить морщины, как сказала бы миссис Кэндор…

Лидия не слышала, чтобы экономка Барли использовала подобное выражение, но она провела с нею достаточно мало времени. Всё изменится, когда Лидия переедет в Уайлдер-Мэнор. Холодные сквозняки, массивная громадина безо всякого мрамора… и пыльные книги с унылыми мыслями.

— Да-да, разгладить, — Лидии хотелось бы устроить свою мать и сестру в Роузберри. Они должны быть в безопасности и знать, что могут оставаться в Роузберри так долго, как пожелают, даже если отец об этом не задумался.

— В самом деле, тебе совсем скоро будет уже двадцать… Как быстро… — он поднял голову, глядя на ясное небо, а после кивнул какой-то своей внутренней мысли. — Двух лет будет достаточно.

— Достаточно?

Вновь посмотрев на Лидию, он улыбнулся. В улыбке было много очарования и юмора — именно потому Лидия была уверена в том, что их супружеский союз будет комфортным.

— Да, люди будут в этом уверены.

Вернув улыбку похожей из собственных запасов, Лидия пожала плечами.

— Хорошо, — согласилась она. — Ведь двухлетняя помолвка, на самом деле, это не так уж и долго.

— Помолвка?

— А разве не об этом шла речь?

— Да-да, конечно…

— А потом, когда мы возьмёмся оформлять помолвку, можешь предложить мне руку. Может, на балу? — она отвернулась от него и попыталась казаться задумчивой.

Барли вновь нахмурился.

— Пожалуйста, Лидия, ты опять пытаешься всё контролировать! Тебе придётся подождать, пока я не сочту время соответствующим…

— Значит, мы не огласим на балу?

— Посмотрим.

— Но мне вправду нужна твоя помощь в борьбе с дядюшкой Артуром, Барли!

— Мне кажется, тебе следует сосредоточить свои усилия на сотрудничестве с адвокатом, этим вашем мистером Линчем. Ведь у него и вправду есть влияние и контроль над деньгами, а это ключевой фактор! И этот парень, которого он послал… Ньюберри?

— Ньютон.

— Да-да, он. Он… кажется достаточно разумным. Поработай над ним, Лидия — вот где твой ответ.

Лидия ярко улыбнулась.

— Так вот как! — она просияла. — В таком случае, Барли, почему бы не воспользоваться присутствием господина Ньютона? Верно, мы немедленно возьмёмся готовить брачный контракт. Хм… Почему бы тебе не прийти завтра к двум часам? Я откажусь от своего привычного времяпровождения — это важнее, даже если покажется достаточно импульсивным, — она проигнорировала насмешливое фырканье Барли. — Да, это сработает… Ты свободен завтра в два часа.

— О, взять быка за рога… Завтра.

Лидия посмотрела на лорда Алдершота. Он зашагал к западным воротам конюшни. Она не была уверена в том, что её порадовалась подобной аналогии. Бык? Она бык или берёт его за рога? Всё это не звучало лестно.

Взглянув на стены оранжереи, она отметила с радостью, что странная тень пропала, значит, можно было вновь списать её всего лишь на её внутреннюю рассеянность и сосредоточенность.

Живописная картина гостиной, с момента ухода Лидии, мало изменилась за те четверть часа, что её не было. Тем не менее, теперь на диване сидел Роберт Ньютон, а Элейн устроилась рядом с ним, держа в руках рукоделие Айви.

— Просто немножко, вот тут, если не возражаете, мистер Ньютон… Это очень важно — добиться удачной длины!

Джентльмен услужливо достал свой ножик из кармана, проигнорировав то, что рядом с Элейн на столе давно уже лежала пара ножниц.

Захихикав, кузена придвинулась ближе, отчаянно проявляя собственное кокетство. Лидия почитала это наиболее раздражающим. Элейн уже представляла себя рядом с каждым привлекательным холостяком лет с пятнадцати, но этот холостяк как раз принадлежал Лидии! Да, он был её, именно её… Мистер Ньютон ведь прибыл сюда по делу. А подобное вульгарное отношение к нему казалось совершенно неуместным.

Первой заговорила матушка Лидии.

— О, Лидия, это ты, дорогая! Мистер Ньютон искал с тобой встречи, должна сказать, ты сегодня весьма популярна! Я сказала ему, что надо немного подождать и где ты есть, но вот миг — и ты уже здесь!

Мама часто была склонна к тому, чтобы нести какую-нибудь полную чушь или продолжать болтать даже в том случае, если для окружающих её речь не имела совершенно никакого смысла. Нервничала ли она? Или так просто ощущала азарт? И почему её глаза так странно бегали от Элейн к мистеру Ньютону, а после обратно? Разумеется, она не могла намекать на притяжение между ними, разве же нет? Или всё-таки могла?