Чтение онлайн

Их было не так много, как она опасалась, но все же достаточное количество. Ева снова села и, положив ноги на стол, всмотрелась в лица подозреваемых. Жизни, в которых ей предстоит покопаться, вопросы, которые предстоит задать. Ниточки, за которые придется дергать.

Кое-какие из них наверняка будут тянуться к тому, что откопает Рорк. И тогда подозреваемые займут в ее списке первые строчки. Согласитесь, два мотива лучше, чем один.

Хотя бы потому, что это даст расследованию – пусть не всему, а одной из версий – толчок в том или ином направлении. И если это направление окажется верным, то за одним из этих лиц они обнаружат холодную, жестокую, маниакальную личность.

Большинству людей, даже самым умным, наделенным редким самообладанием, никогда не удавалось полностью скрыть свою натуру. Время от времени всплывали мелочи, давали знать о себе привычки, случались проколы. И в какой-то момент миру представало истинное лицо.

Как правило, такие люди стремились к одиночеству, жили тихо, избегали знакомств. Обычно коллеги и соседи утверждали, будто давно распознали убийцу, лишь после того, как им было сказано, что это – убийца.

Но только не этот. Не похоже, чтобы он жил, отгородившись от мира.

Он либо часто бывал в этом баре, либо работал в нем. Он умел заводить знакомства, умел общаться с окружающими, умел вписаться в обстановку. Он был слишком высокого мнения о себе, чтобы вести тихую, неприметную жизнь.

Как, например, ее отец. Хотя он и переезжал с места на место, однако нигде подолгу не задерживался. Заперев ее, он уходил в поисках приключений. Играл в свои игры, проворачивал аферы.

То же самое Стелла. Она вечно менялась, приспосабливаясь к новой роли. Но звоночки уже были, причем не только те, которые замечал ребенок задолго до того, как начался настоящий кошмар. Пристрастие к стимуляторам, к сексу, привычка уничтожать других людей на пути к достижению собственных целей.

Ева стряхнула воспоминания и заставила себя выпрямиться. Почему она вдруг об этом вспомнила. Какое отношение это имеет к данному случаю? Никакого, даже самого отдаленного. Увы, мысли упорно отказывались подчиняться ей, возвращаясь к этим двоим, в Даллас, в ту полную ужаса жизнь.

Немедленно прекрати! – одернула она себя. Кому говорят!

Отдавая себе отчет в том, что понапрасну тратит время, Ева снова пробежалась по версиям и выбрала наугад три, чтобы проработать их со всей основательностью. Вскрыть слой за слоем, попытаться обнаружить былые обиды или старых знакомых.

Чтобы сосредоточиться, она разделила экран на две половинки: одна с изображением последствий кровавого побоища, вторая – с фотографиями бара до того, как в нем пролилась кровь.

После чего попыталась представить убийцу. Он заказал напитки или же подавал их? Он вошел в бар хмурым или с улыбкой на лице? Один или в компании друзей? Или заступил на работу?

Сидел у стойки или работал, стоя за ней?

Вентиляционная система была включена и работала, разгоняя воздух по всему помещению. Она же разнесла по нему и отраву.

Он был у барной стойки или где-то рядом, потому что возле нее самое внушительное скопление народа. Место небольшое. Здесь постоянное движение, разговоры – кому-то хочется перекусить, кто-то заказывает напитки.

Если сесть у бара, то окажешься спиной к залу, подумала Ева. Но если слегка развернуть табурет или же смотреть в зеркало, что висит за стойкой, то можно держать заведение в поле зрения.

Ева снова закинула ноги на стол, пытаясь представить это место и себя посреди шума, суеты, запахов.

Напряженный день постепенно брал свое, и она погрузилась в дремоту. Перед мысленным взором тотчас всплыла картинка.

Отскакивающие от стен голоса, позвякивание ножей и вилок – это посетители расправлялись с начос, картофелем, рисовыми шариками, топили в коктейлях и пиве усталость рабочего дня.

Она тотчас узнала их – Чи-Чи Уэй и Мейси Снайдер, бойфренда, его приятеля. Вот они сидят за столиком и смеются.

Вот Джо Кэттери у стойки. Рядом – Нэнси Уивер, Льюис Коллуэй, Стивенсон Ванн. Бухгалтер сидит чуть поодаль, склонившись над своими бумагами, ожидая, когда ему принесут соевое латте, которое он так и не выпьет.

Вот бармен, спорит на спортивные темы с клиентом, которого он через пару минут убьет.

Первым к ней повернулся Джо Кэттери:

– Через несколько минут я буду мертв. Раз ты здесь, почему бы тебе не вмешаться? Честное слово, я хотел бы снова увидеть жену и детей.

– Прости, но все уже произошло. Я здесь лишь для того, чтобы во всем разобраться.

– Я всего лишь зашел, чтобы пропустить пару бокалов. Я никому ничего плохого не сделал.

– Пока нет, но скоро сделаешь.

Затем она увидела, как Мейси и Чи-Чи встали и направились к лестнице, что вела вниз, к туалетам.

– Мы собирались где-нибудь пообедать, – сказала ей Мейси. – У меня классный бойфренд и неплохая работа. Я счастлива. И все равно я никто. Я ничего собой не представляю. Никому до меня нет дела.

– Неправда. Мне есть до тебя дело.

– Но для этого я должна умереть.

– Они ведь все умрут, не так ли? – с бокалом в руке к ней развернулась Стелла. Из раны на ее горле вытекала кровь. – Тебе на всех наплевать. Тебе до кого-то есть дело лишь тогда, когда он в луже крови валяется на земле.

– У меня есть любимый мужчина. У меня есть помощница и друзья. У меня есть кот.

– У тебя нет ничего, потому что внутри тебя пустота. У тебя там трещина, поэтому долго ничего не задерживается. – С этими словами Стелла приподняла бокал и, мотнув головой, откинула от лица слипшиеся от крови волосы. – Ты – убийца. Вот ты кто.

– Неправда, я – коп.

– Твой жетон – не более чем оправдание. Он открывает тебе двери. Ты ведь убила его, признайся, ведь так? Эй, Ричи!

Ее отец тоже повернулся, сидя на табурете. Из многочисленных ран на теле струилась кровь. Ран, которые нанесла ему она – истерзанный, надломленный ребенок восьми лет.

– Привет, малышка! Давай-ка выпьем за воссоединение семьи!

Когда-то он был хорош собой, вспомнилось ей, настоящий красавец, истинный мачо. Увы, выпивка и грязные делишки наложили свой уродливый отпечаток и на его лицо, и на характер. Да, когда-то это была красивая пара, подумала Ева. Но то, что жило в них, разложило их изнутри, разъело тело и душу.

Нет, она не их ребенок. Не была и никогда не будет.

– Вы мне не семья.

– Что, снова проведешь тесты ДНК? – подмигнув, спросил отец, потягивая пенное пиво. – Ты моя плоть и кровь. Я сижу в твоих косточках, в твоих кишках, точно так же, как и Стелла. А ты убила меня.