Чтение онлайн

…Со стороны космопорта донесся вой сирены, который вскоре захлебнулся в тяжелых громовых раскатах. Омал вскочил, опрокинув бокал с вином на белоснежный халат, кинулся к перилам балкона, до рези в глазах вглядываясь в темноту за каналом. Там стремительно разрасталось багровое облако. Из него выплыло рыбообразное тело межпланетной ракеты. На мгновение она замерла в воздухе, будто гимнастка, балансируя на огненном столбе, и вдруг римской свечой взвилась в ночное марсианское небо. Омал провожал ее взглядом до тех пор, пока трепещущий огонек не затерялся среди звезд. Он никогда не видел стартующей ракеты своими глазами, только по видеопласту. И всегда завидовал людям, у которых были деньги на путешествия в Космос или кто сумел приобрести соответствующую профессию.

В дверь номера постучали. Омал с сожалением вернулся к действительности.

«Кого это принесла нелегкая?» – подумал он, во всю ширь распахивая дверь.

Человек, что стоял за дверью, не был похож ни на официанта, ни на коридорного. Не толстый и не худой, не высокий, но и не низкий, а скорее плотный, среднего роста. Упитанное, благообразное лицо незваного гостя портили лишь блеклые, будто выцветшие глаза, зато красивого кроя костюм из черного в узкую серебристую полоску синтешелка с лихвой компенсировал этот недостаток. Иначе говоря, весь облик незнакомца говорил о житейской основательности и деловой респектабельности.

– Чем могу? – осведомился Омал не слишком приветливым тоном. В присутствии импозантного незнакомца он чувствовал себя непозволительно вульгарным в халате на голое тело, к тому же облитом вином.

– Добрый вечер! – произнес незнакомец бархатным баритоном. – Если я не ошибся номером, вы мистер Джо Бастер?

– Не ошиблись, – ответил Омал, помедлив.

– Замечательно, – обрадовался гость. – Мое имя Жозеф Бофор, я ходатай по чужим делам.

– Слушаю вас.

– Поскольку миссия моя деликатного свойства, – понизив голос, сообщил ходатай, – мне не хотелось бы обсуждать ее в коридоре… Э-э, вы позволите?

Бофор слегка качнулся вперед, будто собирался упасть. Омалу поневоле пришлось его впустить. Гость быстро оглядел номер: кровать, гардероб, сервис-столик, пара плавающих кресел, на полке электрического камина небольшой видеопласт, на голографическом экране которого беззвучно вещал что-то император Вильгельм Восьмой. Показывали очередное шоу из Селениума – главной императорской резиденции на Луне. Видимо, номер показался Бофору довольно скромным – он сокрушенно покачал головой с идеальным пробором в прилизанных волосах и без приглашения опустился в кресло у столика, на котором все еще громоздилась оставшаяся после ужина грязная посуда.

Омал уселся напротив, вопросительно уставился на гостя.

– Примите мои извинения за ночное вторжение, мистер Бастер, – проговорил тот, – но, узнав, что в «Империале» остановился знаменитый бретёр, я не мог не воспользоваться столь редкой удачей.

«Этого мне еще не хватало, – подумал Омал. – Неужто работодатель?..»

– По роду занятий, – вкрадчивым голосом продолжал Бофор, – я оказываю специальные услуги. Клиенты мои, как правило, люди весьма состоятельные и, попадая в различные щекотливые ситуации, стараются избегать излишней огласки. Тогда и появляюсь я. Поверьте, у меня богатый опыт в таких делах.

– Охотно верю, – откликнулся Омал, – но не очень понимаю, при чем здесь я?

Ходатай по чужим делам тонко улыбнулся, дескать, оценил шутку и сказал:

– Мой нынешний клиент, имени которого я не стану называть, остро нуждается в ваших услугах, мистер Бастер. А вы, насколько я понимаю, остро нуждаетесь в деньгах.

Омал вспомнил о пачке солларов, которая изрядно похудела, – в «Империале» принято было брать плату вперед. В конце концов, даже эти деньги были выданы ему профессором, но кто сказал, что ученый нептунианин будет и впредь финансировать незадачливого психотуриста? Пора бы уже обзавестись собственными средствами.

– Я слушаю вас, мистер Бофор, – произнес Омал, – продолжайте!

– Работа для вас пустяковая, – сказал тот. – Вы должны будете вызвать на поединок человека, имя которого и место встречи вскоре узнаете. Вам, безусловно, известно, что законы Империи допускают личные поединки, следовательно, при вашей прославленной меткости вам ровным счетом ничего не грозит…

– Я должен… убить этого человека? – спросил Омал внезапно севшим голосом.

– Ни в коем случае! – воскликнул Бофор. – Достаточно серьезно ранить.

Омал перевел дух. Одно дело – стрелять по вооруженным до зубов бандитам, к тому же не людям, совсем другое – в человека. Бретёр Бастер наверняка не видел особой разницы, но мелкий клерк Омал – видел, и ему совсем не хотелось отягощать свою совесть убийством. Ранение – другое дело. Хотя тоже ничего хорошего, но если за хорошую плату…

– Согласен, – буркнул Омал.

– Прелестно! – откликнулся ходатай и полез во внутренний карман пиджака. – Вот здесь его голограмма и визитка, – сообщил он, извлекая плотно набитый конверт. – И аванс в две тысячи честных имперских солларов. – Бофор протянул конверт Омалу. – Хватит на приличный костюм и годовой комплект литиевых батарей для атомика. А также на билет в каюту первого класса на борту любого космолайнера. – Он помолчал и добавил: – По завершении операции получите еще столько же, но учтите – этот человек должен быть выведен из строя не позднее завтрашнего вечера! Кстати, по утрам он имеет обыкновение пить кофе в кабачке «Илла», что неподалеку от транспортного агентства компании «Хайнлайнер».

Мистер Бофор легко поднялся.

– А как вы узнаете, что я выполнил… м-м… миссию? – поинтересовался Омал.

– О, об этом не беспокойтесь! – улыбнулся ходатай. – Встретимся завтра вечером, в этом же номере. Спокойной ночи, мистер бретёр!

Он быстрыми шагами пересек номер. Хлопнула дверь, и Омал остался один.

Он взял конверт, распечатал. Вытряхнул пачку солларов в банковской упаковке, визитную карточку и голограмму. Лицо человека на ней показалось Омалу смутно знакомым. Хорошее лицо. Прямоугольный подбородок с ямочкой, узкие скулы, красиво очерченные губы, нос с горбинкой, темные печальные глаза, длинные ресницы, тонкие брови, чистый высокий лоб. Аристократ, наверное. И какой сволочи он мог помешать?.. Как прикажете стрелять в такого человека? Впрочем, еще неизвестно, кто кого подстрелит. Все-таки это дуэль, а не заказное убийство. Рефлексы рефлексами, а уверенность в себе – это уверенность в себе. Ясно как день, что аристократ будет защищать свою жизнь и скорее всего не станет щадить шкуру профессионального дуэлянта…

Омал почувствовал, что дело плохо. Пальцы задрожали, он едва не выронил голограмму. Припомнились слова Артура: «Неужели тебе не надоело, что всякие жирные свиньи решают с твоей помощью свои грязные проблемы…» Впрочем, эти слова были обращены к настоящему Джо Бастеру, а не к самозванцу…

…Влип так влип. А может, взять денежки да удрать? Бофор говорил, хватит на билет в каюту первого класса, следовательно, можно сэкономить. Взять билет в третий класс и свалить куда-нибудь подальше от Марса. На Венеру! Нет, в самом деле – взять и сбежать. Как-нибудь устроится. Он все-таки специалист по консалтингу, неужто не найдет работу? Торчать в офисе день-деньской ему не привыкать…

…Чем больше Омал убеждал себя, чем ярче и соблазнительней становилась картинка бегства и последующей счастливой жизни, тем явственнее он сознавал, что ничего из этого не выйдет. Удрав сейчас, он навсегда отрежет себе дорогу назад, в собственное тело. И больше никогда не увидит маму, единственного близкого человека во всей Вселенной…

…И мисс Би больше никогда не увидит, а хотелось бы…

«С кем бы посоветоваться? – лихорадочно соображал Омал. – С профессором? Скорее всего, док скажет: отлично, Омал, подстрелите этого типа, и дело с концом. Денежки нам пригодятся… Жаль, что пропал Артур. Вот бы кто мог дать дельный совет…»