Обнажённое желание
Шрифт:
В его глазах не было прежних призраков, но я определенно чувствовала что-то не то. Он потерял сестру, которая предала всех. Всю стаю, и смог пережить это в отличие от Зейна. Но теперь Гнештром чувствовался по-другому.
— Что ты ищешь? — спросил Гнештром.
Я только пожала плечами, увидев его ауру золотисто-оранжевого цвета. Мне подумалось, что это хорошо. Стабильный эмоциональный Гнештром нравился мне больше, чем Зейн со своей постоянной угрюмостью. Эти вервольфы потеряли одну женщину, но один смог ее простить, а другой ушел в себя. Зейн развратничал, утолял свой голод алкоголем и бесконечным числом девушек. Наверное, думал, что затраханный до беспамятства он сможет не думать ни о чем. Точнее не думать о Селли.
— Ты расскажешь, что задумала маленькая волчица? — подмигнув, спросил Гнештром.
Все подались вперед, как будто я сейчас и правда поведаю им коварный план, который придумывала днями напролет. Но они ошибались. Ничего не было. Я могла думать только о том, как все дерьмово сложилось с Ксандром который, защищая меня, пошел на праздник белой луны со своей бывшей любовницей. И насколько я понимала, там все было взаправду, а это разжигало во мне настоящий пожар!
Я знала, что все это было сделано только ради меня, но не могла отделаться от мыслей, что за этим всем стоит что-то намного большее. Но мы не можем ухватить саму суть похищений, которые затронули каждого вервольфа. Теперь все было гораздо сложнее. И я чувствовала, что это минимум, который мы глотнули, а впереди грядет настоящая буря.
Волки шутили надо мной и поглощали вкусные тосты с беконом.
— Не понимаю тех людей, которые отказываются от такого блаженства, — пробормотал Мека, поддевая на вилку хрустящий ломтик мяса. — И Шелли…
— Да?
— Хочу, чтобы ты рассказала, какого черта произошло там на Рождество? Что это было?
Гнештром, как и Кел знали всю правду. Думаю, Кел знал даже больше чем я сама, и когда я посмотрела на них, они встретили мой взгляд, своим давая мне возможность самой решить говорить ли правду или придумать очередную ложь. Но я устала. По-настоящему устала лгать и хотела, чтобы хоть кто-то поверил и не отвернулся от меня. Как это сделал Мека.
Пожав плечами, я внимательно посмотрела на него и тихо сказала:
— Твоя аура разукрашена в радугу. Кажется, что сейчас в тебе перемешалось множество судеб. Ты боишься того что может произойти, — с каждым словом его глаза становились все больше. — Но еще больше ты боишься, что этого не произойдет. Тебе определенно нужно отдохнуть!
— Но как? — недоверчиво выдохнул Мека, прижимая кулак правой руки к сердцу. — Как ты смогла…?
— О, и еще сейчас ты зол, потому что считаешь, что какая-то девочка смогла рассказать о тебе так много!
— Чер-р-рт, неужели это возможно? — прорычал волк. — Ты можешь видеть меня? То есть на самом деле можешь?
— В этом все ее проблемы, — заявил Кел. — Шелли наша арго…
Я посмотрела на него с вопросом в глазах, а он только пождал плечами.
— Ты была ею и останешься, все остальное только формальности, — отмахнулся Кел. — Она Хранительница. Звучит многообещающе, но Мека послушай старого волка она та еще заноза в заднице. И принесет еще немало бед, но зато с ней не заскучаешь, да волчица?
Мне хотелось стукнуть его как следует за такую исповедь, но Кел был прав. Я была Хранительницей силы, которая не раз помогала мне выбраться из самого дна, но я причиняла очень много боли тем, кого любила. Такое соотношение боли и магии, которая бежала по моим венам, было неправильным. Я хотела только любить своего волка день за днем. Предаваться безудержной страсти и знать что он всегда примет меня в свои сильные объятия.
— Уверенна, что ты единственный кто так считает, — махнув рукой в ту сторону, где скрылась Жюстина, сказала я. — Вся стая считает меня предательницей. Это ранит сильнее, чем я думала.
Гнештром внимательно наблюдал за мной. В его глазах проскальзывал волк, он мерцал, скрываясь за пеленой ночи.
— Это и называется арго. Ты истинная пара Ксандра, поэтому связь, которая соединила тебя со всей стаей, оборвалась только потому, что ты позволила Шелли.
Я не понимала его слов, но смогла только кивнуть. Сейчас нет времени разбираться в загадочных рифмах Гнештрома. Это все равно не поможет вернуть всех вервольфов, которых похитили.
— Прислушайся к нему, он дело говорит, — заметил Кел, нанизывая мясо на вилку. — Я чертовски сильно недоволен, что моя арго Хранительница, но если правильно расставить силы ты будешь полезна.
— Очень лестно знать, что я буду твоим щитом!
Кел довольно ухмыльнулся, показывая оскал волка в своей улыбке.
— Это комплимент, а не оскорбление.
Я с удовольствием доела то, что было на тарелке, и довольно облизнулась. Как сытая, черт возьми, кошка, которая налакалась сливок. Пока Мека пытался понять, что я такое, ему объяснял Кел, Гнештром сверлил меня непонятным взглядом серых глаз. Теперь, когда я смогла взглянуть на него, поняла, что что-то изменилось. Гнештром был не тем, кем я его знала. Теперь это был другой мужчина переживший смерть сестры и потерявший слишком многое. Сейчас в нем было что-то темное. Но я не могла с точностью сказать что именно. Оно было неуловимым в его ауре и эмоциях. Но я точно знала, что Гнештром был другим.
— Так, где ты говоришь, был? — спросила я, когда этот взгляд стал нервировать меня.
Первая радость от встречи со старым другом была мимолетной, и теперь я смогла увидеть то, чего не было еще минуту назад.
— Это было нужно мне Шелли. Уехать отсюда. Немного развеяться, — он вздохнул и выдавил улыбку, которая не смогла сбить меня с толку. — Зейн с его женщинами и выпивкой. Ксандр который…
Он запнулся, а я поняла, что Гнештром ничерта не оправился. Да и как? Ксандр альфа его стаи пытал Селли, которая предала нас, а потом убил. Это было наказание за предательство, и по идее жизни ее должен был лишить Гнештром, но не смог. А теперь он винил Ксандра за все что произошло. Вот же дьявол!
— Вообщем это было нужно для всех, — закончил Гнештром. — Но я рад, что вернулся и могу стать свидетелем твоих личных рекордов по неловким ситуациям. Очень сожалею, что пропустил Рождество и этот потрясающе вопиющий скандал!
— Да уж. Посмотреть было на что.
Я тихо застонала, услышав голос Ксандра. Он стоял позади меня, а я даже не почувствовала. Похоже кто-то сильно хочет чтобы я не замечала того что творится у меня за спиной? И даже теперь, когда он обнаружил себя, я все равно не чувствовала его. Как будто это всего лишь тень.
— Ты достиг совершенства в маскировке, — печально заметила я, но поворачиваться не стала.
Знала, что увижу снова этот осуждающе-недоверчивый мать его взгляд золотистых глаз! А я не хотела снова испытывать все, что мне пришлось пережить. Но Ксандр упорно напоминал обо всем, что случилось на Рождество.
— Как и ты достиг совершенства во лжи, — парировал он. — Учусь у лучших, Мишель!
Я прикрыла глаза, потому что не могла сдерживать боли и гнева, которые смешались во мне плотным коконом, облепив всю меня. Это было слишком. Я чувствовала, что нахожусь на грани.