Чтение онлайн

– В том числе тот, что я имею возможность выглядеть так, как захочу. В том числе и как фигляр с ранчо, - медленно печатая слог добавил он.

Зубко дернулся, прикипев взглядом к охватывающей голову телепата короне. Распознать в предмете артефакт мог любой тулмен и для отца Феодора это, конечно же, не составило проблемы.

Прямо определить функциональные возможности увиденного он не мог. Зато ясно ощущал силу предмета. А то, что артефакт, в принципе, одевается на голову, да еще в сочетании с общим подходом к разговору со стороны ВМ... В общем, не предположил бы ментальные способности у собеседника только совсем тупой!

Зубко тупым не был, так что его ступор длился буквально пару секунд! После чего наручники, которыми он был пристегнут к специальному кольцу на столе, раскалились и стекли с его рук, словно плавящийся сыр! Не оставив, однако, на коже святоши даже следа ожогов!

А в ладони отца Феодора, буквально, как по волшебству, материализовалась уже горящая свеча. Естественно - та самая!

ВМ слегка поморщился, глядя на все произошедшее скучающим взором. Примерно так, как на давно надоевший балаган смотрит усталый его владелец и распорядитель...

– Вас ЭТА штука так смутила?
– указал он пальцем куда-то в район собственного черепа, в ответ на довольно панические телодвижения Пастыря.
– Да! Вы правы в своем предположении! Мой артефакт именно таков, как вы решили. Я телепат!

Спокойствие в голосе Виктора стало возможно резать ножом, так оно сгустилось!

– Яааа!! Нет, не дамся!
– промычал нечто невразумительное Федор, утратив контроль над эмоциями.
– Ты не сможешь...

– Не смогу что?
– осведомился ВМ все так же ровнехонько.
– Кстати, я забыл представиться! Прошу прощения. Зовите меня Виктор.

– Залезть мне в голову, вот что!
– выдохнул Зубко, видимо, наконец, ощутив себя под защитой своей свечи.
– И не таких моя вера обламывала!

– Помилуйте, где артефакты, а где вера?.1 - риторически вопросил Виктор. И даже глаза прикрыл, явно гнусно наслаждаясь реакцией собеседника.
– Более того, скажу, любезный! Защищает вас не ваша вера и даже, если уж на то пошло, не ваша свечка! Защищает вас моя добрая воля и куча расписок, которые я давал. Сами знаете, какое к нам, пси-контроллерам предвзятое отношение в этом полном шовинизма обществе...

– Хочешь меня уверить, что на тебя не действует моя сила? Быть того не может!
– уже довольно самоуверенно высказался святоша.
– Не запугаете!

И Курт тут же эту уверенность, еще долю секунды назад отсутствующую, подметил, задумавшись, с чего бы такое вмиг зазвучало в голосе отца Феодора?

И ведь уверенность, надо сказать, не безосновательная - на куртовы возможности, до того казавшиеся ему вообще не подверженным внешним воздействиям, Зубко неким образом влиял.

Курт не проверял специально, насколько это влияние глубоко простирается, но ощущения свечка Феодора дарила не слишком-то приятные. И это было довольно странно! Как и в самом факте, так и в том, что Федор об этой своей универсальности, похоже, был достаточно хорошо осведомлен!

Видимо, подобные же мысли посетили и Виктора, хотя и никак не отразились ни на его позе, ни выражении его лица. Тем не менее в продолжении разговора он счел нужным это тонко акцентировать:

– Представляете, я еще не встречал ни одного абсолютно универсального негатора способностей! У всех свои изъяны, - поделился он и несколько картинно потер блестящую ленту короны на своем виске.
– Любопытно, от чего же вы так уверены именно в своей защите?

Зубко, однако, никак на эту подначку не отреагировал. В смысле, нервозности новой не проявил, взяв себя в руки окончательно. Похоже, уверенность его была действительно крепкой, без блефа.

– Потому, что она дарована мне свыше!
– пафосно провозгласил он.

– Свыше, значит. Ясно, ясно, - улыбаясь продолжил Виктор тоном доброго доктора. От него факт обретения Пастырем душевного равновесия, без сомнения, не укрылся.
– Но, замечу, что если бы я хотел что-то сделать с вами, то сделал бы гораздо раньше! До того, как вы зажгли свечу у меня была масса времени, понимаете? Таким, как я, его много не нужно... Раз и вы уже послушная марионетка живущая в выдуманном мире... О! А почему вы вообще уверены, что свеча горит? И что вы - это все еще вы?

Вот тут Федора, похоже, проняло снова и всерьез. По крайней мере, на какое-то мгновение, точно. Но он опять быстро взял себя в руки, как канал переключил! Может, даже слишком быстро, по мнению продолжающего внимательно следить за допросом Курта.

Сам бы он отреагировал сильнее, как и любой, пожалуй, в такой ситуации. Кроме святоши! Или это были отголоски его собственных комплексов? Курт понял, что не готов себе однозначно ответить.

А Федор, тем временем, несколько раз с шумом втянул и выпустил воздух, набычившись, но, когда он заговорил, тон его был достаточно сдержан:

– Не стоит меня пугать. Я уверен в своих возможностях! А вот вы их не представляете вовсе!

– От чего же? Представляю, - повел могучими плечами ВМ.
– Мне докладывали о том, что вы теперь мультер. Пришло по линии сообщений от нашей разведгруппы! И дело ваше личное я читал. Для лучшего понимания скажу, я даже не пытаюсь на вас воздействовать! И не пытался. Хотя имел возможность.

Знания о мишени воздействия весьма добавляют вариантов! Но я пришел говорить, а не воевать. Быть может, оцените?

Курт, при этих словах Виктора, прозвучавших, похоже, волне искренне и описывающих реальное положение дел, удивился так, что даже позволил себе слегка потеребить за плечо Веронику. И, нарвавшись на ее возмущенный этаким нарушением личного пространства взгляд, ответил своим недоумением:

– Он ведь не серьезно, а? Мы что, даже в такой обстановке будем соблюдать дурацкие протоколы и не залезем этому типу в голову?

– Во-первых, что бы ты знал! Протоколы именно под вот такие случаи и создаются! Для того, чтобы потом не было непонимания, разночтений и претензий. Мы его промоем, а он жаловаться побежит. И найдутся заинтересованные стороны, что раздуют скандал! Оно нам не надо!

Курт поперхнулся, готовый поспорить, где бюрократия, а где коллеги в беде, но Зинич неумолимо продолжила:

– А, во-вторых, Виктор или уже выяснил все, что надо, или мы чего-то не понимаем! Не суетись. Никто никогда не озвучивает такие вещи. Если он и применял силу, то ни один внешний наблюдатель не должен этого понять ни в коем разе! А знать, потом, будут лишь избранные, кого мы поставим в известность.

– Не применял, - сообщил Курт, взяв себя в руки и признавшись самому себе, что пребывание в данном, чрезмерно скученном помещении, в купе с ожиданием неизвестно чего, влияют на его суждения.
– Я же чувствую, когда идет воздействие! Уверен, что засек бы его силу.