Чтение онлайн

— Не хочешь ли поиграть в шахматы, чтобы скоротать время до полуночи?

— Поиграй лучше с Ливи, — отрезала она, презрительно вздернув нос и отворачиваясь.

— Ох, ангел, — прошептал Гордон, наклонившись к ее уху, — Ливи не слишком интересуется играми.

Роберта по-прежнему отворачивалась от него.

— Ливи всего лишь домоправительница в нашем доме в Эдинбурге, — сказал он. — Она меняла мне пеленки, когда я был еще младенцем.

Роберта закрыла глаза, чувствуя жгучее унижение. Ее воображение слишком разыгралось, и вот теперь приходится расплачиваться за это.

— Извини, — с застенчивой улыбкой пробормотала она. — Пожалуй, я не против сыграть с тобой в шахматы.

Несколько вечерних часов они просидели по разные стороны шахматной доски, словно противники на поле битвы. А перед самой полночью все схватили приготовленную заранее кухонную утварь и побежали ко входной двери. Смеясь и крича, они принялись греметь, звенеть, колотить в кастрюли и сковородки, прогоняя старый год и призывая новый.

— А когда вы собираетесь подарить ей свой новогодний подарок? — спросила Блайт, когда все вернулись в большой зал.

— Сейчас и собираюсь, — ответил Гордон.

— Давайте я принесу его, — предложила Блис.

— Нет, принесу его я, — сообщил дочери граф Ричард.

— Садись вот сюда, — сказал Гордон, подводя Роберту к одному из кресел перед камином. — Положи руки на колени и закрой глаза.

Роберта сделала, как было сказано. В зале воцарилась напряженная тишина. Потом она услышала шаги возвращающегося дяди. А открыв глаза по команде Гордона, вскрикнула от удивления и радости.

— Боже мой, какая прелесть!

Гордон стоял перед ней, прижимая к груди пушистый шарик. С улыбкой он положил щенка ей на колени. У этого крохотного английского кокер-спаниеля была круглая голова, вздернутый носик и аристократическое выражение мордочки. А шерсть жемчужно-белая с красиво расположенными рыжими пятнами.

— Ой, какая она милая, — проворковала Роберта, прижимая собачку к груди, как ребенка.

— Это мальчик, — сообщила ей Блайт.

Роберта подняла глаза на Гордона и уловила нежное волнение в его взгляде.

— Благодарю вас, милорд, — сказала она. — Это самый лучший новогодний подарок, который я когда-либо получала.

Именно в этот момент щенок ухитрился лизнуть ее в шею, и она засмеялась от щекотки.

— Ты ему нравишься, — сказала Блис. — Он с тобой целуется.

— Значит, так я и назову его. — Роберта заглянула в темные глаза щенка и сказала ему: — Тебя будут звать Смучес, Поцелуйчик. Ты понял, что я говорю?

Поцелуйчик залился звонким щенячьим лаем. Все громко рассмеялись. А Гордон наклонился ближе и, прикоснувшись целомудренным поцелуем к ее щеке, прошептал:

— С Новым годом тебя, ангел.

— Извини, что у меня нет для тебя подарка, — растерянно сказала Роберта.

Гордон слегка погладил ее пальцем по щеке.

— Твоя улыбка будет мне подарком, — сказал он ей.

Словно искра особого волнения прошла между ними, когда Роберта подарила ему ангельскую улыбку.

В ту ночь Роберта взяла Смучеса к себе в постель. Баюкая его на руках, словно ребенка, она нежно гладила его круглую голову и заглядывала в его темные печальные глаза.

Ласкать щенка было одно удовольствие. Его шелковистая шерстка напоминала атласное одеяло, в которое ее закутывали, когда она была ребенком, а то, что он такой маленький, с печальным взглядом, вызывало даже материнские чувства.

— Милый, милый! Чудесный подарок, — ворковала она щенку.

Но вскоре мысли Роберты перенеслись от Смучеса к тому, кто его подарил ей. Вопреки первому впечатлению, маркиз Инверэри, оказывается, имел добрую струнку в душе. Красивый, богатый, влиятельный, да к тому же еще и добрый, Гордон Кэмпбел был бы блестящей партией для любой женщины, кроме нее. Плохо то, что он не родился англичанином. Они могли бы жить как муж и жена в Англии, но не в Шотландии. И уж ни в коем случае не в Хайленде.

Роберта попыталась вспомнить его улыбающееся лицо, когда он появился в тот вечер в большом зале. Но все, что ей удалось, это представить его обнаженным, спящим на спине в своей постели, таким, каким она видела его накануне. Она всячески пыталась избавиться от этого обольстительного видения, но безуспешно. Так, неотвязно думая о Гордоне, она наконец и заснула.

Наутро чей-то крошечный язычок, лизнув в лицо, разбудил ее. Тут же открыв глаза, Роберта уставилась в темные глаза щенка. С сонной улыбкой она протянула руку и погладила его.

— Доброе утро, Смучес, — сонным голосом сказала она.

Смех шушукающихся девочек окончательно разбудил ее. На краю постели сидели Блайт и Блис, а рядом с ними стояла тетка.

Роберта зевнула, потянулась, потом села, прислонившись к спинке кровати.

— С Новым годом, тетя Келли! — сказала она. — С Ноым годом, кузины!

— С Новым годом, дорогая! Мы принесли тебе завтрак, — сказала леди Келли. — Знаешь, я думаю, Смучеса с первых дней следует приучать «ходить на горшок». Я принесу его сюда позднее.

— Я даже не подумала об этом, — спохватилась Роберта. — Надеюсь, он не испачкал пол.

Блайт и Блис засмеялись.

— Смучес сопровождал меня, когда я гуляла на рассвете, — успокоила ее тетя Келли. — А после этого Дженингс покормил его.

— Спасибо вам, тетя Келли. Теперь мне, наверное, придется ходить с тряпкой.

— В этом не будет необходимости, если ты все будешь делать правильно.

— А мы поможем тебе, — предложила Блайт.

— Можно мы возьмем его с собой поиграть? — попросила Блис.

— Конечно, — ответила Роберта. — А я спущусь к вам в сад попозже.

Блайт взяла Смучеса на руки и в сопровождении сестры направилась к двери.

— А тебя ожидает кое-кто в кабинете, — сообщила ей леди Келли.

— Это дядя Генри! — через плечо крикнула Блайт.

— И он привез тебе подарок, — добавила Блис, исчезая за дверью вслед за сестрой.

Роберта открыла было рот, чтобы заговорить, но графиня опередила ее.

— Лорд Кэмпбел уже уехал на свою утреннюю прогулку верхом, — сказала она.