Чтение онлайн

— Или залить, — Закончил свой монолог довольный Камей, произнес очередной невнятный тост типа: "чтоб руки не дрожали и шоб работа спорилась", после чего осклабился и предложил идею:

— А пошли, баб найдем!

— Компо. Ненты. На. Зелье, — не согласился Юншэн с его предложением.

— Для тебя это одно и тоже, — Отмахнулся здоровяк.

— Тогда. Ладно.

Следующий час или полтора Саргон помнил смутно. Кажется, им хватило ума не идти в людную часть лагеря новичков. Поэтому они двинулись к перелеску, где обычно пытались поймать себе обед или занимались сбором трав. Кто — лекарственных, а кто — съедобных. Камей почему-то вбил себе в голову, что именно в лесу его ждет знойная красотка с зеленой кожей и огромной грудью. Заглядывал под каждый куст, но набрел только на здоровенную кучу другого новобранца.

Юншэн же занимался систематизацией. За неимением свитков и письменных принадлежностей, он снял с себя халат и принялся зарисовывать растения на его внутренней стороне с помощью маркого сока какого-то чахлого растения. Там же пытался давать пояснения, однако Саргон ни черта не понял в его мелких рисунках к пиктограмме каждого ингредиента.

Фармацевт оказался еще и талантливым художником. Правда, каким-то избыточным. Собственного халата ему едва хватило на растения, а он собрался заполнять будущую таблицу и животными ингредиентами. Поэтому снял с себя сначала пояс, а затем и штаны. Так они и бродили по перелеску: Камей бегал между мелких, чахлых деревьев и то и дело орал: "опять куча!", Юншэн шел в одних сандалиях с перекинутым через плечо халатом и строчил заостренной палкой по грязным штанам. Свой срам он и не думал как-то прикрывать, захваченный идеей полной систематизации собственных знаний.

Сам Саргон тоже нашел себе занятие. Он вовсю пытался подобрать ключик к ходячей бочке рядом с ним. Точнее — вовсю практиковал у нее условный рефлекс и обращался скорее как с необученной собакой. Задавал разные вопросы, а затем кидал ей ягоду, если она хотя бы пыталась ответить неформально. Вскоре, ему пришла в голову светлая идея разнообразить вкус довольно горьких ягод. Ничтоже сумняшеся, он кинул их в бочонок с варевом, после чего вылавливал и скармливал ей по одной.

Очень скоро бочонок затрясся, а сама Айра помягчела лицом, оттаяла и даже осмелилась задать ему вопрос:

— Господин, вы такой умный… Скажите, а почему небо голубое?

— Чтобы голубые на земле не возникали, — Моментально отозвался он.

Таким Макаром они обогнули перелесок и вышли к тому же самому месту, где попаданец чертил свою таблицу.

— Господин, а почему трава зеленая?

— Потому что внутри у них есть такая штука, с помощью которой они могут получать энергию из света. Прямо как практики, ага, — Пьяно захмыкал Саргон, — Вот они-то и вызывают зеленый…

— Какие глубокие познания, — Послышался сзади холодный, вымораживающий все нутро голос. Все четверо подскочили на месте, а затем повернулись к фигуре позади них.

— Я. Очень. Разочарована в тебе. Саргон, — Ба Мяо стояла, сощурив на них свой изумрудный глаз и в ее позе, а также выражении лица не содержалось никакой радости или сочувствия.

— Я. Очень. Разочарована в тебе. Саргон, — Ба Мяо стояла, сощурив на них свой изумрудный глаз и в ее позе, а также выражении лица, не содержалось никакой радости или сочувствия.

— Ба сянь-шен! — Вразнобой произнесли все трое и исполнили некую пародию на глубокий поклон. Для нормального парадного приветствия у них оказался слишком большой рассинхрон. К тому же, красные от алкоголя лица, налитые кровью глаза, а также раскачивающиеся тела нисколько не показывали их уважения к вышестоящим.

Девушка обвела их коротким, почти безразличным взглядом, поморщилась, а затем что-то сделала со своей Ци. По крайней мере, Саргон ощутил легкий выброс энергии.

— Я не стану разбираться с вами, смерды. Просто сообщу страже у ворот госпиталя или охранникам распорядителя. Вы получите все причитающееся. Что за взгляд, мальчик? Не понимаешь? — Отстраненность, безразличие, а также усталое разочарование. Попаданец многое бы сейчас отдал, только бы не слышать этих ноток в ее голосе. Поздно.

До него только сейчас начал доходить, в общем-то очевидный факт. Они нарушили законы Форта. Военного времени, на минуточку. Со статусом, максимально близким к статусу заключенных. И Акургаль, когда предостерегал Камея от выпивки, переживал вовсе не о его облико морале. Впрочем, он был уверен в бсплодности попыток найти алкоголь, поэтому и отпустил их так легко.

— Давно я не видела настолько наглых идиотов. Вы все нарушили сразу несколько статей Пурпурного Устава. Принимали байцзю на посту, занимались контрабандой, имели контакт с лицами, не входящими в число командования, личного состава или персонала Облачного Форта, нарушили общественные нормы и так далее. По совокупности всех совершенных преступлений новобранцам за все это грозит смерть, — Губы Ба Мяо презрительно скривились, а потом она произнесла совсем другим — отрывистым и злым тоном:

— А теперь снял свой хлыст и положил на землю! Если у кого-то еще есть оружие — вытащили и положили рядом!

Саргон медленно потянул руки к поясу, затем отстегнул с него подарок куратора, с которым теперь не расставался почти никогда, аккуратно положил его на землю в метре от себя. В висках гулко стучало от напряжения, сердце заходилось от волнения, а на щеках играл стыдливый румянец. Подумать только, так глупо спустить в унитаз все свои достижения…

Он никак не мог поверить в реальность происходящего. Видел себя словно откуда-то со стороны. Собственные руки казались чужими, твердый материал кнута почти не ощущался от онемения в кончиках пальцев. Воспаленный мозг опустел и в этой пустоте осталось место лишь ярким, невнятным образам будущего, где его хлещут плетьми или батогами, казнят как преступника, принудительно делают рабом… А Ксин и Мяо стоят и презрительно кривятся, глядя на недостойного их обманщика.

— Пресветлая госпожа… — Попытался подать голос Камей, однако дочь коменданта лишь отрывисто махнула рукой, будто отгоняя назойливую муху. Блеклый, почти не видимый глазу серп сорвался с ребра ладони девушки, ударил здоровяка под колени. Тот моментально растянулся перед ней, но приподняться посмел только на локтях, для придания себе официальной позы коутоу.

Поза максимального унижения и раболепия. Колени, ладони и лоб упираются в землю, нижняя часть тела отклячена назад. Традиционно, в такой позе отбивали лбом три поклона. Это же сделал и Камей, однако Ба Мяо не обратила на его кривляния ровным счетом никакого внимания. Остальные двое последовали его примеру, но не полностью. И Саргон, и Юншэн лишь преклонили колено. Саргон — потому что знал, как дочь коменданта не любит этих показных унижений. Что творилось в голове фармацевта — зачастую не мог сказать и он сам.

Ба Мяо приподняла вопросительно бровь, затем скосила взгляд на Юншэна, и лед в ее голосе подернулся рябью удивления:

— Зачем вы раздели фармацевта?

Ради. Торже. Ства. Науки. Госпо. Жа, — Торжественно объявил все еще голый юноша и как-то незаметно натянул на себя халат. Штаны не натянул, но длинная пола прикрыла весь его срам.

— Науки? Ты опять что-то придумал? Нет, это сейчас не важно, — Пробормотала она себе под нос. Покачала головой и продолжила свою речь. Более живым, усталым тоном. Вот только ее слова стали от внезапной человечности голоса еще страшнее.

— Контакты с контрабандистами караются сотней ударов плетью. Вряд ли кто-то из вас переживет эти удары. Самостоятельная варка байцзю карается двумя десятками ударов плетью. Нарушение общественного порядка — сотней облачных юаней каждому пострадавшему и еще сотней — в казну Форта. Распитие байцзю — десять ударов. За три и более проступка полагается смертная казнь… — Она помолчала, а потом добавила:

— Тебе повезло, Саргон, что тебя заметила именно я. Точнее, два смерда из новобранцев бросились именно к моим стопам и умоляли совершить правосудие. Право слово, хватило бы и обращений к охране распорядителя или самого лагеря, — Покачала она головой, — Сперва я хотела немного развлечься… Пока не узнала личности преступников. Я убью вас быстро и безболезненно. Даже позволю сказать последнее слово. Тебе лично. А пока — попрощайся со своими спутниками. Уж на это твоя затуманенная хмельными парами душа должна быть способна…