Чтение онлайн

Первую мировую войну Гудериан начал начальником радиостанции в кавалерийской дивизии. Во время войны он занимал различные должности от вспомогательного офицера шифровальной службы до начальника разведки корпуса. Был награжден Железными крестами 2-го и 1-го класса. Помимо Железных крестов, награждён Рыцарским крестом II класса Королевского вюртембергского ордена Фридриха с мечами и австрийской медалью за военные заслуги с мечами. Окончил войну в должности начальника оперативного отдела штаба представителя на оккупированных итальянских территориях.

После войны Гудериан в чине капитана продолжил службу в штабе «Железной дивизии» на территории Латвии, далее командовал ротой, затем батальоном. С 1928 г. инструктор по тактике автотранспорта в штабе Рейхсвера. В феврале 1930 г. стал командиром автотранспортного батальона, а в 1931 г. – начальником штаба автотранспортных войск.

Летом 1932 г. Гудериан, вместе с генералом Лютцем, посетил СССР с инспекцией казанской танковой школы «Кама». Однако сам он никогда в этой школе не учился.

С 1 июля 1934 г. занял пост начальника штаба моторизованных войск, с 27 сентября 1935 г. – танковых войск.

4 февраля 1938 г. был назначен командующим танковыми войсками. 1 апреля 1938 г. командование преобразовано в штаб 16-го моторизованного корпуса, командиром которого и стал Гудериан. С 26 августа 1939 г. командир 19-го армейского корпуса, с которым прошел польскую и французскую кампании.

В июле 1940 г. его произвели в генерал-полковники. В этом же году он был назначен командующим 2-й танковой группой, с которой и вторгся на территорию Советского Союза.

Несмотря на героическое сопротивление советских войск, немецкое наступление развивалось успешно и 6 октября части 43-го армейского и 47-го моторизованного корпусов завершили окружение основных сил Брянского фронта. Несколькими днями ранее, 3 октября, 4-я танковая дивизия ворвалась в Орёл. Возникла реальная угроза немецкого прорыва через Тулу на Москву с юга. Особенно сильное впечатление на советское командование оказал захват Орла, в котором, если верить Гудериану, мирно ходили трамваи.

Командующий 2-й танковой армией генерал-полковник Гейнц Вильгельм Гудериан.

Орел находился в глубоком тылу Брянского фронта и не входил в его зону ответственности. В городе располагался штаб Орловского военного округа, который возглавлял генерал-лейтенант А. А. Тюрин. В подчинении штаба округа были все необходимые силы и средства для подготовки города к длительной обороне. В «Отчете командующего войсками Брянского фронта начальнику Генерального штаба Красной Армии о боевых действиях армий Брянского фронта за период с 1 по 26 октября 1941 г.» относительно орловских событий указывалось следующее: «Несмотря на то, что за два дня до подхода противника к Орлу, мною было приказано начальнику штаба Орловского военного округа организовать прочную противотанковую оборону Орла и, более того, мною в распоряжение штаба Орловского военного округа специально для обороны города был передан один гаубичный арт. полк, все же штаб Орловского военного округа обороны города не организовал. 5 арт. полков с полным вооружением и несколько полков пехоты, находящихся в распоряжении штаба Орловского военного округа для обороны города, сопротивления немцам не оказали. В Орел без боя вошли 13–15 танков противника, а затем, несколько позднее, и мотопехота». [3]

Разбираться кто виноват в «орловской побудке» не будем, цель книги не в этом, но факт на лицо: город был захвачен без единого выстрела! И советское, и немецкое командование сделали соответствующие выводы из произошедшего и когда в конце октября немецкие части попытались быстрым прорывом занять Тулу, их встретят не трамваи, а выстрелы зенитных орудий и «коктейль Молотова».

Захватив 6 октября Карачев, войска Гудериана сомкнули кольцо окружения вокруг основных сил Брянского фронта. Посчитав, что войска фронта надежно блокированы и практически уничтожены, командование группы армий «Центр» приказывает 2-й танковой армии (5 октября 1941 г. были образованы командования 1-й и 2-й танковых армий на базе соответствующих танковых групп) продолжить движение на Тулу и далее на Каширу. Стоит отметить, что в наступление на Тулу были брошены не все силы танковой группы, которые были разбросаны на достаточно значительном пространстве, а сводная боевая группа 4-й танковой дивизии под командованием полковника Эбербаха. Группа состояла из двух танковых рот, мотоциклетного батальона, саперной роты приданной артиллерии. Точное количество танков в группе неизвестно, но во всей 4-й танковой дивизии на 4 октября насчитывалось 59 танков. Стоит отметить, что создание боевых групп в составе танков, мотопехоты, артиллерии и саперов являлось обычной практикой в немецких танковых войсках. На эти группы возлагались задачи глубокого прорыва обороны противника, захвата ключевых позиций в его тылу и удержания их до подхода основных сил.

Командующий 2-й танковой армией генерал-полковник Гудериан в приказе по армии от 18.10.1941 г. следующим образом отмечал достигнутые результаты:

«Солдаты 2-й танковой армии! Прорыв и битва на окружение в районе Орел – Брянск завершены. Позиции противника были прорваны 30 сентября между Путивлем и Новгород-Северским, противник в ходе стремительного преследования отброшен за дорогу Орел – Брянск, оба этих важных города взяты. Южнее дороги были обойдены с тыла русская 3-я и 13-я армии, а севернее дороги – 50-я армия. Во взаимодействии с нашими соседними армиями их главные силы были окружены и уничтожены. Лишь остаткам удалось спастись. С начала наступления наши трофеи составили: 80 044 пленных, 236 танков, 539 орудий, 87 зенитных пушек,16 самолетов. Мы еще не подошли к концу нашего пути. В продолжение нашей победы нам предстоит полностью разгромить врага. Поэтому я снова призываю вас продолжить бороться с такой же верностью и силой. За Германию и нашего фюрера!» [4]

Для ликвидации угрозы прорыва немецких танков на Тулу Ставка Верховного Главнокомандования срочно перебрасывает в район Мценска, формировавшийся в Тульской области 1-й гвардейский стрелковый корпус под командованием генерал-майора Д. Д. Лелюшенко. Фактически корпус как боевая единица не существовал, в его состав должны были войти различные части, перебрасываемые с других направлений: 5-я и 6-я гвардейские стрелковые дивизии, 4-я и 11-я танковые бригады, 5-й воздушно-десантный корпус, 36-й мотоциклетный полк, 34-й полк НКВД, 447-й корпусной артиллерийский полк, 702-й артиллерийский противотанковый полк и Тульское военное училище. Корпус предназначался «для нанесения контрудара из района Мценска на Орел с целью воспрепятствовать продвижению танковых войск противника, содействовать отходу войск Брянского фронта и организации в последующем упорной обороны на рубеже р. Зуша». [5]

Плечом к плечу с регулярными частями Красной Армии под командованием Д. Д. Лелюшенко сражались с захватчиками бойцы войск НКВД и истребительных батальонов. Так, еще в ночь на 4 октября 1941 г. командующий войсками Московского военного округа генерал-лейтенант П. А. Артемьев по согласованию с Тульским областным и городским комитетами партии поднял по боевой тревоге 5,5 тыс. человек, вооруженных винтовками и пулеметами, в том числе: более 2 тыс. курсантов Тульского оружейного военно-технического училища, 400 человек из войск НКВД и 9 истребительных батальонов, и направил их под Мценск.

Однако вскоре Д. Д. Лелюшенко был отправлен формировать 5-ю армию на Можайской линии обороны, а для обороны тульско-орловского направления сформировали 26-ю армию, куда и вошли части корпуса.

Именно в этих октябрьских боях отличилась 4-я танковая бригада под командованием полковника М. Е. Катукова, но для нашего повествования представляет больший интерес действия 11-й танковой бригады, которая приняла активное участие в Тульской оборонительной операции. О ней редко пишут в военно-исторической литературе, но без поддержки ее танков бригада М. Е. Катукова не смогла бы воевать столь эффективно.

Сосредоточившись 4 октября 1941 г. в Мценске, бригада по устному приказу Д. Д. Лелюшенко на следующий день стала выдвигаться на назначенные рубежи. Согласно приказу 11-й танковый полк готовился нанести контрудар в направлении Мценск – Орел с рубежа Зароща – высота 236,0. В свою очередь 11-й МСПБ занимал оборону на северо-восточной окраине Мценска. Приказ хорошо иллюстрирует практику использования танковых бригад советским командованием на данном этапе войны. К осени 1941 г. в автобронетанковых войсках Красной Армии помимо незначительного числа танковых дивизий июльского формирования основным видом соединения была танковая бригада, которая по своим возможностям, не шла ни в какое сравнение с танковыми дивизиями противника. Но даже эти незначительные силы часто дробились на отдельные отряды, действовавшие на разных направлениях без взаимной поддержки. Причем дробление шло по простому принципу: с одной стороны танковый полк, а с другой МСПБ, что оставляло наши танки без необходимой пехотной поддержки. Судя по всему, даже после полугода войны некоторые командиры Красной Армии продолжали рассматривать танки как универсальное оружие способное самостоятельно решать широкий спектр задач на поле боя без поддержки других родов войск.