Чтение онлайн

– Есть, – подтвердил Струев, – Фломастер успел нарожать за два года таких чудес, что мама не балуй.

– Хорошо, – сказал Суворов, – вопросы к Никитину.

– Что по религиозным деятелям? – спросила Филиппова.

– Это самое сложное, – ответил Никитин, – мне нужно еще время. И помощь теоргруппы.

– Она у тебя будет, – ответил Вадимов.

– Что со СМИ? – спросил Синий.

– Мы внедряем своих людей по всем четырем каналам, однако без НЛП и заложников дело не выгорит, поэтому рассматривать эти проекты надо вместе. Что же до информации и даже полноценных текстов, то все они готовы. Мы их окончательно отредактируем уже в будущем году, непосредственно перед всплытием.

– Ладненько, – сказал Суворов, – поскольку данный вопрос уже поднят, поговорим о взятии заложников. Предлагаю следующий порядок действий…

Суворов посмотрел на часы и сам прервал себя:

– Нет, ребятушки, времени осталось мало. Давайте так. Сам могу сказать, что оперативники в целом готовы. Струев и Никитин составляют список личностей, чьи семьи подпадают под эту программу. Свежих «лис» и «медведей» в данном проекте не задействовать. Никому не надо объяснять, почему? Хорошо. Далее. Жук и Синий будут готовить замену силовых структур. Кроме того, Жук займется «детьми». Доложите, дорогие мои новички, через три месяца о состоянии дел. Тогда же наметим дальнейшее. Сейчас предлагаю поговорить об уточненных прогнозах Тёмина и о «прятках».

– Мы слушали Тёмина полгода назад, – сказал Струев, – если он сейчас заявит, что тогда ошибался, и готов дезавуировать свою программу так называемого обмена, то давайте сделаем это быстро.

– А если нет? – вскинулся Тёмин.

– Тогда я прошу вообще снять программу обмена, – ответил Струев.

– Черт бы тебя побрал, доцент, – сквозь зубы заговорил Тёмин. – Что у тебя с головой?! В чем дело?! Объясни это всем, потому что то, что ты говорил мне – это какие-то вуду-заклинания, а не аргументы.

– Если у кого проблемы с головой, – зло отозвался Струев, – так это у тебя, Тёма. Если твои бредни окажутся правдой, то из гнилого ореха потянет таким душком, что нам там точно будет нечего делать.

– Постой, Иван, – вступил в спор Никитин, – ты предлагаешь отказаться одновременно и от шанса воспользоваться случаем для получения всех необходимых стране технологий, и от помощи людям в Европе?

– Что это ты в Судан какой-нибудь не едешь детишек лечить, помогальщик? – спросил Струев. – Или у нас по стране проблем будет меньше?

– Программа позволит сделать все одновременно, – сказал Тёмин, – и помочь нашему внутреннему выздоровлению, и не дать подохнуть Европе…

– Превратившись при этом потенциально в источник фашизма, – подхватил Вадимов, – только на сей раз с уклоном в сторону исламского фундаментализма. Пока эта опасность только на юге, наша страна цела, когда она окажется и на западе, я не поручусь за несколько десятков миллионов наших мусульман.

– Вы упускаете из виду две очень важные вещи, – возразил Струев, – во-первых, думая о предполагаемых опасностях в будущем…

– Они реальны, – перебил Вадимов.

– Да подожди ты! – отмахнулся Струев. – Думая о предполагаемых опасностях в будущем, вы забываете о реальных опасностях, которые уже там есть, а эти опасности гораздо сложней и круче, чем кольцо исламистских армий вокруг России. Во-вторых, программа изначально предполагает перенимание западных технологий вместо попытки развития собственных…

– Это неправда! – почти закричал Тёмин.

– И это еще не все, – не унимался Струев, – если твои расчеты по климату неверны и если нам не удастся собрать надлежащих союзников, а я лично не знаю, где их брать, то вся эта программа – лишняя трата времени и сил. У нас сейчас есть два года для разработки идей собственного развития и геокультурного наступления вместо…

– Опора на собственные силы? – перебил ранее молчавший Жук. – Принципы чучхе? Вы знаете, чем это кончается, Иван Андреевич?

– Не имею чести знать, господин полковник! – огрызнулся Струев. – Этого просто никто и никогда не проверял в тех условиях, которые нам предстоят. И почему никто не сказал ни слова о факторе мировой революции?

– Нет никакого фактора М.Р., Иван, – сказал Вадимов, – точнее есть, но это совсем не то, что мы думали раньше. В прошлом году так ничего и не произошло… Одно событие из достоверно предсказанных двадцати восьми.

Повисла тяжелая пауза.

– Мы убрали фактор М.Р. из состава прямых факторов, могущих повлиять на всплытие, – сказал наконец Никитин. – Мировое правительство, – кстати, тоже.

– Гера, – хрипло проговорил Струев, – М.Р. осталась в составе ситуаций?

– Осталась, – подтвердил Вадимов, – но как потенциальная опасность.

– Черт, – Струев ударил кулаком по ладони, – как это произошло?.. Что-то идет не так… Вы не понимаете, олухи, что что-то капитально не так?!

– Хватит! – решительно проговорила Филиппова. – Я прекращаю эту дискуссию. Я полагаю, что позиция Струева всем ясна. Ваня, тебе дали высказаться? Тебе есть что добавить?

Струев сник, опустил голову и покачал ею. Филиппова перевела взгляд на Суворова. Тот молчал и просто смотрел ей в глаза. Ей даже показалось, что он слегка улыбнулся. Она сняла очки, потерла глаза, вернула очки на место и обратилась к собравшимся:

– Кто-нибудь еще что-то хочет сказать о целесообразности рассмотрения прогнозов и программы Тёмина?

– Я хочу, – откликнулся Киреев. – Мы должны давать себе отчет, во что ввязываемся. Я не очень понимаю Струева, не желающего слушать, что будет происходить в самое ближайшее время и тогда, когда мы окажемся у руля страны, но я разделяю его опасения. Когда мы начинаем реализацию программы обмена?

– С 2009 года, – ответил Тёмин.

– В таком случае я бы предложил не позже осени 2008 года еще раз серьезно обсудить, начинать ли эту программу. Мне кажется, что это существенным образом зависит от того, что там в прогнозах у Тёмина. Здесь трое новеньких, включая меня, и мы с его прогнозами знакомы лишь в общих чертах…

– Сначала слушаем Тёмина, – сказала Филиппова.

Тёмин достал из своего портфеля несколько папок и выложил их на стол.

– Читайте, – сказал он, – так лучше усваивается. Здесь даже больше экземпляров, чем нас.

– Ты что, тащил эти распечатки через весь город? – спросил Суворов. Тёмин кивнул. – Ты с ума сошел, Олег! За эту информацию убьют, вне зависимости от того, знают о нас или нет…

– Портфельчик-то с печкой? – спросил Струев. Тёмин снова кивнул. – Расслабься, Данила. При нажатии на кнопку содержимое портфеля превращается в пепел меньше чем за секунду. Фломастер придумал. Я первые два портфеля отдал Ане и Олегу – у них больше всего бумаг.

Суворов крякнул и покачал головой.

– Вот что, друзья мои, – сказал он, – техсредства следует использовать только после проверки и утверждения. До тех пор никаких изменений в порядке поведения, тем более при хранении и передаче информации. Тебя, Олег, это касается в первую очередь. Ясно?