Чтение онлайн

Последовавшая дальше абсурдная беспорядочность нелепых, необъяснимых смертей, потеряв свою логическую цепочку, полностью деморализовала обстановку на корабле и породила апатию и ужас среди пассажиров. Было ясно - все обречены.

Выложив всю правду капитану, врач объявил, что снимает с себя всю ответственность на этом дьявольском корабле и посоветовал капитану искать причину катастрофы помимо подозрений на вирус или эпидемию.

Капитан, посоветовавшись с членами экипажа, установил замаскированное наблюдение за салоном и каютами пассажиров. Он запретил также членам экипажа отлучаться с рабочих постов и, закрывшись в своей капитанской рубке, занялся наблюдением за всей обстановкой на корабле лично. Усилив и максимально приблизив фокус обозримости, наведенный в глазке-соглядатае, капитан стал внимательно изучать лица оставшихся в живых пассажиров.

Он сразу выделил красноглазого молодого господина с чеканным профилем и через сутки после нового смертельного исхода (люди мерли теперь как мухи) понял, что подозрительный субъект ведет себя в высшей степени странно. Неестественная невозмутимость, спокойствие и хладнокровное равнодушие на лице господина никак не соответствовали зловещей обстановке на корабле. Самым настораживающим в его поведении было то, что он совсем не реагировал на происходящее. Только что принесли повесившегося у себя в каюте в десять утра по земному времени проводника, и, пока приятель повесившегося говорил о том, что бедняга не вынес кошмара происходящего на этом сатанинском корабле, красноглазый спокойно и невозмутимо допивал свою мандариновку. Через минуту он встал и, не взглянув на покойного, вышел, сохраняя бесстрастность и ледяное равнодушие.

"Да человек ли это?" - подумал капитан, содрогнувшись от неприятного, поразившего его воспаленного взгляда живой мумии с каменным лицом.

Оставшиеся в живых последние пять пассажиров больше не уходили к себе в каюты, засыпая прямо в салоне, в тяжелых угрюмо-темных креслах. Зная, что обречены, они напивались вдрызг, требуя расправы над экипажем, бессильным сменить траекторию полета на приближающемся к цели корабле, а также выражая недоумение по поводу бездарности и неспособности врача что-либо предпринять в условиях "космической эпидемии" Кроме всего прочего в их несчастные, одурманенные алкоголем головы закралось подозрение в связи с целостью и невредимостью офицерского состава корабля. Толкуя о космических пиратах и бесследно канувших в просторах вселенной кораблях, они предположили, что капитану и всем остальным пассажирам была подмешана в мандариновку порция убийственного, лишающего рассудка порошка. Решив, что близится расправа с ними, они попытались захватить штурмом рубки капитана и автопилота и в итоге обессиленные и потерявшие всякую надежду, отказались есть и пить, безумно надеясь долететь живыми до конечной цели, ибо до нес оставалось всего трое суток пути.

Пожалуй, только одному красноглазому было уютно и спокойно на корабле. Посасывая мандариновку, он внимательно оглядывал оставшихся, как волк в овчарне, словно угадывая очсредную жертву.

Неотрывно наблюдая за ним, капитан увидел, что на этот раз красноглазый явно преследует взглядом молодого человека, сидящего напротив. При всей напряженности позы и непрестанно сверлящем взгляде лицо красноглазого оставалось мертвенно холодным и лишенным какого-либо выражения.

Заметив, что гипнотизируемому плохо, капитан с бьющимся сердцем напряг зрение. Юноша побледнел и вдруг, схватившись за горло, оглянулся вокруг, словно призывая на помощь. Красноглазый напрягся, врастая в кресло и продолжая сверлить несчастного взглядом. Через мгновение, корчась и хрипя, юноша привстал и, медленно обмякнув, сполз в кресло.

Как и предполагал капитан, красноглазый не пошевелился. Гримаса брезгливого покоя и безучастия оставалась у него на лице в течение всего времени, пока он следил за страданиями жертвы. Убедившись, что юноша мертв, красноглазый облегченно расслабился и отвернулся.

Леденящее жилы открытие повергло капитана в бессильную ярость и недоумение. "Да человек ли это?
– мысленно повторил он снова, скрипнув зубами, - уж не дьявол ли во плоти господствует в этих чертовых закоулках на краю света?"

Приказав схватить красноглазого, капитан надел тонкий бронезащитньй скафандр и, вооружившись до зубов, приготовился к встрече с оборотнем.

Однако схваченный и доставленный членами экипажа человек, похоже, вовсе не собирался сопротивляться. Кажется, он был ранен в схватке и нокаутирован почти до бесчувственного состояния. На его шее виднелась не то ссадина, не то... Присмотревшись, капитан застыл на месте, только теперь различив, что холеная алебастровая кожа господина с чеканным профилем сделана из пластика, а сам он - не что иное, как тонкая, тщательная подделка под человека.

Резко зацепив край отогнувшегося пластика на месте кажущейся ссадины, одним рывком капитан обнажил шею и лицо господина и взорам ошарашенного экипажа открылось нечто сверхъестественное. Перед ними предстало неизвестное существо с кроваво-красной блестящей плотью, ядреной и зернистой, как плод ошкуренного граната. Безрогое, с полым поперечным отверстием на месте носа, оно имело два красноватых, подобных человеческим глаза и несколько гладких, мягких шипов на плоском маленьком черепе.

Жгучая ненависть, холод и презрение мелькнули в остром, как бритва, взгляде оборотня, и он просипел несколько слов, в которых послышались угроза, а также выражение проклятий и ругательства.

– Что он говорит?
– выдавил белый, как смерть, капитан.
– Кто ты? обратился он к чудовищу, отлично понимая, что перед ним либо регент преисподней, либо инопланетянин, враждебное человеку существо с враждебной планеты.

– Я... с Брандуквазароэ, - помедлив, невнятно произнес инопланетянин резким металлическим голосом.
– Вы называете нашу планету Геммой, не так ли? Вы рассчитываете встретить на ней своих собратьев-колонистов и новые города землян? Х-х-х, - подобие смеха, отраженное на гранатовом лице брандуквазароэльца, напоминало гримасу плача.
– Так вот знайте, что ни одна живая человеческая тварь, не считая первой экспедиции, еще не коснулась тверди моей планеты, ни одна!!!

Несколько пустых светолетов с трупами во главе с подобными мне смельчаками - вот все, что долетело с вашей убогой Земли к нам за последние двадцать лет, - сняв перчатки и обнажив свои паукообразные руки, инопланетянин понизил голос.
– Первые люди были приняты нами как боги по закону гостеприимства нашей звезды, но они продолжали вести себя как боги, перестав быть гостями. Они занесли в атмосферу опасный для нас вирус, выменяли на безделушки у наших правителей эликсир здоровья и долголетия, разрыли наши недра и кладовые, сожгли ценные породы деревьев и священных кустарников, нагромоздили нелепых построек и передали на Землю приглашение другим людям лететь и владеть всем тем, что принадлежало нам. Все они остались лежать под нами, навеки погребенные в обломках своих деревянных храмов...
– Инопланетянин сжал свой сухой восьмипалый кулак.
– Я внушил смерть всем пассажирам на вашем светолете! Теперь, когда я увидел всех членов экипажа и нового капитана, я внушу смерть и вам. Еще один светолет, наполненный трупами, засияет под звездами наших городов, как страшный памятник поверженным вандалам. Люди не оценили интеллекта и доброты аборигенов. Они приняли их скромность за низшую ступень развития и погубили себя своим невежеством. Земля грозит нам нашествием, однако среди нас всегда найдется отчаянный малый с острым умом и бесстрашным сердцем, готовый отправиться на Землю, чтобы, облачившись в шкуру человека, приглядеть за вашими стартующими светолетами в случае опасности. Ни один, запомните, ни один человек не улетит от нас живым!

Облив снова всех ненавистью и презрением из кровавых глазниц, собрат по разуму торжественно замолк.

Первым опомнился капитан.

– Послушай, брат, по крайней мере, ты ведешь себя так, точно ты бессмертен. Ты забываешь, что на этот раз твой полет не совсем удался! Ты в наших руках, и мы можем повернуть назад, имея тебя как заложника. Посуди сам, зачем нам столько смертей? Зная вашу историю, человечество давно бы избавило вас от своих визитов.

– Человечество никогда не простит нам убийства своих сородичей, и оно никогда не избавится от любопытства, оно все равно захочет посетить нас, а к войне с людьми мы не готовы! Потому-то мы и посылаем на Землю приветы от якобы живых и процветающих колонистов-землян на Гемме. ...Мы слишком близко от Брандуквазароэ! Ваш светолет на прицеле, он разлетится в пыль при малейшем намеке на отступление, - напомнил инопланетянин.

– Теперь наша жизнь не имеет уже никакого значения, - процедил холодно капитан, веря ему.
– Куда важнее жизни тех непосвященных, которые будут стремиться сюда снова и снова после нас.

– Я же говорю: человек невероятно любопытен и жаден, как животное, произнес инопланетянин с яростью.

– Запаяйте его намертво в барокамеру!- разозлившись, выпалил капитан, наполняясь решимостью и непроницаемым спокойствием.
– Будь, что будет, все-таки мы счастливей всех тех бедняг, на которых не хватило даже холодильных камер, - мы увидим эту прекрасную, жестокую звезду, населенную гранатовыми гуманоидами, которые ненавидят нас!