Оборотень
Шрифт:
– Эмили? – скрипнула дверь.
– Эмили? – тихий папин голос.
Притворяюсь, что сплю, лежу, не шевелюсь. Хорошо, что никуда не ушла, как чувствовала, что он зайдёт проверять, уснула я или нет! После их загадочного разговора, сгораю с нетерпения ещё раз увидеть своего черного волчонка.
Папа немного постоял надо мной, поправил одеяло и вышел из комнаты. Лежу ещё пару минут, изнемогаю, когда же он все-таки уляжется.
Крадусь по дому, гробовая тишина и абсолютная темнота. Чуть ли не на ощупь выхожу из дому. Бегом через дорогу и прямиком в лес.
Бегу сколько есть сил, сегодня намного позже, чем вчера. Встречный холодный ветерок обжигает легкие, ветки бьют по лицу, но я все равно не сбавляю темпа. Наверно, боюсь опоздать, вдруг он подумал, что я сегодня не приду и ушел!
Добегаю до вчерашней полянки, вижу, он сидит ко мне спиной. Сама себе довольно улыбаюсь, все еще нервно дышу, пытаюсь отдышаться.
– Я уж боялась, что ты ушел, - тихо шепнула, он повернул голову на бок, словно прислушался.
Стою и пытаюсь нормализовать дыхание, облизываю обветрившиеся губы. Волк медленно поднимается, так же медленно наклоняется к земле, что-то берет в пасть, поворачивается и идет ко мне.
Невероятно, у него в пасти роза – большая красная роза с длинным стеблем. Это что, мне? Волк принес мне розу? Он уделяет знаки внимание, как мужчина. Больше похоже на свидание с волком, а не на дружбу. Внутри сжался приятный комок, чувствую, как щеки заливаются краской.
– Это мне?
– молча дает розу мне в руки и смотрит в глаза своим волшебным голубым взглядом. – Спасибо, - тихо шепнула и обняла его за шею.
Прижалась лицом к его сильной волчьей шее, уткнулась в шерсть. Смущенно улыбаюсь ему, пряча глаза от его взгляда. Одна рука на нем, а другой подношу розу к носу и вдыхаю аромат.
– Не думала, что ты такой внимательный, - держу розу у носа, наслаждаюсь ароматом. – Почему ты не разговариваешь со мной?
– Потому, что тебя слушаю, - грубоватый голос, дрожь по телу пробежала.
– Ты скрываешься от меня, мало говоришь, не показываешь свой человеческий облик, - тихо на ухо. – Может это тебя разозлит, но я хочу тебя увидеть в человеческом облике.
– Закрой глаза и не отпускай меня, - холодок по телу от его голоса или от того, что я сейчас получу желаемое. – Откроешь, когда скажу!
– приказной тон.
Послушно прикрываю веки в ожидание. Внутри всё замирает от предвкушения. Какой же он всё-таки в человеческом обличье?
Рука постепенно начинает спускаться вниз, перестаю ощущать пушистую шерсть. Под ладонью гладкое кожа, чувствую, что щекой прижимаюсь к его горячей груди. Я обнимаю мужчину, кажется, что он такой же как был в моем воображение все это время. Дурманит и будоражит смешанный мужской запах с одеколоном.
– Теперь можно? – тихо спрашиваю, а у самой сердце бьется чаще обычного.
– Нет, - так же тихо в ответ. Вот только теперь его голос отдается не в голове, а в ушах.
– Почувствуй меня, услышь меня, - приятный шепот, - прими меня, Эмили, - обнимает меня за талию, сильнее прижимая к себе.
Медленно рукой веду по рельефному плечу, другой поднимаюсь и пальцами врезаюсь в корни волос. Под ладонью чувствую разряд горячего тела, комок внизу живота сводит и тянет.
– Эмили, - глубоко вздохнул.
– Прости, - смущенно улыбаюсь.
Наверно резкостью и таким активным познаванием его тела задела то, что не должна была. Мне нравятся его объятья, его манящий и сводящий с ума запах. После обращения он стал более ярким и притягательным. И я совсем не жалею, что требовала от него показаться, таким какой он есть! Не хочу отпускать его, не хочу больше расставаться с ним ни на мгновение.
– Я не против, - чувствую ухмылку на его губах.
– Я эм-м… - его горячие губы накрыли мои.
Так волнительно, приятно и возбуждающе. Хочу открыть глаза и увидеть его, но так боюсь испортить момент. Я доверяю ему и мне приятно быть в его власти. Руки его скользят под мою толстовку, приятная дрожь бежит по телу.
– Эмили! – голос папы сзади.
Не успела опомниться и открыть глаза, как меня оттолкнуло в сторону. Почувствовав под собой землю, открываю глаза, передо мной снова черный волк. Вот только в бешенстве смотрит, рычит и скалит клыки. Что произошло? Откуда взялся здесь папа?
– Эмили, как ты могла!?
– его явно появление папы не обрадовало, весь взъерошенный – шерсть дыбом.
– Как ты могла предать меня?! – снова голос в моей голове. Шагает на меня, пронзает волчьим взглядом. Вот как ему объяснить, что я сама не рада его появлению.
– Я не хотела, - в ужасе шепнула у самой его пасти, которая нависала надо мной.
– Эмили, держись! – слышу, папа передернул затвор ружья.
– Папа, не надо! – выкрикиваю ему в ответ. Не смотря на то, что я под лапами волка, выскальзываю и бегу к отцу, чтоб остановить его.
– Не надо! – меня оглушает выстрел.
Встаю и не могу понять, что произошло. В ушах звенит, теряю ориентацию. Кто кого убил? Страх пронзает на сквозь. Отец лежит на поляне с ружьем в руках, волк теперь над ним. Медленно шагаю к ним, папа не шевелится. Всё внутри затрясло, холодок пронзает насквозь.
– Не убивай его, - сдавленным голосом, - он не виноват. Он… Он просто шел за мной, - слезы невольно хлынули.
– Плохой из него охотник, - рыкнул. Волк аккуратно взял у него ружье и отбросил в сторону. Видимо папа не попал в него, что радует больше всего в этой ситуации.
– Прости меня, - быстро вытираю слезы.
– Я чуть тебе не доверился, - злобно фыркнул у моего лица. – Эмили…
– М-м-м… - папа зашевелился.
– Не уходи, не оставляй меня!
– в глазах грусть, разочарование, обида на себя. Обошел, даже не бросая презрительного взгляда, вмиг скрылся среди деревьев.
Стою ни с чем, не позвать, не догнать, нет шанса просто извиниться. Всё внутри меня кричит, что это наша последняя встреча. Всё внутри разрывается на части. Я так была близка к нему, ещё какое-то мгновение и...
– Эмили, - вскочил папа.
– Где он? – смотрит на меня безумными глазами.
– Где мое ружье? – очнулся.
Молча смотрю на него и не могу слово вымолвить, словно проглотила язык. Волк прав – плохой охотник тот, кто теряет ружье на охоте.
Разворачиваюсь и направляюсь в сторону дома, оставляю его наедине с самим собой. Не думаю, что волк вернется, чтоб поквитаться с ним. Хотел бы, убил его сразу, не задумываясь.
– Эмили, стой! – растерянный голос отца.