Чтение онлайн

— Продолжайте искать, — важно приказывал Ломец и бездельничал дальше, раздумывая о том, что, оказывается, замещать старшака совсем и несложно. Сидишь себе, отдаёшь приказы, задницу не рвёшь, потягиваешь пивко и стрижёшь доходы с бизнеса. Словом, работёнка непыльная, он бы легко смог с ней справиться.

Впервые в жизни увидевший для себя новые карьерные перспективы на выбранном поприще — прежде в мечтах он не возносился выше правой руки старшака — Ломец крутил новую идею и так и эдак, всё больше укрепляясь в мысли, что он бы вполне смог сам стать старшаком. Нет, нет, не вместо Хохломы, конечно. Придумать свой бизнес, сколотить команду, чтобы она всё за него делала, и возглавить её. Старшак — это круто, только и делаешь, что наслаждаешься жизнью и ничем за это не платишь…

Грохот сорванной с петель двери и громкий топот ног, обутых в тяжелые армейские ботинки, сбросили его с небес на землю. Когда Ломец пришёл в себя, он обнаружил, что валяется на полу с заломленными за спину руками, а рядом с ним в таких же позах находятся все немногочисленные оставшиеся ночевать в «Сёстрах Хилтон» парни.

«Глушитель по наши души, — подумал Ломец, и сердце ухнуло в груди: — Ну, всё, нам крышка».

Исхитрившись вывернуть голову, Ломец сумел рассмотреть, что студия заполнена мужчинами в бронежилетах и комбинезонах защитного цвета, с масками на лице и очень серьезным оружием в руках.

«Нет, это не Глушитель», — со страхом сообразил он. Это кое-что похуже.

Армейский спецназ.

— Кто из вас Хохлома? — раздался глухой голос.

Парни дружно молчали, уткнувшись носами в пол.

Один из спецназовцев бесцеремонно пнул тяжёлым ботинком лежавшего у него под ногами.

— Ну? — повторил он. — Кто тут Хохлома? — и приставил дуло автомата к затылку лежащего.

— Вот он за него! — завизжал парень, указывая на Ломца.

Ломец узнал по голосу Бюргера и выругался про себя.

Тяжелые бутсы застучали по полу и остановились прямо перед лицом Ломца.

— Этот? — осведомился спецназовец у Бюргера и, видимо, получив утвердительный кивок, без усилий вздёрнул Ломца, ставя его на ноги.

Ломец агрессивно уставился на закрытое черной маской лицо и приготовился отмалчиваться, во что бы то ни стало. Раз уж попался в руки спецназа, ему всё равно теперь капец. Всем им теперь капец. Но если подыхать, то уж так, чтобы было не стыдно.

Черное лицо вдруг приблизилось к нему, глаза в прорези маски прищурились.

— Ломцев? — послышался удивлённый голос. — Сергей Ломцев?

От неожиданности Ломец кивнул.

Спецназовец сорвал с головы маску, явив миру взъерошенные русые волосы и по-юношески гладкое курносое лицо мужчины лет тридцати.

Ломец вздрогнул. Последний раз он видел это лицо в другой, давно позабытой жизни; тогда оно было смертельно бледным от страха и нервного напряжения. Молоденький лейтенантик, совсем ещё зелёный, всего на несколько лет старше испуганного призывника Сергея Ломцева. Вокруг стрекотали автоматы, где-то вдалеке слышался рокот едущих бэтээров. В воздухе пахло гарью и смертью. В яме из-под разорвавшегося снаряда валялось обезображенное взрывом до неузнаваемости тело какого-то «срочника», а сам Ломец глухо стонал от боли в раздробленной ноге.

— Оставь, товарищ лейтенант, — просил он, когда лейтенантик тащил его на спине сквозь заросли кустов и волок за собой по земле, плашмя пересекая открытые участки. Перекинутый за спину автомат то и дело съезжал на бок, цеплялся за камни и сучья. Лейтенантик то ругался сквозь стиснутые зубы, таща не себе Серёгу, то, обессилев, просто валился на землю и жадно хватал воздух широко раскрытым ртом. Потом снова подхватывал раненого и продолжал ползти.

Дальше в памяти зиял провал, а потом был шум полевой части, запах медицинского спирта и стерильных бинтов. И озабоченное лицо какой-то медсестры над ним. И лейтенантик, на миг стиснувший ему руку, сбивчиво желающий скорейшего выздоровления. Читающий в его глазах то, что отказывались сказать непослушные губы…

— Серёга! — радостно взревел спецназовец и крепко обхватил Ломца руками.

— Товарищ лейтенант, — с трудом отозвался тот.

Звонок Яна застал и без того не на шутку взбудораженного Тараса врасплох. Всего несколько часов назад ему казалось, что пиком событий текущих суток останется шокирующая новость о том, что Арагорна объявили террористом и подали в розыск. Но самое интересное, как оказалось, было ещё впереди.

Для начала первое ночное дежурство Тараса в офисе ознаменовалось неожиданным звонком от самого «террориста», потребовавшего от стажёра совершенно святотатственного поступка — вскрыть сейф в кабинете у Папыча!

Оттуда пришлось достать толстую папку, найти в ней информацию о каком-то опасном проходе и пообещать побеспокоить грозного Василия Петровича, чтобы сообщить тому, что его брат отправился в этот самый проход, что цикл прохода кончается всего через несколько дней, и обратно самостоятельно он выйти не сможет.

Передав Арагорну нужные сведения и распрощавшись с ним, стажёр первым делом собирался послушно вернуть папку обратно. И обнаружил, что, впопыхах её доставая, он благополучно захлопнул дверцу сейфа и, разумеется, не запомнил комбинацию. Бестолково попаниковав несколько минут, Тарас всё-таки сообразил, что когда настанет утро, в офис рано или поздно явится кто-то, кто может открыть сейф. Или Василий подскажет, когда он ему дозвонится.

На звонки грозный брат Петрович не отвечал. Заново набирая номер и слушая, как безответно звучат длинные гудки в трубке, стажёр преисполнялся отчаяния. Он в равной степени боялся разозлить Василия Петровича назойливыми звонками и слишком затянуть с передачей сообщения об Арагорне.

За тщетными попытками дозвониться до Василия Тарас бесцельно листал папку и невидяще глядел на страницы текста. В какой-то миг его внимание привлекло несколько слов; отложив телефон, Тарас внимательно прочитал абзац, пробежал глазами следующий, затем лихорадочно пролистал сразу несколько страниц, громко захлопнул папку и прижал её к испуганно забившемуся сердцу.

В папке находилась подробная информация обо всех основных проходах — местоположение, длительность и график цикла, способ активации, описание… Неудивительно, что её всегда хранили в сейфе — страшно представить, что случится, если она попадёт в чужие руки.

Тарас покрепче прижал папку к груди, словно готовясь защищать её ценой своей собственной жизни, и твердо решил не разжимать рук до тех пор, пока кто-то из конквесторов не явится утром в офис.

Так он и просидел остаток ночи, безуспешно набирая номер Василия Петровича, и ранний утренний звонок заставил задремавшего стажёра подпрыгнуть.

— Тарас, кто-нибудь ещё в офисе есть? — деловито осведомился Ян.

— Нет, только я… Ян Сергеич, а вы не знаете случайно комби…

— Ищи Илью, бери его и как можно быстрее привози к Шушмору, — перебил его конквестор. — Как можно быстрее, слышишь? — помолчал и добавил: — Привози любой ценой, ясно? Любой ценой.

— Хорошо, Ян Сергеич. Только мне надо сначала кое-что вернуть на место. Вы случайно не знаете к сейфу комбина…

— Тарас, когда я сказал «как можно быстрее», я имел ввиду — как можно быстрее! — не дослушал его Ян. — И если что… В общем, скажи ему, что греки вот-вот уплывут, слышишь?