Оборотни мега-сборник
Шрифт:
Ее сердце все еще бешено билось, когда она стала двигать бедрами вверх и вниз к его губам и секунду спустя кончила, задыхаясь и вздыхая от восторга, когда Грег продолжал стоять на коленях у ее складочек. Наконец он глотнул воздуха и улыбнулся, прежде чем наклониться, чтобы поцеловать ее. Она могла почувствовать свой вкус, когда он прижался губами к ее губам, и тихо застонала, все еще не полностью наполнена.
– Я хочу большего, - прошептала она, когда он оторвался.
Его глаза начали светиться ярко-зеленым светом, и он, схватив ее за лицо обеими руками, посмотрел на нее.
– Ты многого требуешь, - прорычал он.
– Тебе повезло, что я люблю, когда ты это делаешь.
– Почему мне повезло? Чтобы ты сделал, если бы тебе это не понравилось?
– спросила она, дразня его.
– Я бы забросил тебя на плечо, перенес бы тебя в свою комнату, и был бы там с тобой. Вторая мысль…мне не нравятся все новые требования. Ты идешь со мной юная леди!
При этом, он снова закинул ее на плечо и Джесса хихикнула, когда он понес ее в спальню, чувствуя дежавю, когда поняла, что он делал тоже самое сегодня утром, после их завтрака.
После того, как он бросил ее на кровать, он расстегнул штаны и набросился на нее, прижав ее и разместившись так, что его пах потерся о ее все еще чувствительный клитор. Она тихо застонала, и он прижался к ее скользкому входу. Рыча от удовольствия, когда он толкнулся в нее, чувствуя ее тугое тепло затягивающее ее.
– О, боже, - прошептала она.
– Делай это жестко и быстро, и не останавливайся!
Грег наклонился и скользнул губами к ее уху, а потом провел ими вниз, когда она выгнула спину, чтобы встретить его.
– Ты ведешь себя очень плохо, требуя чего-то от меня. Разве ты не знаешь, что я твой босс?
– прорычал он, прикусывая мочку ее уха.
– Да…прости, - пробормотала она, не понимая, что говорит.
Он снова зарычал, а потом вышел из нее. Джесса заскулила от отчаяния, и он улыбнулся ей, его глаза сияли.
– Ты, кажется, думаешь, что ты здесь главная. Давай, покажи мне, - сказал он, перекатываясь на спину.
Джесса взобралась на него сверху, и, приподняв бедра, опустилась на него, простонав от восторга, когда он снова наполнил ее. Его глаза потемнели от удовольствия, и он тихо застонал, когда она начала скакать на нем вверх и вниз, царапая ногтями по его мускулистой груди, когда делала это.
Когда она набрала обороты, то откинулась назад и положила руки на его голени, чтобы не упасть, а Грег скользнул одной рукой вокруг бедер, придерживая ее. Другая его рука медленно двинулась вниз от ее груди, обосновавшись между бедер, и потер подушечкой большого пальца ее клитор, наблюдая за ее лицом, когда она стала дышать быстрее. Спустя мгновения, он стал двигать круговыми движениями, и Джесса почувствовала взрывы по всему телу.
Задыхаясь от удовольствия, когда теплые волны экстаза сомкнулись над ней, она упала на его грудь, а мощные сокращения продолжали сотрясать ее сердцевину. Глаза Грега сверкали, и он, удерживая ее за бедра, раскачивал ее взад и вперед, пока не пришел к собственному удовольствия. Громко застонав, он кончил, вливая свое семя глубоко внутрь нее, двое влюбленных лежали в объятиях друг друга в течение пары минут тишины, не в состоянии сказать, ни слова, поскольку не хватало воздуха.
***
Неделю спустя, Грег сидел в своем кабинете, когда Джесса ворвалась к нему.
– Что случилось?
– спросил он.
– Присядь. Я кое-что должна сказать тебе, - нервно сказала она.
– Я сижу, - усмехаясь, сказал он.
– Что ты должна сказать?
– Ну,…ты знаешь, что чувствовала тошноту в последние недели или около того?
– ответила она.
Улыбка на его лице становилась все шире и шире, когда он понял, к чему она ведет, он вскочил на ноги.
– Ты беременна?
– Да, - сказала она.
– Я просто провела тест в ванной комнате. Я чувствовала себя все хуже и хуже, и теперь мы знаем, почему.
– Мне жаль, - сказал он, вставая и сильно обнимая ее.
– Это моя вина.
– Нет, это не так, - сказала она.
– Я ведь тоже там была, ты же знаешь,…когда мы сделали этого ребенка.
– Ну, утренняя тошнота, часто хуже с многоплодной беременностью. Вот что я имел в виду, когда сказал, что это моя вина, - сказал он.
Джесса в шоке отшатнулась.
– Что?
– Беременность у оборотней всегда двойня. Иногда тройня. Я забыл упомянуть это?
– сказал он.
– Да!
– сказала Джесса, не в силах поверить в то, что слышит.
Грег усмехнулся, и, опустившись на колени, поцеловал ее живот.
– Ну, я же говорил, чтобы ты родила мне детей. Прости. Я должен был сказать, что все будет сразу. Это нормально?
– спросил он, снова поднявшись на ноги.
– Да, но только потому, что это ты, - сказала она, тыкая ему в грудь.- Они все будут волками, как и ты?
– Да.
Джесса наклонила голову и поцеловала жениха, все еще не в силах поверить, несколько изменилась ее жизнь в последние несколько месяцев. Сейчас все было прекрасно, для них обоих. У Грега была его пара, а у Джессы был он…и скоро, к ним присоединится много детей оборотней. Лучше и не может быть.
– Я люблю тебя, - сказала она, как только он прервал поцелуй.
– Я тоже люблю тебя, - пробормотал он.
– Всегда.
Большой плохой волк
Снаружи было холодно и Эмили Филдс, собиралась справиться со всем в течение дня. Когда она вышла, отправляясь по дорожке через сад, отец позвал ее из кухни.
– Эмили, дорогая. Сегодня довольно холодно. Прошу, накинь что-то на это платье.
Он подошел к двери и вышел вслед за ней.
– Вот, надень это.
Эмили набросила теплый красный плащ с капюшоном, который он поднес, а затем улыбнулась.
– Спасибо папа. Скоро увидимся.
После обняв его на прощание, она направилась по тропинке, свернула вправо, а потом пошла в центр деревушки. Она шла к новому дому ее бабушки, который купил отец, после того, как бабуля стала слишком стара, чтобы жить в более крупном городе в нескольких милях к западу. Она была довольно бодрой старушкой, но родители Эмили были обеспокоены тем, что она может заболеть или упасть дома и никто не поможет. Сначала бабушка протестовала, но согласилась, когда Эмили с отцом позволили ей сохранить независимость, купив причудливый маленький коттедж вдоль Коттенхем Вудс Роуд.
Повезло, что родители были предусмотрительны и переселили ее ближе к ним, потому что она уже подхватила насморк. Отец Эмили, навестил ее днем ранее, но сегодня ему нужно было работать, так что ей нужно было отнести бабушке какой-то суп, хлеб и свежие фрукты.
Направляясь в местную пекарню, Эмили чуть не врезалась в высокого мужчину.
– Ой, простите, - пробормотала она, ее щеки порозовели.
Она была совершенно невинна в путях любви, но могла сказать, что великолепный мужчина, которого она увидела такой единственный. У него были густые темные волосы и ярко-зеленые глаза, и, не смотря на серое пальто, которое он носил, она могла сказать, что он был довольно мускулистым.