Чтение онлайн

— У меня свои причины, — сказал он. — Это сделка. Соглашайся или забудь.

— Прекрасно. — Она жестом попросила официантку подлить ей вина. — В любом случае, я уже увидела там все, что мне нужно. Ты никогда не задумывался, что должен получить степень по праву и присоединиться к другим в здании?

— У меня уже есть одна. — Он доел лосося. — Диплом по праву в Стэнфорде. Это первый вопрос.

— Нет, подожди. — Мелина указала пальцем на стол. — Это не один из моих вопросов.

— Было сформулировано как вопрос. Осталось четыре. Советую считать.

Мелина прищурилась.

Черт, она была милой.

— Зачем беспокоиться о получении степени, — сказала она, выделяя каждое слово, — если ты не планируешь работать в этой сфере?

— Отец надеялся, что я возьму на себя все аспекты его империи. — Эйден вздохнул, положив вилку на край своей тарелки. — В течении многих лет моя семья изо всех сил старалась затащить меня в зал суда, но это не мое. Меня больше интересует… ты могла бы назвать это организацией работы внутри компании. — Патрулирование стражей в городе, если быть конкретным. — Я отрабатываю свои часы и беру проекты, которые мне направляют.

— И тебе этого достаточно? Нет желания стать адвокатом? Следовать по стопам отца?

— Приму это за один очень длинный вопрос, — ухмыльнулся он, стрельнув острым взглядом. — Мне не нужно повторять жизненный путь отца, чтобы почтить его память. — Это был самый простой способ выразить свои чувства. Эйден хотел управлять стаей, но закон не для него. И никогда не будет. — Я буду тесно сотрудничать с определенными группами в его бизнес-структуре. Это полностью удовлетворяет мои потребности. На данный момент.

Однако у него были и другие потребности, утолить которые было не так легко. Быть рядом с Мелиной в такой обстановке — наедине в укромном уголке ресторана — сводило его с ума. Напряжение растеклось по его телу, до боли напрягая мускулы. Ограничивать себя становилось невозможно. Как долго он продержится, прежде чем коснется ее или поцелует?

Он многое отдал бы, чтобы хоть раз попробовать ее сочную плоть…

Эйден слышал, что связь с Люминарией неоспорима и сводит с ума, но это — это чувство никогда не ослабнет. Он изголодался. Умирал от голода, чтобы попробовать ее, почувствовать, как бьется ее сердце напротив его, когда она в его руках.

— Эйден? — Мелина положила свою ладонь на его руку и встряхнула. — Ты в порядке?

Ее прикосновение пробудило что-то внутри него. Жажда, терзавшая его мысли, исчезла. Мелина смотрела на него, вопросительно приподняв брови, на ее лбу появились морщинки.

— Я буду. — Он должен потребовать Мелину, как свою пару, и проникнуть глубоко в нее или убраться к чертям, пока не сгорел. — Кстати, это был еще один вопрос. — Эйден засмеялся, услышав ее разочарованное рычание. — У тебя остался последний.

Когда официантка подошла к их столику, Мелина заказала торт с шоколадным муссом. Прежде чем принести десерт, официантка нерешительно посмотрела на них.

— Я должна спросить… — она нервно крутила ручку, — …это ваше первое свидание? Персонал устроил пари.

— Нет, — выпалил Эйден, повторяя слова, которые говорил уже сотню раз. — Мы тут по делам. Она пишет обо мне статью для Celeb Crush.

Официантка улыбнулась, выставив бедро.

— Я так и думала, — тихо сказала она, практически мурлыча. — Сейчас принесу десерт.

Эйден вернул свое внимание к Мелине, и она натянуто улыбнулась.

— Если то, что между нами происходит — только бизнес, — сказала она, касаясь пальцем ободка пустого бокала, — зачем ты поцеловал меня в своем офисе?

Она ощутила их связь.

Кровь отлила от его лица.

— Думаю, ты задала достаточно вопросов.

— О, нет, нет, нет, мистер Я-Считаю-Каждый-Чертов-Вопрос. — Она указала пальцем на его грудь. — Я задала четыре. Остался еще один.

Во рту стало сухо, пока Эйден пытался придумать ответ. Он облизал губы, чтобы вернуть влагу, но это не сработало. Подавляя желание поцеловать ее снова, чтобы продемонстрировать силу своего желания, Эйден сложил руки на груди.

Официантка вернулась с тортом и поставила его между ними, задержавшись дольше обычного. Если она что-то и сказала кому-то из них, он не услышал из-за шума в ушах. Когда она оставила их одних, Эйден поднял вилку и отломал кусочек торта. Он поднес вилку к губам, признавая, что на этот вопрос есть несколько ответов.

— Будь это самый вкусный торт в мире, пахнущий, словно небеса, и на вкус, как экстаз, и ты знала бы, что один укус испортит для тебя все остальные торты в мире, ты бы попробовала его?

Губы Мелины приоткрылись, и он услышал, как учащенно забилось ее сердце.

Она прикусила нижнюю губу.

— Ты спрашиваешь, хочу ли я кого-то?

— Нет, я отвечаю на твой последний вопрос. — Он отправил кусочек торта в рот, смакуя богатый вкус шоколада на языке. — Я не сумел удержаться от тебя. — Эйден положил вилку на край тарелки и облизал губы. Взглядом она следила за его языком, ее дыхание ускорилось. — Как бы мне это ни нравилось, целовать тебя было ошибкой. Один запретный укус, один лакомый кусочек, — я думал, что этого будет достаточно.

Правдивость собственных слов больно ударила по нему, муки сожаления пронзили его, как удар молнии. Стало больно. Либо торт был плохим, либо Мелина глубоко закралась в его сердце. Он не мог дышать, не вдыхая ее запах. Не мог думать, не представляя ее лицо. Если посидит напротив нее еще немного, он не сможет удержаться и не притянуть ее к себе. Официантка не поверит, что у них деловые отношения, если увидит, как Эйден уткнется лицом в шею Мелины.

— Извини меня. — Он отодвинулся от стола и встал, прежде чем она успела ответить. — Мне нужно на воздух.

Он оплатил ужин, прежде чем толкнуть дверь и выйти на улицу. Воздух был прохладным и бодрящим, пахло соленым морским бризом и морепродуктами из расположенных на пирсе ресторанов. Он не оглянулся, чтобы проверить, следует ли за ним Мелина, но когда поток прохладного воздуха пронесся по пирсу, он принес с собой ее аромат.

— Черт возьми. — Эйден развернулся и смотрел, как она догоняет его. Он выдохнул и убрал руки с бедер. — Вернись внутрь.

— Не знаю, почему до тебя не доходит, что я ни от кого не принимаю приказов. — Мелина остановилась в нескольких сантиметрах от него. — Почему такое чувство, что внутри тебя идет сражение между тем, кто ты есть и кем хочешь быть?